Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно

Рецензии и отзывы на Медея и ее дети

Слушать
Читайте в приложениях:
2908 уже добавило
Оценка читателей
4.56
Написать рецензию
  • Aubery
    Aubery
    Оценка:
    167

    Впервые я взяла в руки томик Улицкой лет в 16. Это был "Искренне ваш, Шурик", роман, который женщины в моей семье передавали из рук в руки и затем бурно обсуждали. Передавали не оттого, что его нельзя было достать в книжных, а нарочно, чтобы наверняка прочли, не отложив в долгий ящик. Сначала я, было, втянулась, а потом чуть не швырнула книгу в телевизор - благо, дело было ночью, и мне не хотелось всех перебудить. Наутро за завтраком я бурно возмущалась - да как такое вообще читать можно, да это же мерзость. Мама улыбнулась и аккуратно посетовала, что, видимо, не стоило-таки мне "эту мерзость" давать.

    В свои 16 я была барышней романтически настроенной, максималисткой и различавшей только белое и черное. С тех пор прошло почти 10 лет. И я снова взялась за Улицкую, и снова с опаской. Но на этот раз меня пугало совершенно другое: Людмила Евгеньевна называет Россию "страной несчастных женщин". А я не люблю читать про несчастных женщин. Вернее: про русских несчастных женщин, тем более словами русских же женщин. Но "Медею" я не прочесть не могла, потому что тут Крым. А Крым для меня - место заветное, родное, ни с чем больше на свете не сравнимое. И у Людмилы Евгеньевны он прекрасен: живой, выпуклый, наполненный до краев ароматами, красками, звуками.

    "Медея и ее дети" - это сага о большой таврической семье, которую разбросало по свету, но сердце которой неизменно билось в окрестностях Феодосии - в залитом солнце дворе с видом на столовые горы и розовеющий тамариск, где Медея растирает тыльными сторонами ладоней тесто для пахлавы. Всякое выпало на долю этой семьи: от тягот и трагедий революционного, а потом и военного времени, до вполне себе бытовых, о которых не принято говорить, но все почему-то о них знают. Словом, грязного белья и скелетов в шкафу в этой истории предостаточно. Но рассказано это без надрыва и заламывания рук. Хоть повествование ведется не от лица Медеи, но во всем чувствуется ее житейская мудрость и умение принять то, что выпадает на долю:

    "Прими и то, что свыше меры, как благодать на благодать, как дождь, как снег, как тайну веры, как все, с чем нам не совладать..."

    И вот что вышло: пишет Улицкая о несчастьях в этом романе, много пишет и подробно. Но общего ощущения несчастья нет. А есть напротив уверенность, что жизнь продолжается. Жизнь как она есть с семьями и отношениями между близкими людьми как они есть. Без прикрас и преувеличений.

    Чтение Улицкой напомнило мне разговор с очень взрослой родственницей, которая сильно старше тебя. В 10 лет тебе скучно, в 15 хочется спорить до хрипоты, в 25 - внимать каждому слову, в 45 - жалеть, что о многом так и не было говорено.

    А "Шурика" я таки прочла, в 21 год. Побывав участницей или просто свидетельницей всяких разных невыдуманных историй. И тогда он мне понравился.

    Читать полностью
  • Spade
    Spade
    Оценка:
    133

    Эту маленькую, толстую и поперечно-полосатую книгу предваряет небольшое, в два абзаца, вступление от лица Людмилы Улицкой. Что она, значит, хотела сказать этой книгой и чего не хотела. Прочитайте вступление (оно же аннотация) — и саму книгу после этого можно, в принципе, и не читать.
    Это моё скромное мнение.
    Ладно, допустим, я не поклонник семейных саг, а словосочетание «семейные ценности» у меня всё ещё вызывает непонимающую улыбку. Допустим. И всё-таки «Медея и её дети» даже как семейная сага никуда не годится.

    От книги с такой аннотацией — «памятник ушедшему поколению», шутка ли — ожидаешь монументальности, всеобъемности, красочного полотна, отображающего ход истории, преломляющего и отражающего её, чтобы показать в одной семье. И что-то подобное, действительно, просачивается намёками сквозь первые страницы книги — сквозь, может, страниц сто из пятисот с лишним. А потом всё начинает тонуть в мелких семейных дрязгах, осточертелых любовных конфликтах. Измена на измене, а на измене измена, так себе памятник-то.

