Глава 2
Пенелопа

– Ты очень злишься? – осторожно спросила Оливия, когда они выехали с улицы Тюльпанов обратно на улицу Лилий.

Пенелопа тяжело вздохнула.

– Я не злюсь. Скорее расстроена тем, что ты ударила кого-то, не разобравшись в ситуации. Ты же понимаешь, что поступила неправильно? – уточнила она.

– Я знаю, что виновата, поэтому извинилась перед Энди, – проворчала Лив, сложив руки на груди. – Папа бы просто сразу встал на мою сторону и давить не стал.

«Именно поэтому из школы позвонили мне, а не ему», – подумала Пенелопа.

Её муж и отец Оливии, Итан, славился своей безумной и безусловной любовью к дочке. Он никогда её не ругал и был готов сделать что угодно ради её улыбки, чем жутко избаловал.

Лицо Оливии стало таким грустным, что сердце Пенелопы дрогнуло. Остановившись на светофоре, она взлохматила каштановые волосы Лив.

– Эй! – возмутилась она.

Пенелопа широко улыбнулась и убрала руку.

– Милая, может, это не всегда заметно невооружённым глазом, но я тоже очень тебя люблю и кого угодно готова порвать на части за тебя, – сказала она.

Оливия скептично подняла одну бровь. У неё это получалось так выразительно, что она вмиг становилась очень похожей на Итана. Пенелопа пожала плечами, как бы говоря, что у неё нет доказательств своим чувствам.

Они тем временем преодолели шлагбаум, занавешенный постерами о солнечном затмении, и въехали на элитную улицу Роз с шикарными домами, расположившимися на огромных частных территориях. Пенелопа подъехала к их дому и увидела около ворот ворчливую соседку – Веронику Никсон, использующую столько лака для волос, что причёска у неё даже после сна никогда не менялась. Около неё сидели два взрослых корги, нюхающие цветы в круглых клумбах у забора.

– Тетушка Никки! – радостно воскликнула Оливия, выбираясь из машины и подбегая к женщине.

– Оливочка, – нежно сказала соседка, раскрывая для неё объятия.

Пенелопа фыркнула. Их обоюдная любовь до сих пор выглядела для неё очень странной. Оливия росла беспокойным и болезненным ребёнком, сводящим с ума весь штат нянь Сент-Ривера, однако с Вероникой всегда вела себя как маленький ангелочек.

– Как прошёл твой день? – спросила Вероника.

– Нормально, – промямлила Лив, кинув недовольный взгляд на Пенелопу.

– Правда-правда? Ты выглядишь такой худенькой. Тебя плохо кормят? – Вероника взяла лицо Лив в ладони и нахмурилась.

Корги рядом обеспокоенно заскулили. Пенелопа откашлялась.

– Оливия хорошо питается, – заявила она.

– А то я не вижу. Детям необходимо много полезных веществ, потому что они постоянно растут. Вам наверняка некогда следить за этим, – ответила Вероника, презрительно прищурившись.

Пенелопа приложила все усилия, чтобы не нагрубить. Да, она была известным трудоголиком, но семье теперь уделяла столько же внимания, как и работе. Времена, когда она без раздумий бежала на встречу с опасностью, давно прошли.

– Спасибо за совет, но нам как раз пора ужинать. Мы пригласим вас на чай как-нибудь в другой раз, – произнесла она.

Вероника фыркнула, попрощалась с Лив и отправилась дальше по улице выгуливать корги. Пенелопа первой зашла в дом и сразу угодила в объятия Итана. Муж прижал её к себе и сладко поцеловал.

– Что-то вы сегодня долго. Я даже успел соскучиться, – сказал он.

Она улыбнулась и убрала с его лица чёрную прядь волос, закрывшую зелёные глаза.

– В школе возникли проблемы, – ответила она и почувствовала, как Итан напрягается.

Его руки застыли на её талии, и без того крепкие мышцы стали каменными, а глаза угрожающе заблестели. Возраст его только красил, хотя сам Итан так бы не сказал. Он старался закрашивать первые седые волосы до того, как кто-то из домашних их увидит, и боролся с морщинами с помощью увлажняющих масок. Как итог, выглядел почти так же, как в день, когда они начали встречаться. Пенелопе тоже многие говорили, что выглядит она очень молодо, и, чтобы придать своему внешнему виду серьёзности, ей пришлось сменить прическу.

– Кто-то обидел Лив? – спросил Итан.

– Нет, скорее она обидела одноклассника. – Пенелопа вновь вздохнула.

Он поднял одну бровь.

– Я расскажу за ужином. – Она принюхалась и уловила приятный запах мяса и макарон. – У нас сегодня лазанья?

– Она самая. По идеальному рецепту Доротеи, – с улыбкой заявил Итан.

Несколько лет назад их большой дом обслуживали милая старушка-горничная Доротея и глуховатый садовник Григорий, но они оба уволились. Доротея – из-за преклонного возраста, а Григория убедил переехать в столицу его сын, уже давно там обосновавшийся. Пенелопе и Итану было сложно расставаться с ними, и первое время они постоянно звонили им, чтобы узнать рецепт какого-то блюда или как поливать то или иное растение. Тогда Доротея и Григорий написали для них две небольшие книжечки по готовке и садоводству, которые семья Хейзел очень берегла.

