Глава 3

Гости

В кремле царила суета. Не такая, как обычно или при нападении, но она всё же настораживала. Со стороны кухни доносились аппетитные запахи, и рот тут же наполнился слюной, а живот призывно заурчал. Колян остался вздыхать возле машины. Меня его причитания уже немного раздражали, тем более что я слушал их всю дорогу.

То, что мне поведал Баал, я пока не рассказывал. Это ещё проверить нужно, прежде чем людей пугать. Однако что делать, если всё окажется правдой? Неужели придётся пустить себе пулю в лоб? Нет, я не боюсь смерти, слишком часто доводилось ходить по краю, а несколько раз даже заносить ногу над пропастью. Но всё равно, как-то это… не по-христиански, что ли? Одно дело в бою голову сложить, и совсем другое – лишить себя жизни собственноручно. С другой стороны, если прижмёт, куда я, нахер, денусь?!

– Валерич! – позвал я старика, распахнув дверь в его комнату. – Блядь, да где его черти носят?

Прикрыв створку, я спустился в вестибюль бывшей администрации и вышел на улицу. Мимо прошёл мужик, тянущий за собой санки с какой-то снедью в сторону кухни. Как же его, дай бог памяти…

– Слав, здорова, – придержал я работника. – Ты Валерича не видел?

– На стене он, с гостями, второй час владения показывает, – охотно ответил он.

– Чего? С какими ещё гостями?

– С Рязани вроде, – пожал плечами Вячеслав. – Часа три назад по реке пришли.

– Ясно. – Я почесал подбородок. – А где конкретно на стене, не скажешь?

– Вроде к надвратной башне уже пошли.

– О, благодарю!– Я хлопнул Славика по спине и поспешил к главным воротам.

Гости, да ещё с Рязани?.. Интересно, за каким хером они к нам припёрлись? Вот пятой точкой чую, что им от нас что-то надо. Не удивлюсь, если ехали склады наши прошерстить. Ну, может, не те, что в кремле, а вот по городу полазить точно не побрезгуют.

Я взлетел по лестнице и почти сразу услышал голоса, вот только доносились они слева, со стороны казарм. Раньше, в мирное время, здесь располагался музей и проводились различные выставки. Но мы вернули им изначальное предназначение. Вынесли к чёртовой матери весь хлам, соорудили кровати, поставили печь. И теперь здесь поселили тех, кто не успел или не захотел заново обзавестись семьёй, а предпочёл «тянуть лямку» службы. К слову, я поселился здесь же, хоть мне и предлагали отдельные пенаты.

На самом деле места здесь хватало всем и даже с приличным запасом. Но ведь всё это приходится ещё и отапливать. Одна отдельная комната сжирает почти десять кубов дров за зимний период. И смысл рассаживать шесть десятков человек на индивидуальные жилплощади? Проще поддерживать очаг в одном большом общежитии. К тому же в этом есть свои плюсы. Например, огонь в печи никогда не гаснет. Смена караула происходит каждые четыре часа, так что успеваем поддерживать даже ночью.

– А вот и он, – указал на меня Валерич, когда я ввалился в казармы. – Все рейды под его началом, так что Сергей Николаевич лучше объяснит, как у нас всё устроено.

– Валерич, можно тебя на секундочку? – попросил я коменданта.

– Простите, я ненадолго, – вежливо отпросился он. – А вы пока осмотри́тесь, можете койки занять.

– Ты чё, совсем из ума выжил?! – зашипел я, как только мы вышли за дверь.

– Ты мне здесь давай не это… Раскомандовался он! – Валерич моментально встал в позу.

– Здесь не гостевой дом, у нас тут часовые квартируют, а ты к нам в тыл пришлых подселяешь? Короче, чтоб через пять минут их здесь не было, понял меня?

– Да они нормальные, их Лёшка всех проверил.

– Мне насрать. В администрации у себя посели или в храме положи, раз они нормальные. Ты за каким хером их по стене водил?

– Показывал, как у нас тут всё устроено.

– Господи! – Я даже глаза закатил. – Не было печали…

– Да чего ты взъелся-то?