    Но и не только в этом беда, а ещё в том, что самого по себе течения времени сквозь семью Синопли не получилось. Казалось бы, вот он, генетический материал, аж генеалогическое древо на первом развороте понадобилось, — а на деле большинство «детей» бездетной Медеи не удостаиваются не то что истории, а даже и описания. И тут дело, конечо, не в цвете глаз-волос, и не в том, что я жду, что в таком относительно небольшом тексте найдётся место для каждого — однако бывает, что персонажу даётся краткая характеристика, но такая ёмкая, что образ сам рождается в голове. Здесь не найдётся этого. Здесь все побочные персонажи пройдут серой стеной, а за главными будет волочиться шлейф характеристик, словно выпавший из тезауруса: повтори да закрепи…

    Однако самое удручающее впечатление произвела на меня вторая часть книги: история любви-одержимости Медеиной внучатой племянницы. Тут у меня и личное (не нравится мне трактовка любви как тяги к красивой шкуре), и лично-читательское: очень уж похожа эта часть на любовный романчик, притом не очень красивый. А уж сцену, в которой страстно влюблённая Машенька читает этому своему Казанове стихи, пока он мучается поносом, и вовсе всерьёз воспринимать нельзя. Тут уж не любовный бред даже, а обычный.
    Может быть, эта часть дана, чтобы жизнь Медеи казалась выше и порядочнее в сравнении с молодым поколением, но если она присутствует исключительно ради контраста, то занимает слишком много места. А если не для контраста — то для чего?

    И в целом роман оставляет именно такое впечатление: для чего?
    Для чего она Медея (кстати, Word, похоже, считает это слово деепричастием), если миф там никак не обыгран? Для чего выбирать формат семейной саги, если ты воспеваешь стойкость одной-единственной личности? Для чего вводить персонажей, которых читатель будет знать только по именам? Для чего писать такие ужасные стихи?

    Одно в книге хорошо: Крым. Красивый, яркий, полнозвучный, он и был главным героем романа.
    Всё остальное — пустые людишки со своими глупыми смешными страстями.

    Читать полностью
  • nad1204
    nad1204
    Оценка:
    90

    Для меня Улицкая очень спорный писатель: что-то мне безумно нравится, а некоторые вещи вызывают просто отторжение. Поэтому каждую книгу я беру в руки с большой-пребольшой опаской.
    На этот раз всё обошлось, книга понравилась. Не очень-очень-очень, но всё же впечатления довольно хорошие.

    Во-первых, это место действия — чудный любимый Крым. Описание его удались Улицкой на все сто! Жаркое солнце, потрескавшаяся земля, одуряющий запах трав — всё это создает эффект присутствия и заставляет ещё крепче вцепиться в книгу.
    Во-вторых, главная героиня романа — Медея. Потрясающая женщина. Сильная, мудрая, настоящая. Очень живой образ, прямо-таки не верится, что это вымышленный персонаж.
    В-третьих, хороший русский язык и от этого книга получилась живой и какой-то выпуклой.
    В-четвертых, это история большой семьи. А это я очень люблю.

    Но всё-таки есть "но". Какой-то неприятный осадочек остался от некоторых историй судеб. А особенно от истории Маши. Есть какая-то червоточинка в этой книги. Порой так тоскливо становилось.
    А книга всё же хороша!

    Читать полностью
  • panda007
    panda007
    Оценка:
    48

    Улицкую нельзя обвинить в том, что пишет она плохо. Напротив, язык у нее плотный, гладкий, с красивыми метафорами, и герои тоже вполне жизненные, узнаваемые, и сюжет крепко сбитый, и нестыковок, нелепостей никаких нету, все концы друг с другом сходятся, и атмосфера передана, и прекрасные крымские пейзажи есть, и исторический контекст. Но как же мучительно, как же невыносимо скучно все это читать.
    Как будто сидишь на коммунальной кухне и выслушиваешь по очереди жалобы всех соседок: «Ой, а эта-то, видели, опять сошлась со своим бывшим» и т.д. Конечно, для кого-то это и есть течение жизни, но ей-богу от такой жизни с этими вечными сошелся-разошелся, первый муж – второй муж, дети туда – дети сюда, хочется удавиться. В общем, добротная литература для поклонников «карманных саг».

