Я думал, что Отец явится в плохом расположение духа, но внезапно запахло ландышами, значит ли это, что нам повезло?

Копье взмыло в воздух и со свистом оказалось в руках Создателя. ОН поднял руку и провел вдоль лезвия.

— НЕВЕРОЯТНО. ВСЕГДА МЕЧТАЛ ПОСМОТРЕТЬ, ЧТО ПОЛУЧИТСЯ.

— Верни. А то еще поранишься, — с какой-то странной интонацией сказал Люцифер. Эль-Элион промолчал и выпустил копье из рук — оно, крутясь волчком на острие, залетело прямо к дьяволу в руку. Тот резким движением перехватил его и спрятал в пространственный сейф.

— ПРИВЕДИТЕ МОЕГО СЫНА, АРХАНГЕЛА ОНТАРИЭЛЯ, ВМЕСТЕ С ЕГО СПУТНИКОМ.

Стражи тут же кинулись за братом и отворили для него врата.

— Отец?! — Он сел на одно колено, согнул руку в локте над головой и сжал кулак, смиренно опустил голову, в точности повторив нашу позу. Гарсу подле него коснулся макушкой земли, повторяя за братом.

— ДОВОЛЬНО КЛАНЯТЬСЯ. ПОДНИМИТЕСЬ.

Мы распрямились в ожидании.

— ВЫ ВСЕ МЕНЯ ОГОРЧИЛИ. — ОТЕЦ посмотрел в глаза каждому, и каждый ощутил это ужасное липкое чувство стыда.

Я даже не знал, что и сказать.

— А ВЫ ОСОБЕННО. — ОН перевел взгляд с Люцифера на Велиала. — ПРИВЕДИТЕ СЕБЯ В ПОРЯДОК, ЧТО С ВАМИ ОБОИМИ? — Эль-Элион махнул рукой, и одежды на демоне и дьяволе исправились, с тел ушли следы побоев и ссадин, дыра в теле Велиала исчезла, а странная темно-серая облупливающаяся часть на лице Люцифера затянулась, белый глаз вновь приобрел яркий цвет радужки, алая трещина на теле срослась.

Последний дарам не обрадовался и чуть ли не зарычал.

— Я не просил!

— ТЕБЕ НЕ НРАВИЛОСЬ.

— Мне. Ничего. Не. Нравится.

— ВНЕ СОМНЕНИЙ. ВЕРНУТЬ?

Люцифер сделал очень длинный вздох, покачнулся с пятки на носок и после затянувшейся паузы тихо произнес:

— Нет.

Эль-Элион ничего ему не ответил, но я могу поклясться, что поймал едва различимую улыбку.

— ПОДХОДИТЕ БЛИЖЕ.

Эмпириан тут же стал отдавать распоряжения и возвращать на свои места ангелов. Меня подхватили под руки стражи и вернули на прежнее место.

— А что делать с нарушителем? — Ангелы указали на Велиала.

— ОН ПОЛНОПРАВНЫЙ УЧАСТНИК. ПОСТАВЬТЕ ЕГО РЯДОМ С АРХАНГЕЛОМ АИРРЭЛЕМ, — сказал Эль-Элион, садясь на Престол.

Люцифер прошествовал к своему месту мимо Создателя, запрыгивая в полете на черный трон, откинулся на спинку стула, закинул правую ногу на колено и закрыл глаза.

Когда все расселись, Эмириан просил разрешения начинать, и Отец кивнул. Серафим тут же развернул свиток моих прегрешений, который утонул в белоснежных облаках.

— ПОЧЕМУ МОЙ СЫН ВЫГЛЯДИТ ТАК? — ОН обратился к Эмпириану.

— Архангел Аиррэль сопротивлялся при аресте, убил легионера.

— Предателя. Говори вещи своими именами. Он поднял меч на моих друзей! На мою семью. В моем доме. Это называется самозащита.

— Мы вынуждены были принять меры, — делая вид, что не услышал меня, продолжал Эмпириан.

— МЫ?

У Серафима затрясся подбородок, и свиток колыхнулся, чуть не выпав из рук.

— Я действовал во благо.

— БЛАГО НЕ ДОСТИГАЕТСЯ ЧЕРЕЗ НАСИЛИЕ.

