О новеньких в деревне Зинаиде Андреевне сообщила соседка с другого конца улицы. Ее собака стала лаять на чужаков, чего вовсе не делала в присутствии своих деревенских. Недоброе предчувствие заставило фельдшера покинуть теплый дом, пойти проверить Василису. Девочка была хорошей, но за себя вряд ли смогла бы постоять. Слишком у нее был мягкий характер, она к тому же боялась любого шороха, и даже такое праздничное событие как салют, вовсе приводило ее в ужас. Но всех больше Василиса боялась людей. Она была мила с каждым, боялась обидеть окружающих, была безотказной в просьбах, и при этом совершенно терялась в людях, особенно если эти люди были ей не знакомы или их было слишком много. В деревне к девушке относились снисходительно. Она отличалась от местных, не вписывалась в их общество.

Зинаида Андреевна была женщиной с сильным характером. Именно она настояла на том, чтобы Василисе местные работяги построили дом. Пусть он был небольшим, и все же это было хоть какой-то отдачей за то, что девушка большую часть заработанных денег тратила на нужды местных. У деревушки появилась новая добротная пристань, старики обновили свои дома. Покошенные заборы были исправлены, а молодежь отправилась в город за высшим образованием.

Зинаида Андреевна сначала оценила того, кто сидел к ней ближе. Лоб у этого человека был высоким, красивые размашистые брови сглаживали резкие черты лица. Взгляд – прямой, жесткий, перед таким нельзя мямлить, но и наглеть не стоило. Зина сразу отметила, что на главаре была дорогая одежда, часы. «Вот бы такой свитер нашему деду!» – подумала она, снимая сапоги. Второй мужчина был седым, его лицо покрывала белесая щетина.

Феликс заметил перемену в настроении Василисы. При появлении соседки она завела одну руку назад, прихватила локоть другой руки. Ее взгляд вдруг стал отрешенным, как будто она стала лишней в своем доме!

– Вы откуда, люди добрые? – спросила Зинаида Андреевна, заходя на кухню и обращаясь как будто больше к Феликсу.

– Здравствуйте! – сказал Виталий, в то время как Феликс лишь кивнул. – Мы из Москвы, вот приехали к Василисе.

После объяснений Виталий вдруг заморгал и чихнул. Девушка суетливо повернулась, прошла к шкафу, достала мед. Баночку она поставила на стол и открыла крышку. Все трое при этом молча за ней наблюдали.

– Так вот, мы к Василисе приехали. У нас для нее есть деловое предложение, работа.

Зинаида прошла к раковине, полила из кувшина себе на руки водой.

– Работа? Так значит и договор имеется?

– Имеется!

– Меня Зинаида Андреевна зовут, я соседка Василисы. Помогаю ей.

– Виталий. Вы можете ознакомиться с договором! Мы привезли его с собой!

Мужчина прошел в прихожую, вытащил из рюкзака бумаги.

– Вот! – сказал он, положив бумаги на стол.

Зина вытерла руки об полотенце, взяла бумаги, села за стол, отвела руками назад волосы.

В одном была проблема – в договорах она понимала мало, обычно, что давали, то и подписывала.

Тем временем Феликс неотрывно следил за Василисой, как будто анализируя каждый ее шаг и движение. Он понимал, обсуждение договора преждевременно, Зинаида Андреевна все равно займет сторону девчонки. Спорить было бесполезно, он оставил пустые разговоры на Виталия. Сейчас его больше интересовало поведение Василька.

– Покажи мне последний проект! – сказал он, смотря в упор на девушку.

– Хорошо! – ответила Василиса, как будто даже обрадовавшись тому, что с кухни можно слинять.

Она пошла в комнату, даже не потрудившись включить свет в помещении, сразу направилась к рабочему столу. Странно было вот так жить в темноте. Не важно, день был на дворе или ночь, все всегда во мраке.

Девушка отлично ориентировалась в своем доме. Она передвинула стул из центра комнаты к столу, села, не целясь, нажала на кнопку системного блока. Компьютер пискнул, и свет экрана озарил комнату.

– Возьмите на кухне табурет! – попросила она.

Феликс сходил на кухню, взял табурет и сел справа от девушки. Он начал открывать файлы проекта, временами делая ей замечания по ходу просмотра программного кода.

