Цитаты из книг автора «М. Лукьянчикова»

собой шумное, пестрое скопление людей торгующих, покупающих, совершающих сделки, демонстрирующих свои изделия. Если в период Раннего Средневековья ярмарки возникали преимущественно в окрестностях крупного монастыря (например, – известная с VII века ярмарка в окрестностях монастыря Сен-Дени в пригороде Парижа), то теперь они чаще ориентируются на окрепшие городские центры. Наиболее крупными и известными ярмарками Средневековья были: во Франции – Сен-Денийская (под Парижем) – с VII в., Шампанская – с XI в.; в Англии – Сент-Джайлская – с XI в., Стаурбриджская (близ Кембриджа); в Германии – Лейпцигская (с 1165 г.), во Франкфурте-на-Майне (с 1240 г.), в Любеке; в Италии – Миланская, в Ферраре и Венеции; в Венгрии – в Пеште и Дебрецене; в Польше – Познанская и Краковская. Самой крупной ярмаркой в Европе в ХIII – середине XIV вв. была Шампанская. В этот период она фокусировала международную европейскую торговлю и денежные операции. Шампанские ярмарки проводились 6 раз в год

Средневековые ярмарки. Ярким свидетельством оздоровления производства и торговли в Европе XI – XIV веков стали ярмарки (от нем. Jahrmarkt – ежегодный рынок). Ярмарки созывались один раз в год, но соотносились между собой. Все слои средневекового общества смешивались на ярмарочной площади, представлявшей

У стационарных зазывал к завлекающим, убеждающим звукам и фразам прибавлялись настойчивые жесты: мимо идущих хватали за рукав, чтобы затащить в свою лавчонку или таверну, подчас не давая пешеходу спокойно продолжать свой путь. Роль зазывалы постепенно отделялась от тех, кто непосредственно осуществлял предлагаемую услугу – продавцов. В Европе власти стремились урезонить чрезмерную жестовую и вербальную активность зазывал, переходящую в рекламную агрессию. Подтверждением попыток регламентации агрессии зазывал является раздел «Регистра ремесел и торговли»: «Никто не может и не должен зазывать, ни привлекать покупателя, который стоит у другого прилавка или у другого дома; а если кто так делает, он платит королю 5 су штрафа и 5 су братству». Строго запрещалось приставать к прохожим в центральных городских кварталах, но запреты упорно нарушались.

Для продавцов была характерна определенная одежда и предметы, обычно находившиеся в руках, корзинах или на лотках, повешенных через плечо. Наиболее выразительны и эффективны были «крики» приходивших в город трупп бродячих артистов. Они с разрешения городских властей устраивали шумные, красочные шествия по центральным улицам.

«роль „криков Парижа“ в площадной и уличной жизни города была громадной. Улицы и площади буквально звенели от этих разнообразнейших криков. Для каждого товара – еды, вина или вещи – были свои слова и своя мелодия крика, своя интонация, то есть свой словесный и музыкальный образ. Как велико было это разнообразие, можно судить по сборнику Трюке 1545 года – „Сто семь криков, которые кричат ежедневно в Париже“. Но этими ста семью криками, приведенными в сборнике, дело не исчерпывалось: их можно было слышать в течение дня гораздо больше. Необходимо еще напомнить, что в ту эпоху не только вся без исключения реклама была устной и громкой, была „криком“, но и всякие вообще извещения, постановления, указы, законы и т. п. доводились до народа в устной и громкой форме»19.

Клемана Жаннекена относится уже к середине XVI века. Таким образом, историю этих знаменитых «криков» можно проследить на протяжении почти четырех веков

Этим крикам придавалась ритмическая стихотворная форма, каждый определенный «крик» – это четверостишие, посвященное предложению и восхвалению одного определенного товара. Первый сборник «криков Парижа», составленный Гильомом де Вильнев, относится к XIII веку, последнее же собрание «криков»

Сборник «Крики Парижа» – это громкая реклама парижских торговцев.

– ярмарочный фольклор. В нем взаимодействуют все разновидности устной рекламы и формируются новые ответвления, особо изощренные и искусные17.

– тексты стационарных зазывал лавочек, таверн, винных и иных распродаж. В цеховых регламентах, некоторые зазывалы были одновременно глашатаями, но это встречалось редко. Обычно «зазывы» шли от обычных кабатчиков, лавочников.