Отзывы на книги автора «Литагент Альпина»

По-моему, это самое доходчивое объяснение концепции личных границ из всего, что я слышала и читала.

Само словосочетание «личные границы» уже почти ругательное — спасибо диванной психологии и полярности мышления. И вот у нас полчища противников психотерапии, которые искренне считают, что на занятиях психолог за бешеные деньги просто похлопывает по плечу, обвиняет во всём мать клиента и призывает думать только о себе. Принцип «не читал, но осуждаю».

Здесь же автор натурально на пальцах объясняет, что люди разные, что любая человеческая коммуникация — вещь сложная, что никто не обучен читать чужие мысли, что важно научиться уважительно и спокойно доносить свою позицию, что болезненные отношения в прошлом вообще не оправдание скотскому поведению в настоящем. Казалось бы, неужели нужны прям целые книги, чтобы люди в массе своей всё это поняли? Ну, получается, что нужны, ведь нас никто не учил самому главному — как взаимодействовать друг с другом, чтобы быть довольными жизнью.

Существуют люди, прущие напролом - хватающие за плечи, толкающие в спину и даже не думающие, что ты можешь им что-то ответить, так как это не впишется в их парадигму вселенной, где ты существуешь, как пенек, не имеющий своего мнения, границ и голоса.

Ты - еле живой отросток от когда-то изобилующего жизнью дерева, не можешь сказать «нет», только киваешь и выполняешь чужую работу, в ущерб себе тратишь время на чужие проблемы, на критику реагируешь соответствующе, позволяешь ненавистной цепочке продолжаться, а не прерываешь ее поток, ломая звенья.

Альба Кардальда в понятной и задорной форме показывает, что можно по другому. Показывает реальные возможности для изменения хода вещей, преподнося практические советы для всех тех, кто по сей день не говорит тому самому человеку отвалить вежливо, при этом не прибегая к грубым изыскам и жестоким действиям, а остается в плоскости приемлемого адекватного общения, отстояв себя и свои границы, ставя точку там, где ранее было тоскливое молчаливое многоточие.

Скажу честно, что первую половину книги я откровенно скучала. В ней автор описывает как устроен наш мозг (очень поверхностно), что такое личные границы и почему они важны. Говорит о том, что самое важное в жизни - это качественные отношения (и речь не только о романтических) и т.д. и т.п.

Скучала я не потому, что считаю это неважным, а потому что уже читала об этом во многих местах и думала, что и дальше ничего интересного не будет.

Но интересное все же началось примерно с главы, в которой рассказывается о чувстве вины. Это очень мощный рычаг манипуляторов, и я сильно падка на это чувство. Все эти бесконечные прокручивания диалогов в голове, руминации и пр.

В общем вторая часть книги, на мой взгляд, заслуживает внимания. В ней автор приводит помимо теории практические варианты ответов манипуляторам, вежливые отказы, способы ухода от назойливых предложений, грубых и непрошеных советов и мн.др.

Я, как человек, который только спустя пару часов после сложного разговора понимает как надо было себя вести очень благодарна автору за эти последние главы.

Ну и еще для меня было важно прочитать, что какая бы сложная судьба не была у обидчика, он все равно не имеет права делать мне больно. Ничто не оправдывает грубость, наглость и бестактность.

В итоге ставлю книге твердую четверку. Первая часть мимо, зато вторая понравилась.

Хорошие рассказы. Такая тонкая, трогательная проза, метафоричная, но не заумная – читается легко. Рассказы собраны в роман – это сейчас встречается, возвращается мода. Каждый рассказ можно читать отдельно, но все вместе и с повестью – это история одной жизни, одного персонажа. В начале главный герой — ученик ранних классов школы, потом — поздних, потом — студент. Книга закрывается повестью, она около трети по объёму от книги — там герой уже сорокалетний, с офисной работой, семьёй, детьми и кризисом среднего возраста. Словом, весело, красочно и правдоподобно.

Повесть, кстати сперва в «Знамени» вышла, ещё до книги. Без повести герой не повзрослел бы – так и остался бы ребёнком, так это всё и было бы только про 90е... но скачок во времени хорошо дополняет книгу – всё складывается, прошлое с будущим – молодой герой со зрелым.

Ну, и главное – книга светлая. О прошлом, о настоящем, о невзгодах, но не сводя счёты. Наверно автор в первую очередь обращался к ровесникам, кто так же в 80-е и 90-е играл в приставку, ходи в видеозалы, ждал мультиков по воскресениям и закупался джинсами на вещевых рынках. Но я помладше, а всё рано любопытно – обычно 90-е показывают другими, суровыми, хмурыми. Тут больше красок.

Да и... второго детства не будет, да? Книга отчасти об этом.

Последнее время только и слышишь отовсюду о личных границах. Но все ли точно знают, что это такое?

Есть поговорка «Твои личные границы заканчиваются там, где начинаются личные границы другого человека». Но в нашем мире все настолько зациклены на своей персоне, что забывают это. А это очень важно для социума.

Но если есть люди, которые слишком зациклены на своем Я, то есть ещё и те,  кто как раз не знает своих личных границ. И тем более не умеет их отстаивать.

Вот эта книга поможет узнать свои личные границы, уважать чужие и научит отстаивать свои интересы, не нарушая чужих. У меня тоже есть много проблем с коммуникацией и много примеров из книги и мои тоже. Например, я чувствую себя виноватой, если отказываю кому-то в чем-то.

Но эта книга не будет интересна людям, кто очень много интересуется психологией. Эта скорее книга для начинающих, а ещё лучше-для подростков, которые ещё совсем не умеют экологично отстаивать свои интересы.

