Цитаты из книги «Темный лес»

Трисоляриса. – Вот об этом теперь и побеседуем. Дай-ка закурить. – Ло Цзи пошарил рукой в темноте и вскоре наткнулся на руку товарища с зажатой в ней сигаретой. Когда Ло Цзи заговорил снова, Ши Цян понял, что тот передвинулся на три или четыре метра в сторону. – Хочу, чтобы ты все видел в космическом масштабе. Ло Цзи зажег сигарету, покрутив фильтр, Ши Цян сделал то же самое. Во мраке ночи друг перед другом зависли две крохотные красные планеты. – Вот. Теперь построим простейшую модель космической цивилизации. Наши два огонька означают населенные планеты. Представь себе, что кроме них в нашей модели Вселенной больше ничего нет. Представил? – Ну да. В такой тьме – запросто. – Назовем эти два мира «твоя цивилизация» и «моя цивилизация». Их разделяет значительное расстояние – скажем, сто световых лет. Ты можешь определить, что моя цивилизация существует, а я даже не догадываюсь о тебе. – Ладно. – А теперь мы определим два типа отношений между цивилизациями: «дружественные» и «враждебные». Эти слова можно понимать по-разному, поэтому как ученые уточним: дружественная цивилизация не пытается напасть первой и уничтожить другие цивилизации. А враждебная – наоборот. – Хорошенькое же у тебя определение дружбы! – Теперь подумай, какие у тебя есть варианты отношений со мной. Не забудь про аксиомы космической цивилизации, про расстояние и про тот факт, что цивилизации разделены космическим пространством. – Допустим, я решил установить с тобой связь. – Если ты так поступишь, то заплатишь разглашением факта своего существования. – Верно. Во Вселенной это не мелочь. – Разгласить существование тоже можно по-разному. Самые важные сведения – это точные межзвездные координаты. За ними следует общее направление на планету; а в самом конце находится

– Это все. – Все? Ну, это, в общем, просто. Но что отсюда вытекает? – Ты можешь догадаться, кто убийца, по пуле или по капле крови. Космическая социология способна вывести из этих двух аксиом полную картину галактической, космической цивилизации. Вот так работает наука, Да Ши. Основы практически любой отрасли знаний весьма просты. – Выведи тогда что-нибудь. – Для начала давай поговорим о битве Тьмы. Ты поверишь, если я заявлю, что «Звездолеты Земли» были космической цивилизацией в миниатюре? – Нет. На «Звездолетах Земли» не хватало ресурсов – запчастей и топлива. А во Вселенной их навалом. Вселенная большая. – Ошибаешься. Вселенная велика, но жизнь еще больше! В этом заключается смысл второй аксиомы. Объем вещества во Вселенной неизменен, но жизнь разрастается по экспоненте. Экспонента – это математический чертик из табакерки. Скажем, есть в океане одна бактерия, и она делится надвое каждые полчаса. Через несколько дней ее потомки заполнят весь океан, если хватит пищи. Не меряй цивилизации меркой Земли или Трисоляриса. Эти две цивилизации пока еще совсем младенцы, в самом начале пути. Как только цивилизация перешагивает некий технологический порог, она с пугающей скоростью начинает распространяться по Вселенной. Возьми, например, сегодняшнюю скорость земного космического корабля. На такой скорости земляне за миллион лет заполнят собой всю Галактику. А миллион лет – ничто в масштабе Вселенной. – Так ты утверждаешь, что в далеком будущем всей Вселенной сдадут… как это называется в картах… – «мертвую руку»? – Незачем заглядывать в далекое будущее. Вселенная держит «мертвую руку» прямо сейчас. Как сегодня предположил Хайнс, цивилизация могла зародиться миллиарды лет назад. По всем признакам Вселенная наверняка уже заполнена до отказа. Кто знает, сколько свободных планет осталось в Млечном Пути, сколько природных ресурсов? – Но этого ведь не может быть! Вселенная кажется пустой. Мы не встречались с инопланетной жизнью, за исключением

Перейдя дорогу и отгородившись барханами от огней поселка, они на ощупь выбрали место и присели на занесенную песком землю. – Ну что ж, начнем, – прозвучал в темноте голос Ло Цзи. – Дай мне версию попроще. Мои мозги ничего сложного не воспримут. – Да Ши, тут нет ничего сложного. Правда весьма проста. Это одна из тех загадок, когда слышишь ответ и удивляешься, почему не догадался сам. Ты знаешь, что такое аксиома в математике? – В школе нам преподавали геометрию. «Через две точки можно провести только одну прямую», и все такое. – Ну да. Теперь мы определим две аксиомы космической цивилизации. Первая: выживание является основной потребностью цивилизации. Вторая: цивилизация непрерывно растет и расширяется, но общий объем вещества во Вселенной остается неизменным. – А дальше?

– Но сберегут ли трисоляриане наше культурное наследие? Они ведь нас совсем не ценят.