    Читать полностью
  • innashpitzberg
    innashpitzberg
    Оценка:
    44
    Гвидас с Алдоной, придавленные болезнью сына, навсегда застыли перед мазохистским и неразрешимым вопросом: за что?
    ....
    Еще Медее хотелось бы, чтобы Алдона, отпустив сама себя от вечного материнского рабства, села бы поздно вечером с ней, выпила бы припасенной Медеей рябиновки или яблочной водки и вздохнула бы: «Ох, устала до смерти...» И пожаловалась, и, может быть, заплакала бы, и тогда Медея, приложившись несколько раз в молчании к толстостенной стопочке, дала бы ей понять, что страдания и бедствия для того и даются, чтобы вопрос «за что?» превратился в вопрос «для чего?», и тогда заканчиваются бесплодные попытки найти виновного, оправдать себя, получить доказательства собственной невиновности и рушится выдуманный жестокими и немилосердными людьми закон соизмеримости греха с тяжестью наказания, потому что нет у Бога таких наказаний, которые обрушиваются на невинных младенцев.

    И ведь говорили мне, давно говорили, что у Улицкой надо именно Медею читать, а у меня все руки не доходили. А ведь правильно говорили. Именно в Медее Улицкой так хорошо удалось то, что потом так разочаровало в Переводчике.

    В хорошей саге мудрость обычно сосредотачивается в образе рассказчика, а мотивы повторений и параллелей нужны для подчеркивания и закрепления общечеловеческого и духовного. А еще хорошо, когда есть некоторое отстраснение, взгляд из некоторого рода переспективы, исторической ли, религиозно-духовной ли, психологической.

    В Медее сила рассказа подкреплена силой осмысления и понимания. Понимание до отверженности. Доброта и отдача не "почему", а "потому что".

    Прожить жизнь и понять себя и других. Да разве можно о таком мечтать? Можно. И тогда, даже если не свершится, все равно что-то откроется, небольшой зазор:

    На краю жизни ему стали открываться вещи, о которых он и не подозревал: что мысли не полностью, а с большой степенью приблизительности передаются словами, что есть некий зазор, некая брешь между мыслью и словом и заполняется она напряженной работой сознания, которая и восполняет ограниченные возможности языка.

    И отдельное спасибо за очень правдиво и искренне описанную историю одной депрессии.

    Читать полностью
  • Оценка:
    Чудесная книга,прочитала на одном дыхании!!Вообще очень нравятся. Книги Людмилы Улицкой.Спасибо.
  • Оценка:
    Отличная книга!!! Сюжет, слог, стихи, философские суждения - всё самой высшей пробы!!! Рекомендую всем к прочтению!!!
  • Оценка:
    Мне все очень понравилось, я выросла и живу в Крыму, очень хорошо описана не только природа, но и самобытность Крымчан, их не предвзятость к бытовым условиям, семья Медеи многонациональна, мне тоже напомнила мою семью
  • Оценка:
    Ну, Крым то, конечно, не Россия, но история великолепна! Как будто бы знала эту семью лично. Как жаль, что в нынешнем суматошной мире семьи чаще разбиваются, чем собираются. Роман из тех, что я называю "уютными". Совершенно не оставляет трагического послевкусия, не смотря на обилие описанных трагедий.
  • Оценка:
    В этом романе совершенно органично переплетаются отдельные ниточки-истории каждого члена семьи и составляют такой богатый на орнаменты и цвета ковер родословной. За историей своей большой семьи наблюдает Медея – самая старшая умная, с детства взрослая и принципиальная женщина. С высоты своего опыта видит в кого превратятся малыши-племянники, ей хватает мудрости не влазить ни в чьи отношения и не сплетничать, хватает сил принимать в своем небольшом, но таком уютном и родном домике своих многочисленных родственников. Медея живет в Крыму, близ моря, частенько бывает наедине с природой, никуда не выезжает, да и как уедешь, когда на год вперед расписан график гостей. Как Улицкая вкусно и объемно описывает Крым! Совсем не нудно, у меня было ощущение, словно меня уносит поезд в это чудесное место, где травы пахнут так маняще, а Луна цепляется за верхушки гор. Очень реалистично, чем-то похоже на наш Джасыбай или Боровое, но с отпечатком иной культуры. Это не та простая, такая как у всех, книга о семье. Это что-то бОльшее - сюжет неожиданно перескакивает с одних героев романа на других , невзначай раскрываются такие тайны, о которых никому знать не положено... Нет после прочтения осадка неприятного, только мысли и ощущение, что побывал у дальней родственницы в гостях и узнал чуть больше, чем полагалось.
    Читать полностью