Цитаты из книг автора «Луиза Пенни»

Но когда его собственное тело, искалеченное, избитое, дышало на ладан, когда жизнь почти покинула его, Жан Ги Бовуар вдруг понял, насколько привлекательными могут быть сердце и ум.

Анни рассмеялась. Ее лицо и фигура были созданы не для парижских подиумов, а для хороших ужинов, книг у камина и веселья. Она была создана из счастья и для счастья.

Мы любим жизнь, – подумала Рейн-Мари, глядя на Рут и Розу, сидящих рядышком, – не потому, что мы привыкли жить, а потому, что привыкли любить». Ницше

Я спросил, кажется ли вам это реальным, – сказал Маруа. – Верно, – кивнул старший инспектор. – Так ли оно есть на самом деле, или это игра света. Предложенная надежда, в которой потом было отказано. Особенная жестокость.Он оглядел собравшихся.– Вот с чем связано это преступление. Вопрос в том, насколько в действительности реален этот свет. В самом ли деле счастлив человек или только притворяется? – «Не рукой махал, а тонул», – сказала Клара.

Люди меняются, когда у них нет выбора. Вопрос стоит так: либо ты умираешь, либо меняешься. Вы говорили про АА. Алкоголики бросают пить, когда достигают самого дна. – И что происходит потом?– А чего вы ждете после такого падения? – Она посмотрела на него и вдруг поняла. – Как Шалтай-Болтай.Он слегка кивнул.– Когда люди ударяются о дно, – продолжила она, – они могут остаться там и умереть. Такова судьба большинства. А могут попытаться всплыть.– Собрать себя по черепкам, как наш друг мистер Шалтай.– Ну, ему помогала вся королевская конница и вся королевская рать, – сказала Мирна с шутливой серьезностью. – И даже им не удалось собрать мистера Шалтая.– Да, я читал отчет по этому делу, – согласился старший инспектор.– И потом, даже если бы им удалось его собрать, он бы свалился снова. – Она нахмурилась. – Неизменяющийся человек будет снова и снова повторять ту же самую глупость. Так что если просто сложить все черепки, как прежде, не стоит ждать, что жизнь изменится.– А другое мнение есть?Мирна улыбнулась:– Вы знаете, что есть. Но это самое трудное. Немногим по плечу сделать это.– Измениться, – подхватил Гамаш.Возможно, в этом и состоит смысл Шалтая-Болтая. Его и не нужно собирать. Ему нужно измениться. В конце концов, сидение на стене всегда опасное занятие. Возможно, Шалтай-Болтай должен был упасть. И возможно, вся королевская рать была обречена на неудачу.

Нет, – покачала головой Анни. – Я только хочу сказать, что где-то в мире есть кто-то, кто идеально подходит для Дэвида. А кто-то – для меня. А если ты цепляешься за того, кто тебе не подходит, то ничего хорошего из этого не выйдет. Отношения все равно не наладятся».

Она снова принялась рассматривать изображения. – Прекрасное нынче не в моде. Провокативное, темное, жестокое, циническое – вот что ищут кураторы галерей. Они, кажется, думают, что такие работы сложнее, актуальнее, но я могу вам сказать: это не так. Свет не менее актуален, чем темнота. Мы можем очень многое узнать о себе, глядя на красоту.

Безразличие и самообладание. Я думаю, что это худшие из близких врагов, самые губительные. Самообладание – это равновесие. Когда в нашей жизни случается что-то из ряда вон выходящее, мы остро переживаем, но у нас есть возможность преодолеть это.

увидел… – Он попытался найти подходящее слово, но потом понял: он не ищет, а прячется от него. – Радость. Я увидел радость, Клара, и такую любовь, что у меня сердце чуть не разорвалось.

Но только в том смысле, что у нее было искаженное восприятие окружающего мира. Она приняла столько плохих решений, что просто не представляла, как принимать хорошие.