Цитаты из книг автора «Майкл Льюис»

Для вас – бред сумасшедшего. Для меня – второй язык.

Моя работа заключалась в том, чтобы научиться думать и говорить, как специалист рынка денег. Поскольку Бог не дал мне финансовых талантов, лучшее, чего я мог добиться, – это думать и говорить, как Александр. Так что я слушал мастера и повторял услышанное, как ученик в кунг-фу или как тот, кто изучает иностранный язык. Сначала все кажется ужасно странным. Но однажды ты обнаруживаешь, что пытаешься мыслить на новом языке. Прежде незнакомые слова начинают легко соскальзывать с твоего языка. Наконец ты начинаешь видеть сны на этом языке.

Он действовал так, как будто купил долю в моем будущем и теперь заботился, чтобы его вложения дали должную отдачу

Александр умел, причем очень быстро, практически мгновенно, давать истолкование тому, что происходило в мире. Когда появлялись новости, казалось, у него уже был разработан план действий. Он абсолютно доверял своему чутью. Если его и можно было в чем-то упрекнуть, то только в недостаточной критичности по отношению к собственным реакциям. Он, казалось, чувственно воспринимал рынки как единую сеть отношений. Дерни за одну паутинку, и все остальные придут в движение. Поэтому он вел торговлю на всех рынках: облигаций, валют и акций, во Франции , Германии, США, Японии, Канаде и Британии, на рынках нефти, драгоценных металлов и биржевых товаров. Ему было интересно все.

Из всех, кого я знавал, он был ближе всего к недостижимому, как я теперь убежден, образу идеального владыки рынков

Лондон был, а может, и до сих пор остается замечательным прибежищем для недоучек.

Для него это было невероятной удачей, и он спустился с небольшой высоты на землю с помощью замечательного золотого парашюта. Больше я о нем не слышал.

Ты живое доказательство того, что некоторые люди прямо рождаются, чтобы стать клиентами».

Право вести дело с геком клиенты получали при двух условиях: во-первых, это должны быть мелкие инвесторы и, во-вторых, они должны благоговеть перед Salomon Brothers и воспринимать все советы как проявление высшей и бесспорной мудрости

В этот миг я и понял, в чем прелесть положения посредника. Клиент пострадал. А я – нет. Он не мог меня убить. Он не мог со мной даже судиться. И мне не грозило потерять работу. Напротив, я стал маленьким героем моей фирмы – ведь я помог кому-то положить в карман 60 тысяч долларов, проигранных моим клиентом.