Цитаты из книг автора «Мари Арнтцен»

Проявляя умеренность в питании

и находя часы для тренировок, человек демонстрирует свою способность к контролю, успешность

Авторитарность и строгая иерархия уместны в мире моды как нигде больше. Они лежат в основе ее сущности.

Обычно те, кто высказывает свое недовольство некоторым явлением, просто чувствуют себя в каком-то смысле отвергнутыми более успешной группой и осуждают то, что с ней связано»5

высшем обществе44. Только в XIX веке, после промышленной революции, начала разрушаться визуальная граница между богатыми и бедными, между представителями разных профессий и классов

Раньше эксклюзивное право на модные вещи принадлежало богачам. Вплоть до XVII века в Европе действовали законы, гласящие, что можно и что нельзя носить представителям разных социальных классов, и низшим слоям строго-настрого запрещалось подражать нарядам, которые были приняты в выс

В момент выбора мы моделируем наружную сторону в соответствии с нашим представлением о себе

Это вполне естественно, и человечество занимается этим многие тысячи лет. Проблема в том, что в системе возник дисбаланс. Люди потребляют слишком много одежды, они придают улучшению внешности и своей потребности покупать новые вещи чересчур большое значение. Мы хотим скорее удивлять окружающих, чем заботиться друг о друге, как будто шанс покрасоваться и размножиться значит для нас больше, чем возможность иметь стабильное будущее. Катализатором, который ускорил и продолжает ускорять развитие в этом направлении, является капитализм. Однобокая экономическая идеология вечного роста и получения прибыли привела к тому, что желание наряжаться вышло из берегов. Стремление к увеличению прибыли заставляет модную индустрию производить чересчур много товаров слишком низкого качества в ущерб самим потребителям. Кроме того, эта сфера соблазняет людей желать и покупать больше, чем им требуется. И они охотно поддаются. Именно поэтому нельзя однозначно утверждать, что красота спасет мир. Судя по тому, что происходит сейчас, она может и погубить его. Мы не сумеем каждые двадцать лет безнаказанно удваивать объемы потребления. И даже нынешний уровень не получится поддерживать вечно. В какой-то момент всему этому придет конец. Неизвестно только, когда произойдет снижение потребления: до или после того, как будет нанесен непоправимый ущерб.

Власть зиждется на количестве имущества, которым владеет человек, а не на его добрых поступках. Богатство ценится больше, чем добро. Если общество хочет победить жадность, оно должно отказаться от нынешних ценностей, в частности от индивидуализма. Необходимо остановиться и подумать, чтобы увидеть все последствия собственных действий. До тех пор пока человек заботится прежде всего о себе, а не о других, едва ли мы сможем справиться с жадностью.

нкции выражаются в том, что мы имеем разнонаправленные стремления: одновременно хотим быть личностями, хозяевами своей жизни, центром собственной вселенной и при этом – частью чего-то большего. Поэтому мы подражаем друг другу в попытке слиться с толпой, и поэтому мы стараемся выделяться, быть самими собой. Всякий человек ежедневно участвует в этой игре потребностей, где каждая перетягивает канат в свою сторону. В идеале ни одна из них не должна побеждать. Если мы оказываемся или слишком похожими, или слишком непохожими на других, дело кончается плохо