ИЗДЕВАТЕЛЬСТВА.

ЛИШЕНИЕ БЛАГОСЛОВЕНИЯ.

МНЕ ПРОДОЛЖАТЬ?..

ТЫ ПРЕВЫСИЛ ДАННЫЕ МНОЙ ТЕБЕ ПОЛНОМОЧИЯ!

Серафим выглядел белым-белым в тон небесной мантии, в кой он был облачен. Крылья его дрожали. Я даже посочувствовал. Он думал, что я один удостоюсь внимания Создателя, а вышло совсем иначе. Эль-Элион ожидал, чуть подавшись вперед и сверля взглядом Святейшего.

— Он меня вынудил! Это все он и его братья, — Эмпириан отбросил свиток, вылетел в центр и упал ничком. — Я делал все в рамках закона. Архангел Аиррэль всегда перечит. Сережки носит. Не исполняет приказов. Потакает демону и дьявольской свите…

— И тут я виноват! Вот дела! — не остался в накладе Люцифер.

— У меня на него целый бесконечный свиток. Я нашел все записи. Его сношения с ангеликами и, по слухам, постоянные соития с демонами. В вертепе его братца!

— Все не так. Я был околдован…

— Молчи, — сквозь зубы, не размыкая губ, цыкнул Велиал на меня, скорее прокашлял себе в кулак. — «Все отрицай», — добавил он уже мысленно.

Да, однажды за несколько сотен оборотов до появления Скай, я попался под чары одной демоницы и провел с ней ночь в комнате отеля, принадлежащего Велиалу. Откуда пошла молва, я понятия не имел, может, посетители растрепали, что видели меня, а мои подхватили, не суть. Но стыдился я за тот случай знатно и до сих пор даже Скай не мог признаться, да и вспоминать не хотел. А сейчас он все выдал при Отце, хотя… о чем я? ОН и так все знает.

— Убийства. Он нарушал законы, наши правила и…

— Какое раболепие… преданность делу… — перечислял Люцифер, забавляясь.

— И ТЫ РЕШИЛ СОВЕРШИТЬ САМОСУД?

— Отче, он взял в жены смертную!

— Говоришь так, будто это заразно, — скривился в насмешке Велиал, оживившись.

— О! Это неизлечимая «болезнь», хуже чумы, но я могу помочь с ней справиться! — подхватил Люцифер, который продолжал отпускать свои личные ремарки касательно происходящего.

— ТО НЕ ДАЕТ ТЕБЕ ПРАВО ЛИШАТЬ ЕГО БЛАГОСЛОВЕНИЯ И ТИТУЛА.

— Виноват. Я радел лишь за благополучие Небесного Царства. Архангел Аиррэль не достоин своего титула, он вносит смуту в наши войска, средь ангелов. Они смотрят на него и потакают, думают, что раз ему все сходит с рук, то и им дозволено делать все, что вздумается.

— О, как хватил! Блистательный «панегирик». Слышь, Аиррэль, еще пара фраз, и ты «падешь» со своего Небосвода, будешь возле меня вот тут на карачках сидеть и мычать. Красиво же он тебя закапывает, яму, видать, давно вырыл — осталось столкнуть. Святейший, мне бы ваша словоохотливость, такие преданные своей темной цели ангелы.

Для меня оставалось загадкой, почему Отец не препятствовал Люциферу и позволял тому болтать все, что вздумается. А у него так и перло вдохновение, что всегда случалось рядом с ОТЦОМ.

— Вот он — дьявол! Изменник! Предатель! Все от него! Все с него пошло и…

— ДОВОЛЬНО. Я УСЛЫШАЛ ДОСТАТОЧНО.

— Прекрасно! Пусть выскажется! Пусть! Заодно расскажи, как ты чуть не поспособствовал прорыву, только и жаждал кровопролития. Я все сразу понял. Не мог обычный ангел знать такие детали…

— Прекрати, изверг треклятый! — внезапно Эмпириан завизжал почти как свин и чуть не бросился на дьявола с кулаками, но осел под вопросительным взглядом Эль-Элиона.

Я мог поклясться, что ЕГО все происходящее крайне забавляло, не в плохом ключе, а с отеческой любовью. И показалось, лишь на мгновение, что ОН скучал по нам, даже по нашим извечным разборкам. Тут мне стоит пояснить и напомнить, что Люцифер как сидел с закрытыми глазами, так и оставался, развалившись на троне в вальяжной позе. Почти лежал.

