Глава 7

Джун с улыбкой посмотрел на Наоми, когда они подошли к вертолетной площадке. Его лицо было спокойным и уверенным, как всегда, и его роскошная идея путешествия на частном вертолете была очередным шагом к тому, чтобы покорить сердце девушки.

– Думаю, это лучший способ увидеть Токио – сказал Джун, приоткрывая дверь вертолета и жестом приглашая Наоми войти. – Кто бы мог подумать, что ты окажешься здесь, в Токио, со мной?

Наоми стояла и смотрела на вертолет, словно не веря своим глазам. Это было настолько неожиданно и роскошно, что даже стало немного неловко.

– Это… это просто невероятно – сказала она, не скрывая своего удивления. – Я никогда не думала, что буду летать на вертолете над Токио.

Джун, как всегда, казался расслабленным и уверенным в себе.

– Я всегда предпочитаю делать всё на высшем уровне – ответил он, усмехнувшись. – Я хочу, чтобы ты увидела всё с самой лучшей стороны.

Наоми хоть и испытывала небольшое замешательство, но она не могла отказать себе в удовольствии. В конце концов, кто бы не хотел испытать что-то подобное?

Она села в вертолет, а Джун присоединился к ней. Вертолет быстро поднялся в воздух, и Токио раскрывался перед ними в полном великолепии. Огромные небоскрёбы, мерцающие огни, бескрайнее море людей – всё это казалось чем-то недостижимым и в то же время завораживающим.

Тем временем, Чигук молча следил за ними, сидя немного в стороне. Его роль сводилась к тому, чтобы просто сопровождать их. Он не был частью их праздника, не был частью их восхищения от роскоши, которая окружала их. Он наблюдал, как Наоми с улыбкой и удивлением смотрит на Джуна, но его собственное сердце сжималось.

Он чувствовал, как с каждой минутой его присутствие становилось всё менее значимым. Джун предлагал ей шикарный отдых, внимание, которого она, очевидно, заслуживала, но Чигук не мог не заметить, что на самом деле Наоми, хоть и восхищалась этим моментом, была немного отстранённой, как будто на неё давил весь этот роскошный и гламурный мир.

Вертолет пролетал над Токио, и Джун продолжал рассказывать Наоми о своих впечатлениях от города, изредка бросая взгляды на Чигука, который сидел, отгороженный от них, в своём мире.

Чигук не был уверен в том, что происходит. Он знал, что Джун – настоящий ловелас, и его легкость в общении, несомненно, вела к быстрому увлечению. Но ему было обидно, что для Наоми это было чем-то новым и неизведанным, тогда как для него такие моменты были частью жизни.

Он вспоминал, как Наоми в первый раз встретила его. Она была такая живая и искренняя. Почему-то в этот момент он подумал, что на самом деле никто не был готов к тому, что ожидало их впереди. И, несмотря на все свои переживания, он чувствовал, что должен быть рядом, хотя его чувства к Наоми становились всё более сложными и запутанными.

Он пытался не вмешиваться в разговор и не показывать, что его беспокоит, но внутри ему было тяжело. Каждый взгляд, каждый комплимент Джуна, который он щедро дарил Наоми, причинял ему боль. Он знал, что Джун, как и всегда играет в свою игру. Но тут было нечто большее. Наоми не должна была стать очередной игрушкой в его руках, как это случалось со многими другими.

На протяжении всей поездки Наоми смотрела на Джуна с нескрываемым восхищением. Он всё говорил и говорил, словно не замечая, как Чигук молча и грустно следит за ними. Для Джуна это был просто день, для Наоми – настоящий праздник.

Но для Чигука это была жестокая игра, в которой он не хотел быть игроком. В глубине души он всё равно продолжал надеяться, что он может защитить её от всего этого – от иллюзий, которые создавал вокруг неё Джун. Но он знал, что не мог быть с ней таким, каким был бы ей нужен.

Когда вертолет приземлился, Наоми улыбнулась, но её улыбка была какой-то утомленной. В её глазах было что-то более серьёзное, чем просто восхищение от увиденного.

– Джун, это было потрясающе. Ты не представляешь, как это здорово, – сказала она, но её голос был немного приглушённым.

Чигук не мог понять, что происходило внутри неё, но он знал одно: ей нужно было больше, чем роскошные жесты и комплименты. Что-то в её душе оставалось не заполненным, как пустота, которую невозможно заполнить подарками.