Проект Василиса сделала лишь на одну треть. Феликс специально дал ей сверхзадачу, она была по зубам только профи, и, конечно, девушка с работой к настоящему моменту не справилась. В этом и была суть, ей не хватало информации, навыков, умения. Ей надо было наверстывать упущенное.

– Ты ошиблась в четырех местах. Твою систему взломает новичок. Достаточно устроить дос-атаку.

– Я знаю! Это всего лишь проба, я доведу эту работу до конца, если вы мне позволите!

– Пробуй, я посмотрю! – спокойно произнес Феликс.

Василиса принялась работать над следующей частью программы. Сначала ей было непривычно чувствовать присутствие чужого человека рядом. Для нее люди рисовались из запахов, звуков от движений и походки, разговоров. Дед пах старым пролежавшим ситцем из сундука, Зинаида Андреевна – лекарствами, Наталья – дешевыми духами. У ее нового знакомого была совсем другая аура: мускус и запах леса смешивались с нотками мускатного ореха и янтаря, чуть заметная смесь рома и изюма согревала и придавала глубину этому аромату. Это запах был приятным, едва уловимым, при этом для ее осязательных рецепторов это было чем-то интригующим, похожим на теплый день в лесу.

Василиса сосредоточилась на работе. Она ввела еще несколько строк программного кода. Нужно было показать себя с наиболее выгодной позиции, ведь именно Феликс приносил ей больше половины доходов.

Она работала около часа, потом поняла, что попала в затруднительную ситуацию. Ей надо было подумать. Девушка открыла ящик, взяла корзиночку с пряжей, спицы и принялась довязывать ряд, параллельно рассуждая про себя о том, как решить проблему.

Смена деятельности несколько озадачила Феликса. Он представил себе баскетболиста, который в разгар матча вдруг решил довязать носок.

– Простите, вы сейчас что делаете?

– Думаю.

– О чем?

– О программе?

– А это что?

– Кофточка!

Василиса вдруг остановилась.

– Н-да, простите, я уже привыкла к этому. Выглядит несколько странно, но это помогает мне сосредоточиться.

Девушка отложила вязание, снова принявшись за работу.

Феликс следил за ней, он понимал, что она старается, и решил ради эксперимента похвалить ее.

– Вы неплохо организовали защиту корейской фирмы от хакерских атак.

Василиса широко улыбнулась.

– Спасибо! Если честно, я после запуска системы несколько раз тестировала ее. У меня есть еще несколько похожих проектов, думаю, вам стоит их посмотреть!

Феликс поморщился. Вот этого он не любил. Девчонка была падка на похвалу. С одной стороны манипулировать таким работником очень просто. Она будет делать так, как ему хочется лишь для того, чтобы ее похвалили. С другой стороны отсутствие сопротивления делало ее лишь инструментом, а не творцом.

– Тут…

Феликс перевел взгляд на монитор, чтобы проверить следующую часть работы.

А в это время Зинаида Андреевна вникала в тонкости юридических вопросов. Виталий разъяснял ей каждый пункт договора.

– Хорошо! Допустим, эти условия хороши. Но у нас немного другой случай. Василисе нужна помощь, например, с тем же самым наймом жилья. Да и до места работы ей будет добираться сложно, нужен провожатый. Кроме того есть некоторые другие проблемы. Ей надо ходить в магазин, аптеку…

– Да, согласен! – перебил ее Виталий, поправляя очки. – В принципе эти проблемы можно решить, наняв помощника. И конечно на произвол судьбы ее никто не бросит.

Зинаида Андреевна положила голову на кисти рук. Женщина была напряжена, она взвешивала все «за» и «против», как будто ей самой предстояло подписать эти бумаги. Пару раз, проведя ладонями по щекам, она шумно выдохнула.

– Ну что же, я рискну, была ни была!

Зинаида встала, закрыла дверь в кухню, села на стул и повернулась всем телом к собеседнику. Глядя в глаза Виталию, она тихо заговорила:

– У вас будут большие проблемы с этим договором! – тихо на одной ноте произнесла женщина.

– То есть?

– А то, что паспорта у Василисы нет!

– Потеряла? – предположил Виталий.

– Не потеряла, его у нее просто нет!

У Виталия даже рот от удивления открылся.

– Как так?

– А так, три года назад мой отец пошел на охоту. Девушку он нашел в пяти километрах от деревни. Она лежала посреди замерзшей реки без сознания в кофте и джинсах, на руках наручники, ноги связаны. У нее было много ушибов, по-видимому, она боролась. При том что на улице было ниже сорока градусов, она не имела никаких шансов на выживание.