— ЭМПИРИАН. ТВОЕЙ ЗАДАЧЕЙ БЫЛО ПОДДЕРЖИВАТЬ МИР, А НЕ РАЗВЕРЗАТЬ ВОЙНУ. ТЫ УСТАЛ.

— Я полон сил, Отче.

— В ПОГОНЕ ЗА ОШИБКАМИ ДРУГИХ ДОЗВОЛИЛ СЕБЕ СОБСТВЕННЫЕ И ВЫБРАЛ НЕ ЗАМЕЧАТЬ, К ЧЕМУ ПРИВЕЛА ТЕБЯ ОДЕРЖИМОСТЬ КРАХОМ АРХАНГЕЛА. ТЫ ПОЛОН НЕПРИКРЫТОЙ ЗАВИСТИ И ЗЛОБЫ.

— Я могу объяснить все…

— ТЫ СНИМАЕШЬСЯ С ПОСТА СЕРАФИМА И БУДЕШЬ ВОЗВРАЩАТЬ СЕБЕ ВЕРУ В ЛУЧШЕЕ.

— Но как же? Я делал все во имя Твое, все как Писано, все по наставлению Твоему.

— Я НИКОГДА НЕ ПРОСИЛ ПЫТАТЬ УЗНИКОВ. ЕСЛИ БЫ НЕ АДАМ, КАК ДАЛЕКО ТЫ СОБИРАЛСЯ ЗАЙТИ?

— При чем тут человечишка?

— Вообще-то он Верховный Серафим, — с налетом улыбки сообщил дьяволу Велиал.

Врата распахнулись. Я обернулся. В начале анфилады появился человек. Наверное, единственный после Скай, который мог находиться здесь, точнее, с позволения Создателя. Не сразу, но Адам вновь получил расположение Эль-Элиона и спустя много лет — статус Серафима, кажется, ему не нужный, но позволяющий жить на Небесах без перерождения вместе с Евой. Насколько я слышал, вторая «первая» женщина предпочла жизнь и уже не единожды умирала, и перерождалась, а вот ее первый муж остался среди ангелов.

Люцифер очнулся, он приоткрыл один глаз и увидел своего соперника, с кем он не поделил любовь и расположение Отца.

— Ой, а что это столь совершенное создание делает в облике столь несовершенного? Как ваше житье-бытье? Крылья не мешают? Все устраивает?

— ЛЮЦИФЕР.

— Он занимает место ангела! ТЫ посадил на должность Верховного Серафима человека!

— ТЫ ЗАБЫВАЕШЬСЯ!

— Я не собираюсь находиться с ним на одной широте, пусть валит на другую орбиту. Избавься от него, либо я вернусь в Нижний мир.

Адам остановился на середине пути и посмотрел на дьявола с опаской. У них такая протяженная история «отношений», что даже тягостно наблюдать за этой драмой.

— Это я просил его явиться, — сказал Велиал.

Я вскинул голову и вперился взглядом в демона.

— На случай…

— Ооо! Я вижу, — Люцифер сел ровнее. — Сколь же отчаянно ваше положение, раз ты решил, будто слова этого существа имеют больше веса, чем ваши прегрешения? То, что Аиррэль когда-то его спас, я могу и сам подтвердить, только смысл?

— Одно дело знать — другое услышать.

Адам хотел что-то сказать, но Отец мимолетно покачал головой, и человек остался молчалив. Тут явились стражи за Серафимом, Эмпириан упирался и не хотел уходить, когда его уводили из зала Суда.

— Дело не только в жизни первого человека, сколько в его женщинах.

— А они тут причем? — не сообразил Люцифер, как и я.

— Есть некоторые пробелы в небезызвестной нам всем истории, и я хотел бы, чтобы вы дополняли меня во время рассказа. — Демон посмотрел на Отца и на Люцифера. — Адам может просто кивать, если тебе не нравится его голос.

— Ладно, потерплю этого «параллелепипеда», — не удержался от колкости Люцифер, и Велиал начал рассказ…

[1] Pyrokinesis — мы попадем с тобою в ад