– Держи, – Я протянул ему сигарету. – Моя клиентура растет! Сначала Бубута, теперь ты. Пора бросать службу и открывать табачную лавку. Конкурентов у меня не будет, тут я спокоен. Разве что сэр Маба Калох, но ему быстро надоест.
Но она его простила.
Монастырь
Ей было тогда шесть лет. Или чуть больше.
Папу пригласили на дачу. Не на простую дачу – на обкомовскую, к начальнику главка.
Дао, выраженное словами, уж будьте покойны, позаботится о том, чтобы написавший сгорел со стыда, а восстав из пепла, стер все немедленно и постарался забыть навек – ради своего же блага.