Пенелопа прошла вслед за Итаном в столовую, помыла руки, напомнила Лив сделать то же самое и села за стол. Лазанья на вкус оказалась ещё прекраснее, чем пахла, а ещё вызвала небольшую ностальгию. Она вспомнила, как впервые попробовала её в этом доме, даже не подозревая, что скоро сама будет в нём жить. Итан явно вспомнил о том же, ей сказал об этом его понимающий и немного мечтательный взгляд. Оливия фыркнула.

– Если вы начнёте целоваться, то я сбегу в свою комнату, – известила она.

Пенелопа перевела на неё взгляд и нахмурилась.

– Ты расскажешь папе о произошедшем, или мне самой рассказать? – спросила она.

Лив потупила взгляд и выпалила:

– Я не разобралась в ситуации, ударила Эндрю, а потом извинилась.

Итан задумчиво кивнул.

– Молодец. Признавать ошибки – важно, – ласково произнёс он.

Оливия заметно расслабилась. Пусть Итан всегда потакал ей во всех хотелках, но его разочаровать она боялась куда больше, чем маму.

– Если мы всё разрешили, то можно мне пойти и немного поиграть? – с надеждой спросила она.

– Нет, – жёстко ответила Пенелопа. – Ты обязана получить своё наказание, чтобы лучше запомнить урок. Так как ты извинилась и признала свою вину, то следующий месяц игровое время будет снижено всего на час. И да, тебе сначала придётся делать домашнее задание, а потом уже играть в игры.

Оливия поджала губы и с надеждой посмотрела на Итана. Он отвёл взгляд. Дочь поняла, что помощи ждать неоткуда, и протянула:

– Хорошо, мам.

Пенелопа улыбнулась, наклонилась и поцеловала её в щёку.

– Спасибо за понимание, – произнесла она.

Оливия кивнула, встала и побежала наверх. Итан открыл рот, чтобы заступиться за неё, но Пенелопа резко прервала его:

– Даже не думай. Наказание и так очень мягкое. Видел бы ты фингал Эндрю.

Итан закрыл рот и умоляюще посмотрел на неё. Пенелопа почувствовала, как её уверенность даёт трещину.

– Я посмотрю на поведение Лив и, возможно, сниму наказание досрочно, – устало уступила она.

Итан радостно улыбнулся, подвинулся к ней ближе и страстно поцеловал. Её окружили запах его шампуня и мягкие прикосновения пальцев к спине. По её телу прошла волна тепла.

– Спасибо, любимая, – тихо выдохнул он, когда оторвался от её губ.

Вместо ответа она подалась ближе и углубила поцелуй. Итан с удовольствием ответил. Сидя в столовой собственного дома в объятиях любимого мужчины, Пенелопа чувствовала себя до безумия счастливой.

Глава 3
Итан

Итан вздохнул и глянул на наручные часы. Его рабочий день закончился десять минут назад. По идее, он должен был уже ехать за Оливией и Мишель, чтобы отвезти девочек на праздник в честь дня рождения Лоры в кафе «Маргарет», но ещё сидел в своём небольшом строгом офисе и смотрел на девушку в красном мини, заливающую его стол слезами.

– Он убьёт меня! – убивалась она.

Тушь на её лице поплыла, а губы, и без того большие благодаря ботоксу, стали выглядеть ещё больше. Про себя Итан решил, что они теперь похожи на те, которые случайно засосал старый пылесос.

– Простите, но я ничем не могу вам помочь, – вновь попробовал он достучаться до неё.

– Как это не можете? В полицейском участке сказали, что можете. Мне нужны деньги. – Девушка хлюпнула носом, продолжая рыдать навзрыд.

Итан сцепил перед собой руки, пытаясь не сорваться на грубость, и проклял Райана уже, наверное, в десятый раз за день. Изначально эта девушка, сравнимая по интеллекту с тумбочкой, пошла именно к нему и устроила скандал в попытке вернуть несколько миллионов, которые перевела мошенникам. Она провела там всё утро, пока Райан не сдался и не отправил её к Итану, прервав его чтение новостей за чашкой кофе.

Не выдержав, Итан взял в руки телефон, набрал Райану короткое сообщение: «Я тебя убью» – и перевёл взгляд на газету на столе. «Забастовки на мясокомбинате – помешательство приближающегося затмения?» – гласил заголовок статьи, которую он так и не успел дочитать. В последнее время таких новостей в Тесвиерии стало слишком много, что очень настораживало, и дело было отнюдь не в затмении. По всей Тесвиерии вспыхивали огни недовольства властью, хотя он не мог сказать, что Николь Шейрон, будучи президентом не первый срок, ничего для людей не сделала. Она вложила много средств в медицину и образование, активно поддерживала малый бизнес и не допускала резкого роста цен. Отсюда и всплывала странность в поведении людей. Будто кто-то влиятельный приложил руку к беспорядкам.