Джун выглядел довольным собой и был готов продолжить делать всё для того, чтобы удержать её внимание. Но Чигук уже знал: сейчас он был тем, кто мог стать её защитой, если бы только она позволила.

На некоторое время Наоми отошла от мужчин, чтобы поговорить по телефону с Оливией, она не могла скрывать эмоций и ей было необходимо срочно поделиться с последними новостями с подругой. Чигук и Джун остались наедине.

– Ты всегда так с девушками? – наконец спросил Чигук, его голос был холодным, но с едва заметным раздражением. – Просто играешь с ними, как с игрушками, а потом бросаешь, когда они тебе уже не интересны?

Джун засмеялся, но в его смехе не было обычной уверенности. Он отвёл взгляд и закусил губу, как бы пытаясь скрыть растерянность.

– Не такое уж я и чудовище, как ты меня описываешь, – ответил Джун, его голос был мягким, но чуть менее уверенным. – Я не могу контролировать, как она ко мне относится. Но она как никто другой смотрит на меня, и это реально волнует. Ты же понимаешь, что я имею ввиду?

Чигук не был уверен, что понимает, о чём говорит Джун. Он наблюдал за ним, его взгляд становился всё более напряжённым.

– Ты всё равно играешь. Ты же всегда был таким. Ты не можешь просто остановиться и быть честным с ней, правда?

Джун отвернулся, и на его лице появилась короткая тень задумчивости. Но через мгновение он снова вернул свою обычную уверенность.

– Это не так просто, Чигук. Ты ведь знаешь, как тяжело быть в моей шкуре. Я не могу позволить себе жить так, как живут обычные люди. Но с ней я как будто становлюсь немного другим. Она… она заставляет меня чувствовать себя живым.

Чигук мог бы добавить ещё много слов, чтобы объяснить Джуну, как его поступки могут ранить Наоми. Но он понимал, что сейчас это бессмысленно. Джун был закрыт и не готов воспринимать чужие слова всерьёз. Он играл в свою игру, и всё, что оставалось Чигуку, это наблюдать.

В этот момент Наоми вернулась, её лицо было немного осветлено улыбкой, когда она подошла к ним, но в её глазах была заметная настороженность.

– Всё в порядке? – спросила она, взглянув на обоих мужчин, которые молчали.

Чигук молча кивнул, но внутри него было чувство беспокойства. Он видел, что Джун искренне заинтересован в Наоми, но он также видел, как тот не может быть с ней честным. И это было самым опасным – её чувства могли быть искренними, а его – лишь игрой.

Джун, заметив её взгляд, снова улыбнулся и повернулся к ней.

– Да, всё отлично. Просто немного обсудили кое-что – его улыбка была лёгкой, но в её тени скрывалась какая-то тень.

Наоми, хоть и не зная, что происходит на самом деле, снова улыбнулась, пытаясь развеять возникшее напряжение.

– Ну что, может, пора двигаться дальше? – предложила она, и её голос был полон лёгкости. Но она уже не была такой беспечной, как раньше.

Чигук кивнул, но его мысли были далеко. Он знал, что её сердце было открыто для Джуна, но в глубине души он не мог принять этого. Он хотел быть для неё тем, кто её понимает, кто её защищает. Но в этот момент ему оставалось лишь наблюдать за тем, как Джун всё более уверенно завоёвывает её внимание.

Город уже утопал в ночных огнях, а в воздухе витал запах дождя, который прошёл несколько часов назад. В этот момент Джун предложил Наоми и Чигуку посетить одно из самых эксклюзивных мест в Токио – ресторан с террасой на крыше, откуда открывается панорамный вид на весь город. Это место было скрыто от глаз большинства туристов, и попасть туда можно было только по приглашению.

– Здесь тихо и красиво, – сказал Джун, когда они подошли к закрытой двери с минималистичной вывеской. Он повел их внутрь, и перед ними открылся совершенно уникальный интерьер, с огромными окнами, через которые виднелся весь Токио, усыпанный огнями.

Здесь не было шумных компаний или толп людей – только небольшие группы людей, спокойно наслаждающихся ужином. Сервировка стола была безупречной, а атмосфера создавалась туманным светом и приглушённой музыкой. Наоми, немного ошеломлённая, оглядывалась, чувствуя себя как в фильме.

Джун обратился к ней с нежной улыбкой, её взгляд не мог не задерживаться на его внимании.

– Приятно видеть, что ты всё это ценишь, – сказал он, заметив, как её глаза искрились от восхищения.

