Цитаты из книг автора «Майк Тайсон»

все религии говорят о том, что мы должны любить своего ближнего. Мои детишки любят Рождество. Разве я скажу им, что это плохо, что это языческий праздник, что мы не будем отмечать христианские праздники? Нет, я не скажу им этого. Вместо этого я говорю: «Давайте возьмем елочные игрушки и будем отмечать Рождество каждый день». Они знают, что я Санта-Клаус. Если им нравятся рождественские колядки, это прекрасно. Кроме моей семьи и моей матери, все, кого я знаю, либо христиане, либо иудеи. Если я обойду здесь, в городе, десять домов, не думаю, что в каком-либо из них окажется мусульманская семья. Но когда я иду молиться, все там – мусульмане. Утверждают, что только мусульмане будут на небесах. Если я окажусь на небе и там будут только мусульмане, я останусь без своих друзей, которых я знаю и люблю. В таком случае я не хочу там быть. Я хочу быть в том месте, где могу смеяться и ссориться со всеми своими друзьями и близкими, независимо от их религии. Я не хочу пребывать на небесах с кучей парней,

Любовь повелевает нами, а не мы ею. И когда она повелевает тобой, тебе остается только откликнуться на этот зов. Никто никогда не в состоянии отказать зову любви, даже если природа любви безжалостна.

люди могут стать лучше, думая о себе как об идеале. Они всегда будут стремиться быть таким идеалом.

Если у тебя никогда ничего не было, как только появляется такая возможность, ты стараешься накопить побольше. Но когда ты становишься старше, то ты понимаешь, что в жизни все сводится не к накоплению, а к потерям. И чем старше ты становишься, тем больше у тебя опыт потерь. Мы теряем волосы, мы теряем зубы, мы теряем своих близких. Хотелось бы надеяться, что эти потери закаляют нас и что мы в состоянии передать свою мудрость тем, кого мы любим.

славу нельзя стяжать, ее можно только потерять.

Секс – это очень сложное стечение обстоятельств. Каждый приходит со своим опытом.

самые крупные звезды являются самыми темными

В России нет равновесия, пропорциональности, баланса. В России есть только крайности.

Я вставал в два часа ночи, надевал шорты и наушники и бегал по камере несколько часов. Когда Уайно просыпался, все стены были запотевшими и взмокшими от моих упражнений. Иногда я в течение дня отрабатывал в камере бег на месте, и все охранники и заключенные приходили посмотреть на меня через окошко.

Некоторые прекрасно чувствуют себя в нищете. Ты вытаскиваешь их из нищеты, обеспечиваешь им нормальную жизнь – а они умирают, эмоционально и духовно, потому что боль и страдания – их единственная отрада. Им даже в голову не может прийти, что кто-то способен любить их и помогать им, ничего не требуя взамен.