– Как же она не замерзла там?

Зинаида пожала плечами.

– Вопрос в том, как она там оказалась!

Виталий замолчал. Новая информация меняла дело. Теперь, если Феликс решит взять девчонку на работу, все будет намного сложнее организовать.

– В полицию не обращались?

– Нет, когда ее дед домой привез, она забилась в углу. Я хотела в полицию звонить, а она в ноги мне упала, умоляла не делать этого. Уже тогда она ничего не помнила!

– Вы должны были сообщить в полицию! У нее могут быть родственники!

– Не все так просто! На месте, где ее нашел дед, не было следов других людей.

– И?

– Мы решили, что ее сбросили с вертолета, но перед этим сделали с ней что-то очень нехорошее!

– Насилие?

– Возможно. Но ведь она еще и зрение потеряла! С компьютером и клавиатурой Браиля она училась работать с нуля, а до этого все с Наташей за нашим компьютером сидела. Заметили, что комнатка у нее весёленькая. Это из-за того, что она цвета помнит. До того как Василиса попала к нам, она видела. Мы некоторое время отслеживали списки пропавших людей, но ее там не было! Ее никто не искал, а враг считал, что она мертва. Вы поймите, я только рада буду, если девочка с вами поедет. Она нигде не бывает, и на улицу редко выходит, что не приду, все за компьютером сидит. Поспит, поест, и дальше работать. Деньги зарабатывает большие, в нашей деревне ни одного дома худого не осталось, ребятишкам на учебу дает. И ни с кого денег обратно не просит. Но и отпускать ее страшно. Кто ее там поджидает?

Виталий молча обалдевал от положения дел. «Сюрприз! А стоило ли ехать сюда?»

Мужчина встал, пошел в зал.

– Шеф, ну что?

– Посмотрим на месте! Но ехали не зря! – сказал Феликс, решивший все-таки начать с испытательного срока.

– Василиса, завтра мы должны ехать обратно. У вас есть теплая одежда?

– Я не поеду с вами!

Опять отказ.

– Послушайте, у вас есть способности, знания, вы должны их развивать. Вы – программист высокого уровня, но если не рискнете, вам не взлететь еще выше.

Девушка вдруг стала грустной. Как и ожидал Феликс, критика вызвала сильную ответную реакцию.

– Я не поеду! – сказала она, встав из-за компьютера.

Феликс все перебрал: он предлагал ей деньги, интересную работу, и она так легко от всего этого отказывалась.

– Вы недооцениваете перспективы, которые открываются перед вами. Там у вас будет интересная работа, вы расширите круг общения.

– Нет. Давайте не будем возвращаться к этой теме!

Зинаида Андреевна слышала ответ девушки, и он ее не порадовал. Она хотела для нее другой жизни. Делать было нечего, женщина засобиралась.

– Василиса, я пойду, мне Наташу надо собирать. Если что, звони! Я услышу!

– Хорошо!

Женщина прошла в прихожую, надела на отёкшие ноги сапоги, посетовала про себя на то, что молния на обуви вечером не застегивается до конца. Выпрямившись, она оперлась ладонью на косяк двери, ведущей в кухню, чтобы отдышаться. Виталий стоял рядом, провожал ее.

– Тут все по-простому. Из удобств – ведро, стоит в кладовой. Одеяла сами возьмете в шкафу на верхней полке. Девочку не обижайте!

– Хорошо, Зинаида Андреевна!

– Ну, все, я пошла. До свидания!

– До свидания! – буркнул Феликс.

Раздался протяжный скрип двери, обитой утеплителем и кожзамом. По полу опять пробежал холодок.

– Цыц, Елка, дома сиди! – строго сказала Зинаида, рвущейся на улицу псине.

На крыльце зажегся фонарь. Он отбросил свет на дорожку и сугроб снега перед домом.

Василиса прошла на кухню. Там она достала доску, нож, потом вытащила из кладовой овощи. Девушка помыла их в тазике и начала чистить. Дело шло скоро, вот на сковороде появились морковь, капуста, картошка, туда же ушла тушенка. Василиса двигалась быстро, легко. Пока Виталий доставал одеяла, Феликс молча наблюдал за хозяйкой. Он буквально ходил за ней по пятам.

