Глава 4

Внешняя сторона

Отыскать Воланда оказалось несложно. Он ошивался в баре с одним из лучников, который и являлся эксом. Мы быстро объяснили ему, что нам требуется, и вручили коричневый камень. Оплата с нашей стороны более чем достаточная, учитывая тот факт, что из одного камня можно сделать три дозы пыли.

Однако для точного перемещения, требовался ещё один, молочного цвета. Порошок, сделанный из него, работает как навигатор. В том смысле, что, вдохнув его, можно отыскать путь куда угодно, главное — знать конечную точку. И да, координат для этого было более чем достаточно, не хватало самого камня. А значит, наш переход во внешний мир будет рандомным. И для этого нам даже экс не нужен, так как вдыхать придётся один цвет.

Дилемма...

Если повезёт, мы выйдем на территории России, что позволит без проблем перемещаться по стране без документов. А если нет, нас может выкинуть даже на другом континенте, например, в джунглях Амазонки. И что тогда? С другой стороны, на поиски белого камня может уйти год, и даже при таком раскладе совсем не факт, что нам удастся его отыскать. Нет, можно ещё пойти на поклон к Мазаю, но оказаться у него в долгу... Нет уж, лучше добираться до родины из Австралии.

Кстати, о птичках и везении. Удачу-то никто не отменял, а у меня она прокачана будь здоров. Что, если в качестве Сусанина выступлю я? Мысль показалась мне здравой, и я тут же поделился ей с супругой. Спорить она не стала, выхватила камень из рук лучника, и мы отправились в ближайшую лавку, где за чисто символическую плату его можно было перетереть в пыль. Да, это можно сделать и самостоятельно, вот только чем мельче фракция, тем приятнее её вдыхать. И, к сожалению, ручным методом камень в пудру не превратить.

— Доброй ночи, — поздоровалась Гюрза, войдя в торговый зал.

— Угу, здоровее видали — и то не боялись, — в типичной манере Мешка ответил продавец. — Чё надо?

— Шоколада, — в тон ему огрызнулся я. — Тебя бабушка в детстве вежливости не научила?

— А ты чё, граф какой, чтоб тебе в ножки кланяться? — продолжил хамить торговец. — Покупать чего будем или вы поглазеть пришли? Здесь вам не музей.

— Нам бы камень в пыль перетереть, — ответила Гюрза.

— Дробилка в углу, на верстаке, — отмахнулся торгаш. — Два камня — и можете пользоваться.

Получив оплату, он моментально утратил к нам всяческий интерес и уткнулся носом в книгу. И ведь ему в самом деле плевать на то, каким тоном разговаривать с посетителями. Кому нужно, всё равно купят, а если нет, то побыстрее свалят и не станут мешать увлекательному чтению. Здесь никого не интересует маркетинг и правила торговли. Подобное отношение встречается сплошь и рядом. Помню, как меня это шокировало в первые месяцы пребывания в Мешке. А сейчас ничего, пообвыкся, влился в общий настрой.

От этого даже более волнительно окунаться в старые порядки внешнего мира. Даже не представляю, каково там будет Гюрзе. Насколько мне известно, Мешок она не покидала более пятидесяти лет. По крайней мере так, чтобы свободно погулять по улицам мирного города. Редкие встречи в кабинетах не в счёт, ведь там невозможно почувствовать и увидеть все те изменения, которые претерпел мир. Впрочем, Мешок ведь тоже менялся вместе с ним, словно кривое зеркало, отражая происходящее там, по другую сторону.

Гюрза выудила из рюкзака упаковку влажных салфеток и, достав одну, принялась вычищать кофемолку. Примесей хоть и немного, но даже они могут знатно испортить жизнь. Может, они и не повлияют на мозг, а может, наоборот, вместо ожидаемого эффекта превратят тебя в слюнявого идиота. Так что лучше перестраховаться и удалить пыль от предыдущего помола.

Вскоре торговый зал наполнился громким жужжанием. Гюрза закинула внутрь сразу два камня, чтобы ножи не молотили воздух. Чем полнее чаша, тем качественнее помол. Однако этого количества всё равно было недостаточно, и супруга периодически встряхивала и постукивала прибор, чтобы пыль отстала от стенок.

— Ну вы долго ещё там греметь будете?! — раздражённо бросил продавец.

— Не ори, динамики сядут, — вернула ему Гюрза и снова запустила кофемолку.

Вскоре мы уже вытряхивали из неё пыль в конверт, сделанный из листа бумаги. В трубочки расфасуем её где-нибудь в другом месте, желательно за столом. Но прежде чем уйти, жена снова вытянула влажную салфетку и начисто вытерла кофемолку. Правильно, не следует оставлять следы коричневой пыли внутри.

Покончив с помолом, мы вернулись в кабак и заняли один из столиков в укромном уголке, подальше от посторонних глаз. Но прежде чем расфасовывать пыль, дождались заказа. И после того, как перед нами поставили две кружки холодного пива, принялись за дело.

Я при помощи карандаша скручивал небольшие трубочки и скреплял их скотчем. Гюрза ножом разделила приличных размеров горку на шесть равных частей и, словно растаман со стажем, лихо набивала самокрутки. Управились всего минут за пять.

— Нужно где-то оружие спрятать, — здраво рассудила жена. — Сомневаюсь, что во внешнем мире можно вот так запросто разгуливать с автоматом на груди.

— В машине можно оставить, — предложил я.

— Сомнительно, — поморщилась она. — Может, в лавку вернёмся и продадим?

— Да жалко. Много за него не дадут.

