– С чего вы решили, что я обжималась?! – выпалила возмущенно. – Разве я давала вам повод так обо мне думать? Или вы застали меня с мируаром Шерро в непристойной позе?
– А что, когда Кристин и Аделин вырастут, вы запретите поклонникам дарить им подарки? – Я с силой сжала подлокотники, хотя с большим удовольствием вцепилась бы в чью-то мрачную физиономию. – Или, по-вашему, это плохо? Если женщина желанна и любима?
стойкая регулировка уровня пофигизма в организме. Которая сейчас почему-то сбоила. – Вы спросили, я ответила. За ваши странные фантазии я совершенно точно не в ответе, мируар Демаре!
– Вот из этого и выбирала! – огрызнулась я и, не дожидаясь приглашения, опустилась в кресло. – Мы здесь не затем чтобы мои литературные пристрастия обсуждать, так что я вас внимательно слушаю.
– Вы это столько искали? – спросил Демаре, когда я сгрузила книги на письменный стол в его кабинете.
– Да, я выбирала.
– Из чего? – Он поддел пальцами мягкую обложку, на которой красовался обнаженный мужской торс.
Его величество милостиво кивнул, а я с горя (по крайней мере, ничего хорошего в его кабинете со мной еще не случалось) отправилась к дальним стеллажам, где, согласно каталогу, располагалась литература Жизель.