– А то, что ты чужакам всю нашу оборону показал. Они, небось, уже и количество часовых в смене посчитали.

– Серёж, у тебя паранойя, что ли? Я ж тебе объясняю: они наши, нормальные. Лешка им ауры считал, Всеволод каждого проверил.

– Блядь, Валерич, давай ты не будешь спорить там, где ни хера не понимаешь! Я к тебе в бытовые вопросы не лезу, и ты свой нос в оборону не суй. Чтоб я больше этого не видел, понятно?

– Лешка разрешил…

– Лёшка твой сейчас отдельно пизды получит! Всё, базар окончен, выводи их к чёртовой матери. А, и вот ещё, на… – Я протянул Валеричу таблетки.

– Не надо мне, Любке отнеси, я ей должен.

– В смысле? – уставился на Валерича я.

– В прямом. Я к ней днём забегал, она мне пластинку выписала, сказала – последняя. Отнеси в лазарет, пусть спрячет, у ней целее будут.

– Вот ты взял, сам и отнеси.

– А мне некогда, нужно теперь бытовые вопросы с гостями решать, – вернул мне шпильку старик и тут же шмыгнул за дверь, лишая меня возможности ответить.

– Вот же… мудак старый, – с ухмылкой произнёс я, но совсем без злости.

Знаю я, зачем он всё это задумал. Сам, поди, к таблеткам даже не притронулся, вон как скачет, любой молодой позавидует. А мне весь мозг уже проел за то, что я Любе должного внимания не уделяю. Вот что за люди, каждому нужно с советом подойти, особенно если дело отношений касается. Да вот хрен ему по старой морде. Сам взял – сам пусть и отдаёт.

Я спустился с лестницы и прямой наводкой отправился обратно в администрацию. Сейчас оставлю таблетки на тумбочке у двери – и жрать. Сил уже терпеть нет, весь день на морозе, ещё и с приключениями. После такого ни о чём кроме горячих щей думать не хочется.

По ним, кстати, больше всего скучаю, а ещё по борщу. Бабы обещали весной посадить. Глядишь, если всё нормально будет, и щи, и борщи появятся. А пока как-то так, супы из тушняка с вермишелью да уха, когда улов есть. По пятницам гороховый ещё варят, но даже он уже приелся настолько, что иногда от порции отказываюсь.

Завершив свой коварный план по возврату таблеток, я, довольный собой, выскочил на улицу и сразу взял курс на столовку. Однако подойдя к двери, обнаружил, что та закрыта. Чуть поодаль топтались несколько мужиков и нервно курили, бросая косые взгляды на помещение. По ходу, тоже хотели пупки набить, да не тут-то было.

– Здорова, – подошёл к ребятам я. – А почему закрыто, не знаете?

– Как же не знать? – усмехнулся один и сплюнул в сторонку. – Гостям поляну накрывают.

– А мы?

– А мы по́боку. Распоряжение коменданта.

– Блядь, – выругался я. – Тоже мне, ВИП-персоны нашлись. Ща разберусь.

– Ага, попробуй, – так же, с ухмылкой, ответил второй. – Нас чуть черпаками не отлупили, когда мы на кухню сунулись.

– Меня не отлупят, – заверил я и направился к служебному входу.

Внутри было не просто жарко – здесь царил настоящий ад. И как бабы выдерживают в этой духоте? Я бы давно догола разделся, а они носятся туда-сюда с кастрюлями да сковородками, только щёки красные мелькают.

– Надюх, – окликнул я свою старую знакомую.

– О, кого не ждали!– Она оторвалась от нарезки хлеба и вытерла руки о фартук. – Никак оголодал?

– Ясен пень, мы весь день на морозе! Вы какого хрена столовку закрыли?

– Это не ко мне вопросы, Валерича своего спроси.

– Так, заканчивайте этот балаган и открывайте двери, нужно мужиков накормить. Мы только с валки приехали, а здесь вместо дома – цирк с конями.

– Нет уж, милый, давай-ка ты вначале с комендантом этот вопрос решай. Не хочется потом по шапке получать.

– Значит, залётным пир горой, а нам хер по всей морде?

– Ты с чего взял вообще?

– Мужики вон на выходе сказали.