Девушка вновь хлюпнула носом, привлекая к себе внимание. Итан тяжело вздохнул.

– Повторяю в последний раз – ваша проблема не входит в мою компетенцию, но вы можете обратиться в банк…

– Нет! – Девушка резко вскочила на ноги. – Там мой пусечка работает. Если он узнает, что я взяла его заначку, то он меня убьёт. Трупы уже входят в вашу ком… ком… комплектацию?

У Итана начал дёргаться глаз. Он понял, что достиг предела своего терпения.

– Да, трупы входят в мою «комплектацию». Обратитесь, пожалуйста, когда умрёте, – с улыбкой на лице сказал он.

Девушка настолько оторопела от его ответа, что перестала плакать.

– Тогда… Тогда дайте мне в долг! – приказала она.

Итан поднял одну бровь.

– Я знаю, что вы на улице Роз живёте, значит, богаты. Дайте мне в долг всего пару миллионов, а ещё лучше подарите. Мне они нужнее. – Девушка сложила руки в молящем жесте.

Итан от такой наглости даже злиться перестал.

– Зачем мне это делать? – брякнул он.

– Зачем? – Девушка задумчиво накрутила на палец светлый локон. – Затем, что я красивая. И в постели хороша. В общем, натурой расплачусь!

Она схватилась за подол своего мини-платья и, прежде чем Итан успел её остановить, стащила его через голову, оставшись в красном кружевном белье. Взгляд Итана неловко прошёлся по груди девушки, и раздражение вернулось в десятикратном размере.

– Оденьтесь немедленно, пока…

Дверь в кабинет приоткрылась, и внутрь заглянула его рыжеволосая коллега Нэнси, которой лет пять назад все пророчили карьеру модели, но она выбрала семью и детей.

– Пока никто сюда не зашёл, – договорил Итан, осознавая, что опоздал.

– Я помешала? – уточнила Нэнси.

– Нет, – сказал Итан.

– Да, – сразу откликнулась девушка.

Итан состроил страдающее выражение лица. Нэнси, к счастью, поняла его без слов. Она открыла дверь кабинета настежь.

– Извините, но контора закрывается. Я попрошу вас уйти, – грозно произнесла она.

– Но…

– Живо! – рявкнула Нэнси и хищно улыбнулась. – Иначе за волосы выволоку прямо в нижнем белье.

Девушка скривилась, будто Нэнси накормила её лимонами, взяла платье и с гордым видом покинула кабинет Итана. Он с облегчением выдохнул.

– Спасибо.

– Будешь должен. – Нэнси пожала плечами, послала ему воздушный поцелуй и задумалась. – Я от такого зрелища даже забыла, что хотела у тебя спросить. Ладно, приду позже.

Она развернулась и, звонко цокая каблуками, вышла. Итан ухмыльнулся. Если бы его сердцем не завладела Пенни, то он вполне мог бы влюбиться в яркую и дикую Нэнси. Она была в его вкусе.

Телефон в его кармане завибрировал. Райан прислал ему штук десять извиняющихся смайликов подряд. Итан предпочёл его проигнорировать.

Он и без того жутко опаздывал.

На улице его встретили тёплое солнце и птичье щебетание. Радость пришедшей весны витала в воздухе и кружила голову. Он быстро дошёл до своего любимого «Роллс-Ройса» и сел за руль. В последний год машина начала немного барахлить, но он даже не подумал менять её. Она была дорога ему как память о любимом дедушке.

Заведя автомобиль не с первого раза, он поехал к школе за Оливией и Мишель. Едва завернув за угол, он увидел свою маленькую хулиганку, машущую ему руками изо всех сил. Её густые каштановые волосы Пенни сегодня заплела в два озорных хвостика, которые сейчас прыгали из стороны в сторону. Лямка её рюкзака сползла с плеча, джинсы и футболка были перепачканы в засохшей грязи, а кофта, повязанная на поясе, почти доставала до земли, но Лив радостно и счастливо улыбалась.

В контраст ей рядом спокойно стояла дочь Лоры и Саймона – Мишель Чериез. Её пшеничные волосы были уложены в аккуратный колосок, белая рубашка сияла чистотой, а на пышной чёрной юбке не было ни единой лишней складочки. Мишель была самой красивой девочкой в садике и быстро завоевала всеобщее обожание в школе благодаря своему спокойному и довольно покладистому характеру. Единственной её проблемой была излишняя стеснительность. Из-за неё Лора и Саймон отдали дочь в школу на год позже нужного.

Оливия, имеющая природную внимательность, отличную память и любовь к своей лучшей подруге, смогла упросить их с Пенни отдать её в школу чуть раньше, чтобы быть рядом с Мишель. Сначала Итан очень переживал за свою малышку, оказавшуюся самой маленькой в классе, но быстро понял, что она могла дать фору любому, что постоянно доказывала, защищая Мишель.

Итан остановил машину рядом с ними и улыбнулся.