что не были связаны с текущими событиями, а еще лучше с современностью вообще. Такие программы еще можно было отыскать, хотя их показывали реже и реже в эти последние дни Золотого века. Однажды поздней ночью он засиделся за бутылкой коньяка, которой, если верить этикетке, было тридцать пять лет. Нажимая кнопки на пульте управления, он проскочил мимо нескольких программ новостей. Но одна передача на английском языке привлекла его внимание. В ней рассказывалось о находке затонувшего корабля середины XVII века. Он ходил между Роттердамом и Фаридабадом и затонул у мыса Горн. Среди поднятых водолазами предметов был маленький запечатанный бочонок превосходного вина. Эксперты предполагали, что вино все еще можно пить. Более того, вкус его после трех веков хранения на дне океана должен быть просто несравненным. Ло Цзи записал бо́льшую часть этой программы, а потом вызвал Кента. – Я хочу этот бочонок. Купите его для меня, – потребовал он. Кент пошел звонить. Через два часа он сообщил Ло Цзи, что бочонок сто́ит невероятно дорого. Начальную цену установили в триста тысяч евро. – Эта сумма – мелочь для проекта «Отвернувшиеся». Покупайте. Это часть плана. После этого случая у проекта «Отвернувшиеся» появился второй мем, следовавший за «улыбкой Отвернувшегося». Все, что являлось очевидно абсурдным, но тем не менее требовалось выполнить, стали называть «частью плана Отвернувшегося», или же просто «частью плана». Через два дня бочонок, старый и покрытый ракушками, стоял в его гостиной. Ло Цзи взял в руки найденный в погребе специальный кран для деревянных бочек, со спиральным сверлом. Он аккуратно ввинтил кран в бочонок и налил первую рюмку. Жидкость была необычного изумрудно-зеленого цвета. Он понюхал ее и поднес рюмку к губам. – Доктор, это тоже является частью плана? – негромко спросил Кент. – Именно так. Это часть плана. – Ло Цзи уже собирался пить, но заметил собравшихся в гостиной людей и приказал: – Всем выйти! Кент и остальные не сдвинулись с места. – Я сказал выйти из комнаты! Это тоже часть плана. Пошли вон! – Он свирепо посмотрел на окружающих. Кент сокрушенно покачал головой и направился к двери; за ним последовали остальные. Ло Цзи сделал глоток.

В эпоху всеобщего волнения Ло Цзи был самым спокойным человеком в мире. Он прогуливался по берегу озера, плавал на лодке, собирал грибы и ловил рыбу, а затем повар готовил из них вкуснейшие блюда. Он просматривал множество книг на полках библиотеки; а когда становилось скучно, выходил наружу и играл в гольф с охраной. Он ездил на лошади по полям и лесам в сторону заснеженных вершин, но никогда не добирался до их подножия. Он часто сидел на скамейке возле озера и глядел на горы, отражающиеся в воде, ничего более не делая и ни о чем не думая. День за днем проходили как во сне. Все это время он оставался в одиночестве и не общался с окружающим миром. Кент тоже жил в имении, но у него был свой небольшой кабинет, и он редко попадался на глаза. Ло Цзи лишь однажды разговаривал с офицером, отвечающим за безопасность, – попросил, чтобы охранники не ходили за ним следом; а если это необходимо, то пусть держатся вне поля его зрения. Он чувствовал себя как лодка на воде, тихо плывущая со спущенным парусом – не знающая, где ее причал, и не желающая знать, куда ее несет течение. Порой, вспоминая свою прежнюю жизнь, он с удивлением отмечал, что всего-то несколько дней прошло, а она изменилась до неузнаваемости. Ну что ж, такой расклад его удовлетворял. Особый интерес у него вызывал винный погреб. Ло Цзи знал, что пыльные бутылки, лежащие на стеллажах, содержат в себе лучшее в мире вино. Он пил в гостиной, он пил в библиотеке, иногда он пил в лодке – но никогда не напивался; он пил лишь столько, чтобы оставаться в идеальном, полупьяном-полутрезвом состоянии. А затем тянулся к забытой прежним хозяином длинной трубке и курил. Ло Цзи не разжигал огня в камине, даже когда шли дожди и в гостиной становилось прохладно. Он знал, что время для этого еще не настало. Он никогда не пользовался Интернетом, но время от времени смотрел телевизор. Он пропускал новости и смотрел лишь те

Вот это и называется цепочкой подозрений.

потом он разглядел симптомы психологического расстройства среди офицеров, начиная с подполковника и выше. Большинство из них стали склоняться к интроверсии, проводя много времени наедине со своими мыслями и резко ограничив общение. На собраниях они выступали реже и реже, а порой не произносили ни слова. По наблюдениям Лань Си, огонь в глазах офицеров погас, а лица выражали уныние. Они предпочитали не смотреть в глаза другим, опасаясь, что те заметят туман в их взглядах. Когда они все же встречались с кем-то глазами, то сразу же отводили взор, как будто их било током…

Запечатывание разума превратило меня в моего собственного бога – а у бога не бывает сомнений.

– Бог? Сегодня это слово означает много разных понятий, несет много разных смыслов, и я не знаю, что именно вы… – Я верю не потому, что у меня есть доказательства, а потому, что это относительно безопасно. Если Бог существует, то верить в него правильно. Если Бога нет, то я ничего не теряю. Слова генерала вызвали у присутствующих смех. – Вторая половина фразы неточна, – поправил Ринье. – Нам есть что терять, по крайней мере в научном плане… Даже если Бог существует – что с того? Какое он имеет отношение к тому, на что мы сейчас смотрим? – Если Бог правда существует, то у него может быть представитель в мире смертных. Все таращились на Фицроя почти целую вечность, прежде чем поняли смысл его слов. Тогда один из астрономов спросил: – Генерал, о чем вы? Бог не выбрал бы своего представителя из нации атеистов. Фицрой затушил сигарету и развел руками. – Когда вы исключили все невозможное, то, что останется, окажется истиной, каким бы невероятным оно ни было. Вы можете предложить объяснение получше? – Если под Богом вы подразумеваете некую высшую силу, поддерживающую порядок и справедливость во Вселенной… – размышлял вслух Ринье. Фицрой прервал его, подняв руку, как будто верховная сила, о существовании которой они только что узнали, могла от этих слов ослабеть. – Так верьте же, все вы. Начинайте прямо сейчас, – сказал он и перекрестился.