Но Настя ничего не ответила. Она слезла с кресла, начала одеваться, но движения были резкими, она с такой силой натянула капроновые колготки, что те не выдержали и порвались на пальцах. А потом вдруг села на кушетку и разревелась. Доктор с таким удивлением уставилась на пациентку, что с минуту просто стояла и смотрела на нее, кажется, не моргая. Марина Викторовна человеком была довольно жестким в отношении сопливых дамочек, что рыдали после новостей о беременности, а потом выпрашивали направление на аборт. Все же по Насте было видно, ее слезы далеко не от радости. Но женщина давно знала свою горе-пациентку, поэтому сделала исключение и вместо мгновенного выговора, подошла к кушетке, устроилась рядом:
– И чего ревешь?