— Всё лучше, чем своруют, — усмехнулась Гюрза. — Ещё и окна побьют. Оно тебе надо? Форт ещё пару месяцев будет не пойми какой, ни законов, ни правил. Здесь даже пустую машину-то оставлять страшно.

— Ладно, значит, в лавку сдадим. Патроны тоже скинуть придётся. Нам бы денег нормальных раздобыть.

— Придумаем что-нибудь, — беззаботно отмахнулась Гюрза.

— Вот только давай без криминала, — попросил я, зная норов своей благоверной.

— Ой, да когда такое было?! — Она попыталась сделать честное лицо, но вышло не очень.

— М-дэ, чувствует моя пятая точка: добром всё это не кончится.

— Ладно, не ссы, в случае чего мы всегда можем свалить обратно в Мешок. Пыли у нас аж на шесть переходов. Если потребуется, ещё накрутим. Надеюсь, твоя удача сработает.

— Всё, валим, у нас и так времени в обрез, — произнёс я и залпом допил остатки пенного.

Гюрза повторила процедуру вслед за мной, и мы выбрались обратно, под промозглый, ледяной дождь. Перебрались через дорогу и снова вошли в магазин. Торговец при виде нас даже глаза закатил. Похоже, он вообще не любит посетителей. А может, просто книга очень интересная и от неё не хочется отрываться. В любом случае видеть нас он был совсем не рад.

— Чего опять?! — недовольно буркнул он.

— Хотим кое-что продать, — пожала плечами Гюрза.

— Ну и? Мне вас упрашивать, что ли? Показывайте, чего там у вас за дерьмо.

А дальше с каждым новым предметом, ложащимся на прилавок, глаза торговца становились всё шире. Надо понимать, что такое торговый ларёк в бедном форте. Максимум, что здесь можно приобрести, — так это патроны. Чаще всего пятёрку под АК или девятку под ПМ. Ну и какую-нибудь двустволку, повидавшую не самую лёгкую жизнь. Остальной ассортимент — это хлам, найденный на улицах Мешка, и выложенный на витрины просто для вида наполненности магазина. Ну вот к примеру: кому здесь всрался бытовой миксер, да ещё с одним воланчиком? Ну или ёршик для унитаза, притом б/у. Ботинки, скорее всего, снятые с трупа, возможно, имеют хоть какую-то ценность, но кто станет покупать айфон, я не имею ни малейшего представления. Здесь, в Мешке, от него нет никакого толка, разве что в игрушки потыкать. Хотя даже это очень сомнительное занятие для смертельно уставшего охотника. Поэтому наше добро для местного торговца было сродни сокровищу Аладдина.

— Сколько за всё? — спросила Гюрза, выкладывая поверх неслабой кучи свой пистолет. К слову, одноимённый.

— Не... Не знаю, — даже запнулся владелец. — У меня столько и нет.

— Сколько есть?

— Камней двести максимум, — что-то прикинув в уме, ответил он.

— Идёт, — даже не подумала торговаться жена, хотя товара на прилавке лежало как минимум на тысячу. И это по закупочной цене.

— Стоять! — окликнул продавца я. — Вот эту балалайку ещё добавь — и по рукам.

Торговец не смог сдержать улыбки, проследив за моим пальцем, который указывал на айфон. Оно и понятно: выменять бесполезный смартфон на кучу патронов и шесть различных ухоженных стволов. Такая удача случается раз в сотню лет, а то и реже. Не удивлюсь, если после нашего ухода он нам в спины у виска покрутит. Вот только то место, куда мы собирались, ценило подобные вещи куда как больше, чем почти новенький АКСу.

— Так, ну вроде всё. — Гюрза похлопала себя по карманам. — Ничего особо противозаконного у нас не осталось.

— Да как сказать? — Я покосился на ноги супруги.

— Отстань, — отмахнулась она. — Без него я буду чувствовать себя голой.

— Если нас загребут, мы оба будем чувствовать себя арестованными.

— Я сказала — нет, — нахмурилась она и прикрыла штаниной крохотный «Вальтер», который использовала в качестве оружия последнего боя. — Всё, вдыхай пыль и валим отсюда.

— Предлагаю сделать это за стеной. Не хочется людей смущать. Да и удача там работает лучше.

— Зануда, — отпустила шпильку она, но всё же направилась к выходу.

Выпустили нас без проблем, хотя очень странно покосились. Наверняка за всю историю существования этого форта впервые два человека покидали его безоружными. Даже интересно, что подумали дружинники, провожая нас взглядом.

Видимо, Гюрза тоже почувствовала, что нам пристально смотрят в спину, а потому и продемонстрировала парням на стене средний палец.

Мы выбрались из буферной зоны, заполненной строительным мусором, и как только скрылись за поворотом, я выудил из кармана портсигар. Вставил трубочку с коричневой пылью в рот, откусил залепленный кончик, затем прищипнул его, зажав пальцами, и перевернул другим концом. Второй край тоже полетел в сторону, и я сделал резкий вдох, наполняя лёгкие каменным крошевом.

Вот и плакали два года употребления зелёной пыли. Один вдох — и все труды коту под хвост. Но сейчас не до сантиментов, нам нужно сына спасать. Да и положив руку на сердце, не самую правильную пыль я выбрал для постоянного употребления. Надо было брать красную или жёлтую.

Перед нами замаячил мираж портала. Я уже собирался в него шагнуть, когда супруга ухватила меня за руку.

— Ты чего это? — спросил я.

— Того, — буркнула она. — Если войдём не вместе, нас выбросит в разных местах. Так что не вздумай выпустить мою руку.

— Такого не случится даже под угрозой расстрела, — уверенно заявил я и ещё крепче сжал её ладонь. — На счёт три?

***