На чугунной сковороде зашкворчало масло, и девушка, схватив прихваткой ручку, ловко подкинула в воздухе овощи. Все ее движения были легкими, быстрыми. Когда она прошла мимо Феликса к ящику и хотела взять тарелку, ее ладонь уперлась в солнечное сплетение мужчины, и он отошел в сторону.

– Ужин сейчас будет готов! – сказала Василиса, убрав руку за спину.

– Вы не боитесь одиночества? – вдруг задал он вопрос.

Василиса замерла с тарелками в руках.

– Нет, – растянуто произнесла она. – Я не одинока. У меня есть друзья!

– Друзья? Сейчас они рядом, а завтра их нет. У каждого человека свои планы на жизнь, никто не будет под вас подстраиваться! В конечном счете, вы останетесь одна!

Василиса вдруг улыбнулась.

– У людей семейных есть партнер, дети, потом появляются внуки. Вы не хотите подумать об этом?

– Каждый человек рано или поздно остается один на один со своими воспоминаниями о прошлом, смертью и мучениями. Я всего лишь начала свой путь одиночества немного раньше остальных.

Феликс зажал глаза пальцами. Мнение было странным.

– Ну, может быть, вы хотели бы побывать в других странах?

Василиса покачала головой, слегка улыбнулась.

– Мне достаточно того, что есть вокруг меня! Я, видите ли, не могу путешествовать одна! – сказала она, поспешив снять подоспевшее рагу с конфорки.

Феликс сел на табурет. Аскетичное мировоззрение совсем не соответствовало интерьеру дома. Он не удивился, если бы она завалила шкаф вязаными носками, но вот вся эта обстановка: веселенькие занавески, сервиз с красной рябиной, розовая одежда – говорила о том, что девушка любит комфорт, любит движение. Трудно было определить, что держит ее тут, да это особо и не интересовало его. Скорее он искал в ее поведении и обстановке ключ, который заставит девушку изменить решение.

– Много у вас сотрудников?

– Тридцать человек.

Василиса достала ложки и вилки.

– Клиентов тоже много?

– Достаточно. Работы всегда хватает, есть командировки, иногда длительные.

– Вы сейчас тоже в командировке? – спросила Василиса, поставив на конфорку чайник.

– Нет, скорее в отпуске!

– Странно…

– Что?

– Обычно в отпуск едут на море или в горы, а вы вот к нам!

Василиса выдвинула из-под столешницы ящик, достала ложку, протянула ее собеседнику.

– Вот держите!

Пирожки были вкусными, но после суток гонки за временем Феликсу действительно нужна была добавка, поэтому он с аппетитом принялся за рагу.

Пройдя к дверному проему в зал, девушка доброжелательно сказала:

– Виталий, ужин готов, прошу к столу.

Виталий уже успел разложить на ковре толстые одеяла и прилег на одном из них. В его возрасте экстремальные путешествия давались с трудом, к вечеру у него уже болели колени и спина.

Усадив гостей за стол, Василиса вернулась в комнату. Она встала на четвереньки, прощупала одеяла. Поняв, что мужчина не догадался взять постельное белье, открыла ящик, достала пододеяльники и простыни. Быстро справившись с простынями, она никак не могла правильно заправить одеяла в пододеяльник. Устилая кровати, девушка рассуждала о гостях. Она считала, что Виталию около пятидесяти лет. Его голос был слегка дребезжащим, мужчина был более осторожным и мягким в разговоре, искал компромисс. Феликсу скорее всего было около сорока лет. В нем не было еще той мягкости, которую многие мужчины приобретают с годами. Тут во главе стояла деловая хватка.

Василиса услышала приглушенные шаги, начала усердно поправлять подушки. Это был Виталий. Он сразу оценил преображение их мест для ночлега. «Розовые мишки и сердечки на постельном белье? Забавно!» – подумал он, вспоминая нейтральные тона в обстановке своего загородного дома.

– Василиса, мы поели, посуду помоем сами. Скажите только, что и где лежит.

– Тазик в нижнем ящике, губка для посуды и сода за откидной дверкой буфета, вода в баке около окна.

– Хорошо, спасибо.

Василиса расправила свою кровать, решила дождаться, когда мужчины закончат на кухне. Потом она услышала, как в прихожей зашуршала одежда. Елка все это время крутилась под ногами гостей, громка цокая по дереву когтями.