– А ты уши-то и развесил. Через полчаса всех на общий ужин собираем. Так что давай, не мешай работать… Хочешь, я тебе каши наложу?

– Не, чё я буду как этот… Потом тогда, вместе со всеми.

– Ну, как знаешь, – вздохнула Надька, но не ушла, продолжила пялиться прямо в глаза.

– Ну? Чего ещё?

– Да ничё, – буркнула она. – Вымётывайся давай. Снега вон натащил, теперь за тобой лужу убирать.

Я поспешил на выход, чтоб ненароком ещё и тряпкой не получить. За Надюхой такой номер не заржавеет. И чего взъелась? Вроде нормально к ней, по-человечески. Догадываюсь, конечно. Это она оттого злится, что я встречаться с ней не хочу. Когда мы с Алиской отношения начали, она вроде как поостыла, даже на свидания бегать начала, а теперь вот опять никого к себе не подпускает. Каждый раз при встрече намёки разные подкидывает, а потом сама же психует, потому как я на них не реагирую.

– Ну, чё там? – поинтересовался один из ожидающих.

– Через полчаса, сказали, откроют, – ответил я и уточнил: – Для всех.

– О-о-о, вот это дело, – загалдели мужики. – Как раз к Витале за поллитрой успеем.

Компания удалилась, а я ещё некоторое время постоял, думая, чем бы себя занять. На самом деле решение находилось на поверхности, но я собирался отложить его на после ужина. Но раз уж пошло такое дело, то почему бы и нет…

Я взял курс обратно к главным воротам, а там свернул на север, к реке. Здесь, примерно посередине, расположился храм, где продолжали своё дело наши батюшки. Естественно, меня интересовал исключительно отец Владимир. Информация от Баала уже устаканилась, так сказать, разложилась по полочкам, и теперь я был готов ей поделиться. По идее, это надо сделать на общем совете, утром, но, учитывая гостей, которых Валерич обязательно припрёт в кабинет… Нет уж, увольте, такие вещи на сторону распространять не стоит. Было бы решение, тогда другой вопрос, а пока только лишнюю панику создавать.

Люди – они ведь во все времена одинаковые. Как только уловят суть, сразу начнут наседать с нравоучениями и, как пить дать, станут настаивать, чтоб я себе глотку вскрыл. Подыхать никому не хочется. А что до последствий, так я сильно сомневаюсь, что о них думать станут. Угроза всё-таки реальная и очень серьёзная. Здесь речь о выживании всего человечества. И кто я такой, чтобы кобениться? Нет, в этом случае с меня живого точно не слезут.

В храме было пусто и мрачно. Лишь подрагивающие огоньки свечей выхватывали из темноты образы святых. Да и то кое-где. На улице смеркалось, и той малой части света, что проникала сквозь окна, уже не хватало на всё помещение. А ещё здесь было холодно.

– Здравствуй, Сергей, – обернулся на скрип двери священник. – Ты ко мне?

– К вам, отец Владимир. Холодно тут у вас, пожалуй, даже холоднее, чем на улице.

– Стены мороз отдают, что поделать?

– Так, может, сообразим вам печку-то?

– Не нужно это. Здесь людям не жить, а два часа и без того отстоять можно.

– Ну, как скажете. Сами-то здесь весь день на холоде.

– У меня тулуп овчинный, – продемонстрировал отворот он. – В нём можно на снегу спать. Ты ко мне про погоду погутарить пришёл?

– Если бы, – усмехнулся я и присел на скамейку.

– А вот на холодном зря сидишь, от этого болезни нехорошие случаются.

– К Всеволоду схожу, – отмахнулся я.

– Ну, как знаешь, – улыбнулся священник и уселся рядом. – Что там у тебя?

– Баал объявился, – начал я издалека. – Мы как раз с лесом домой шли, он нас прямо на дороге остановил. Здоровый стал… Кажется, он даже время остановил.

– Снова о ключе спрашивал?

– Нет, он всё знает, – покачал головой я. – И про род мой, и про то, как границу разрушить. Я думаю, он всегда знал, просто ждал, когда я всё вспомню. Это ведь так работает?

– И что ты ему ответил?