Цитаты из книг автора «Лууле Виилма»

Если человека раздражает все – как личное, так и всеобщее, и он не может это разрешить, либо это не улаживают другие, то возникает ожирение.

У любого камня есть свои сильные и слабые стороны и соответственно этому их и используют, но если Вам очень нравится какой-нибудь определенный камень, значит, Ваша душа в нем нуждается. Не бойтесь прочитать про то, что этот камень не Вашего гороскопа. Не делайте камню больно. У него, как у любой энергии, есть сознание, которое умнее, чем мы с нашим разумом. Он не попал бы в Ваше информационное поле, если у Вас не было бы потребности в нем. Положите камень на ладонь и ощутите, как он становится для вас близким или далеким, легким или тяжелым, теплым или холодным, приятным или неприятным. Камень разговаривает с Вами. Если Вы поймете его бессловную речь, то не поступите неправильно. Если человек не испытывает страха в связи с тем, что он делает в данный момент, то человек верит в себя, и если он тогда преклонится перед камнем, как перед Богом, то посредством божественного камня он преклонится перед Всеединством.

Ее торжествующее заявление о недостатках мужниной родни есть не что иное, как желание подчеркнуть превосходство собственной родни и себя лично. Она не понимает, что никому не дано возвыситься за счет унижения другого – никому не дано стать лучше за счет усугубления чужого плохого. Наоборот, желание быть лучше других истребляет собственный разум.

Немудрено, что у матери болит сердце, когда психиатр врачует ее ребенка – ведь в действительности он врачует ее самоё. Это и должно причинять боль, чтобы мать приступила к исправлению своих недостатков. Они ведь ей известны лучше, чем психиатру.

Я спрашиваю у матери, почему она не научила ребенка освобождаться от страха. Можно было бы спросить иначе: «Почему Вы не научили своего ребенка делать хорошее для других?» Ведь страх – это тот же другой. Кто желает делать хорошее для других, тот желает хорошего и своему страху. «Я пыталась научить, но как только он услышал, что в нем сидит страх, то сразу впал в истерику. Он не хочет, чтобы в нем сидел страх». Типичный разговор: хочу – не хочу. Точно как и у матери. Эта мать, не успев разобраться, что к чему, на манер девочки-подростка огорошила сына торжествующе-безапелляционным: «Я знаю, что в тебе сидит страх! Отпусти его!» Безо всякого предварительного разъяснения, чтобы ребенок правильно понял. Ведь для матери не является секретом пугливый, нервный характер ее дитя.

Смотрю я душевный уровень матери и ребенка и вижу, что мать подобна девочке-подростку, которая бравирует перед своим маленьким братом бесшабашной удалью – «сейчас зайду в клетку со львом» — и упивается силой своего влияния, когда братец в страхе за нее едва не умирает. Для матери это является знаком большой любви – ведь ребенок проявляет о ней заботу. Бессердечность матери налицо.

Оба вида патологии указывают на то, что человек изнурил мышцы нижней части тела в погоне за бессмысленными материальными ценностями жизни. Если эта беготня не привела к желанным результатам и человек в своей разочарованности покоряется жизни, то возникает ослабление. Но если человек упрямо борется с жизнью и не желает сдаваться ни при каких условиях, то у него возникает судорожное мышечное напряжение, от чего нижняя часть тела может полностью лишиться подвижности

I. Дорогое нежелание! Я прощаю тебе то, что ты во мне поселилось. Теперь я знаю, что ты явилось научить меня. Спасибо тебе. II. Но прости и ты меня за то, что вместо того, чтобы научиться сразу и отпустить тебя на волю, я держал тебя у себя в плену и взрастил до таких размеров, что ты вынуждено причинять мне боль, подавая тем самым знак, чтобы я отпустил тебя. Прости, что я сам до этого не додумался. Теперь я тебя отпускаю. Я уже обнаружил, что причина очень многих неприятных жизненных событий кроется в моем неправильном мышлении, и буду искать дальше. Я знаю, что ты это видишь и по мере этого освобождаешься. III. Дорогое тело! Прости меня за то, что я прежде не умел тебе помочь и что и теперь еще тебе приходится идти по рытвинам и ухабам. Но теперь я, по крайней мере, от всего сердца хочу освободить тебя от своего нежела

Нежелание, неприязнь – это как стена поперек дороги нашей судьбы. Ее высота и толщина зависят от того, какой мы ее сами выстроили. Как мы с этой стеной общаемся, так она и ведет себя, или, иначе говоря, так мы ведем себя сами перед всякими препятствиями. Ее можно разрушить, ее можно отпугнуть, ее можно преодолеть и ее можно обогнуть. Ее можно отрицать и тогда налететь на нее с разбегу, как на любое препятствие, которое не замечается, и растянуться в полный рост.

Милый человек, отпусти меня на волю, и тогда ты будешь с удовольствием делать все то, что раньше делал неохотно. Тогда ты сообразишь спросить у оказавшегося на твоем жизненном пути препятствия: «Чему ты хочешь меня научить?» И сам догадаешься чему, даже если оно не сможет сказать тебе словами».