– Мы дойдем до саней. Заберем вещи! – предупредил Виталий.

– Хорошо! – отозвалась Василиса.

Когда входная дверь со скрипом закрылась, девушка отправилась на кухню. Елка поскребла дверь, и хозяйке пришлось уступить пушистой любимице.

– Иди, иди! За ними, поди, увяжешься?

Елка виновато зарычала, но стоило Василисе приоткрыть дверь, собака прорвалась на крыльцо, там с шумом толкнула легкую фанерную дверь и понеслась галопом за мужчинами. Феликс поднял руку, когда задиристая псина стрелой пронеслась мимо него.

Виталий не любил собак.

– Елка! Иди домой!

Елка гордо потрусила вперед, приметив любимый столб, показала, что у нее тоже есть важное дело.

– Что у нас с временным трафиком? На самолет успеем завтра?

Виталий спрятал руки в карманы.

– Успеем, если оставим девчонку здесь.

– Объясни.

Виталий пересказал все, что удалось ему узнать от Зинаиды Андреевны.

– Нам не удастся провести ее на самолет, с оформлением документов и правоохранительным органами будет просто уйма проблем, лучше ее просто оставить здесь.

– Нет! Будет по-другому! Ты останешься с девчонкой в Якутске, а я вернусь в Москву. Документами займешься сам, через полтора месяца она должна быть на своем рабочем месте. Все понял?

Виталий сглотнул. Ему вовсе не хотелось оставаться на месяц в этом холодильнике. Однако отказ от работы был эквивалентен увольнению.

– Хорошо! – согласился Виталий, припомнив о том, что Василиса категорически не хотела куда-либо ехать.

Добравшись до саней, они забрали из них самое ценное. Елка при этом внимательно наблюдала за ними, постоянно крутясь под ногами.

– Как ты думаешь, она впишется в наше офисное общество? – спросил Виталий, вытаскивая из саней тяжелый рюкзак.

– Впишется! Придется!

Виталий закинул за плечи рюкзак, Феликс взял сумку с оборудованием. Палатку и набор для выживания решено было оставить в санях. Они повернули обратно. Небо очистилось к ночи. Звезды здесь были невероятно яркими, белесой рекой по темному полю шел Млечный Путь. Луна придавала снегу цвет мрачной холодной синевы. Теперь деревушка с высокими сугробами на крышах, светящимися окошками и дымящимися трубами казалась очень уютной. В доме, где они нашли ночлег, тоже горел мягкий свет. Так спокойно тут было, немного тоскливо без суеты города.

Приблизившись к дому, мужчины заметили, как над сугробом взметается снег. Василиса чистила дорожку, ведущую от крыльца к воротам. Ее зимний комбинезон естественно был розовым, белая шапка с внушительным помпоном обрамляла бледное личико.

– Дайте лопату, сами идите в дом! – приказал Феликс, передавая коллеге сумку.

Девушка выпрямилась, протянула вперед лопату. И он взял ее, только после осознав, что черенок короток. Виталий прошел в дом, за ним поспела Елка.

– Вы тепло одеты? – спросила девушка.

– А что если нет? – сказал Феликс, начав откидывать снег.

– Тогда вам лучше пойти в дом. Я не хочу, чтобы вы замерзли!

Феликс выпрямился. Василиса стояла около крыльца и смотрела мимо него. Ему захотелось встряхнуть девушку, пробудить от этого ледяного мрака, крикнуть: «Я тут! Ну же смотри на меня, мне в глаза!»

– Я одет тепло! Иди в дом! – сказал он мягко, перейдя на «ты».

– Я поставлю вам чайник! Не задерживайтесь!

Василиса, медленно развернувшись, поднялась на крыльцо.

Они расположились на ночлег ближе к полуночи, изредка переговариваясь между собой о деталях завтрашнего дня. Виталий выбрал себе лежак, расположенный вдоль шкафа. Его устраивало то, что подушка здесь лежит у стены, она не будет сползать с матраса. Он так устал, что стоило ему коснуться головой подушки, и его глаза сразу закрылись. Из-за изножья кровати послышался храп. Феликс тоже устал, но заснуть не мог. Он лежал на полу, смотря, как луч света из прихожей падает на щуплую фигурку девушки. Она легла спать в пушистой длинной тунике, и та, конечно же, была розового цвета.