Наоми почувствовала лёгкое волнение, но её взгляд всё-таки скользнул на Чигука. Он стоял немного в стороне, молчаливо наблюдая. Этот вечер, казалось, становился всё более напряжённым для него.

Как только они сели за стол, Джун продолжил своё внимание, полностью поглощённый Наоми. Он был идеален в роли джентльмена: открывал для неё дверь, предлагал ей лучшие блюда и никогда не забывал сделать комплимент.

Но вдруг, в какой-то момент, Наоми достала телефон, чтобы сделать селфи с Джуном. Она хотела сохранить этот момент – этот вечер был особенным для неё. Но Джун резко потянул её телефон в свою сторону, останавливая её.

– Нет, Наоми, – сказал он мягко, но твёрдо. – Я не хочу, чтобы наши моменты были в сети. Давай оставим это для себя, ладно?

Наоми немного растерялась и, хоть и почувствовала лёгкое разочарование, попыталась улыбнуться. Но она уже знала, что Джун очень осторожен с изображениями в интернете. Это был его способ контролировать свою жизнь и репутацию. На её лице застыла лёгкая тень обиды, и она почувствовала себя немного отстранённой.

Чигук, наблюдавший за всей этой сценой, заметил, как её лицо изменилось, и что-то ёкнуло в его груди. Он чувствовал, что Джун манипулирует моментами, чтобы оставаться в центре внимания, но его внутреннее беспокойство усиливалось. Он молчал, не вмешиваясь, но его взгляд стал более угрюмым.

Но Джун не заметил этого, он быстро перевёл внимание на Наоми, пригласив её на танец.

– Давай, – сказал он, протягивая руку, – это будет романтично.

Наоми, немного колеблясь, приняла его предложение. Они встали и направились к небольшой танцевальной площадке, где тихо играла музыка. В этом пафосном месте, где было так спокойно, их движения казались ещё более выраженными.

Джун начал танцевать с Наоми, очень тактично касаясь её плеч, поправляя её волосы и чуть касаясь её обнажённой шеи. Его пальцы были почти неощутимы, но каждый его жест казался слишком близким и интимным.

Чигук сидел в стороне, его взгляд становился всё более напряжённым. Он не мог скрыть своей злости и раздражения. Наблюдая за тем, как Джун неотрывно фокусируется на Наоми, он чувствовал, что теряет что-то важное.

В какой-то момент, не сдержавшись, он схватил стакан с водой, который стоял на столе, и, резко сжав руку, разбил его, шурша стеклом. Это был почти невидимый для других момент, но на фоне тишины его поступок привлёк внимание. Вода разлилась по столу, и стеклянные осколки разлетелись по полу.

Наоми в испуге обернулась к Чигуку.

– У тебя кровь! – воскликнула она, заметив порез на его руке.

Чигук ничего не ответил, его лицо оставалось безэмоциональным, но взгляд был холодным и яростным. Он смотрел прямо на Джуна, не скрывая своего недовольства. Он был настолько поглощён своим внутренним конфликтом, что не чувствовал боли от раны.

Джун, всё ещё не осознавая всего происходящего, продолжал фокусироваться на Наоми, без всякого сожаления, будто всё происходящее было лишь частью игры.

– Это ничего, – сказал Чигук, спокойно вытряхивая из стакана стеклянные осколки. – Наоми, ты могла бы помочь мне с этим?

Наоми взглянула на его руку, понимая, что сейчас ей нужно действовать. Она не понимала всей напряжённости ситуации, но видела, что Чигук нуждается в её внимании. Слегка растерянная, она предложила помочь.

– Я обработаю твою руку, подожди, – сказала она, направляясь к нему.

Чигук молча наблюдал, как Наоми аккуратно перевязывает его руку. Её движения были мягкими, осторожными, и он не мог не заметить, как её прикосновения вызывали у него странное тепло. Это было что-то новое, не похожее на все те моменты, которые он пережил раньше. Он всегда думал, что умеет контролировать свои эмоции, но теперь, под её лёгкими руками, ему было трудно оставаться равнодушным.

– Ты должен быть осторожнее, – сказала Наоми, касаясь его кожи, – такие вещи не стоит оставлять на самотёк.

Её голос был мягким, и в нём слышалась искренняя забота. Чигук чувствовал, как его сердце бьётся быстрее, и не мог понять, почему этот момент так сильно влияет на него. Обычно он не обращал внимания на такие мелочи, не искал утешения в прикосновениях, но с ней всё было иначе. В её глазах было что-то, что заставляло его чувствовать себя уязвимым, и это пугало.