В целом книга мне понравилась. Легко написано, много советов о поведении в разных жизненных ситуациях.

Автор показывает то время глазами подростка и от этого картина выходит совсем другой. Да, вокруг перемены, семья ищет, как лучше устроиться, исторические декорации меняются, но фокус не на тяжёлом, а на живом и ярком. Детский взгляд будто подсвечивает какие-то простые, но важные вещи — и это цепляет.

Классно выстроено взросление героя: от мальчишки эпохи перестройки до взрослого сорокалетнего человека. А финальная повесть переносит в наши дни — с привычными мобильными, кофе на каждом углу и фоном из новостей. И на этом контрасте судьба героя вдруг делает резкий поворот.

В целом книга про семью, дружбу и перемены — без надрыва, но с ощущением, что всё это по-настоящему. Не скажу, что она меня прям перевернула, но оставила спокойное, тёплое послевкусие.

Читал я этот то ли сборник рассказов, то ли роман в рассказах, а казалось, что встретил родственную душу. Ведь и я люблю рассказы, и автор их любит. И возраста мы одного, всего лишь в два года разница. Пусть и родились в разных городах, но ностальгическое и грустное испытываем мы почти то же. И практически по тем же поводам. Читал и испытывал интересные ощущения дежавю, пока проживал абзац за абзацем, страницу за страницей вместе с героем — мальчиком, юношей, зрелым мужчиной...

«День поперёк недели» — дебютный и во многом автофикциональный роман Александра Ливенцова, айтишника-визуализатора, который давно пробует себя в литературе, ведёт известный блог о книгах, пишет рассказы и издаётся в лит. журналах. И вот большой текст, складывающийся из небольших, — десять историй плюс повесть «Там нет времени, нет смерти». Череда историй о разных периодах детства и юности, из картин далёкого и близкого, в итоге приводящих нас в день настоящий — с его реалиями, проблемами и вопросами.

Мальчик, которого мама однажды в среду не повела в школу, а повела на пугающую гастроскопию (этот рассказ открывает книгу), превращается в сорокалетнего офисного работника, который в один день решает оставить работу, "перейти на другой берег" жизни, стать писателем... — и этот день тоже оказывается средой (завершающая книгу повесть). Читатель вместе с рассказчиком проходит этот круг — от одной среды к другой.

Всё в жизни происходит медленно и неправильно. Кто так устроил?
— Венечка, наверно.
— Он и его ангелы. — Серёга прикурил, выдохнул сизое облако.

Герой постоянно сталкивается к экзистенциальными вопросами взросления. Это жизнь с мамой, которая рассталась с папой, заедает свои страхи и неврозы конфетками. Эти отношения с папой, физиком-ядерщиком, человеком "странненьким", который что-то где-то сторожит ночами и общается часами с сыном по телефону. И проблемы с желудком, опасность гастрита, долгий день с мамой, которая ведёт к гастроэнтерологу, а потом никак не может признаться в том, что у неё появился новый мужчина... Это соединение детской психосоматики с детским же восприятием действительности. Они переданы автором так психологически тонко и метко.

Воспоминания нанизываются одно на другое, вытягивают из архивов памяти разных ярких персонажей, оставивших свой след, свою глубокую зарубку. Приезды бабушки и дедушки из глубинки в Москву, мамины воспоминания о детстве в деревне, непростые отношения с дядей Толей, который пытается приспособиться к лихим 90-м, потом с его сыном, двоюродным братом Яриком, с которым Саня проводил не одно лето в детстве... Каждый из героев выписан так живо и рельефно, что кажется, оживает на глазах. При этом рассказы полны ностальгии и тепла, лишены той чернухи, характерной для описаний кризисных и переломных 90-х.

«Откуда... откуда этот неубывающий холодок, что я самозванец и дилетант во всём... что я просто заменяю кого-то на время... Откуда?»

Художественный язык Александра Ливенцова отличается одновременно поэтичностью и кинематографичностью. Мы попадаем в разные дни прошлого и настоящего, проживая эти "маленькие жизни" вместе с рассказчиком. Внимание уделено тем бытовым вещам, которые повлияли на восприятие пережитого. Отец, который пришёл в квартиру после развода забрать необходимые вещи, и мальчик, который прячется под столом и фиксирует по звукам и отражениям в стекле происходящее... Этот рассказ («Под столом») меня особенно тронул. Истории про друзей по школе, про бедового друга Петю, с которым у героя практически нет точек соприкосновения, но, как известно, противоположности притягиваются... Глубоко личное в этих живых воспоминаниях становится отражением времени, прожитого и отрефлексированного. И мальчик из "вчера" напоминает зрелому мужчине о том, где он находится "сегодня".

«Последним штрихом стало вероятное исключение из будущей премии рассказов. Прежде они падали в общей поток прозы, теперь сядут на скамью запасных — крупная форма полновластно занимала нишу»

Книга завершается повестью, написанной от лица персонажа, который походя прочитывает эту книгу Александра Ливенцова — пока путешествует по Москве, решается на важный для себя шаг начать другую жизнь, общается с женой, которая улетела к морю с детьми, пытается дозвониться до мамы, наладить отношения с другом, с которым не общался последний год,.. и навещает могилу отца. Эта повесть становится той связующей нитью, скрепляющей весь текст в единое целое. И одновременно попыткой героя избавиться от синдрома самозванца, своеобразным уроком по писательскому мастерству с советами от наставника, некой логической финальной точкой, превращающей рассказы в роман. И всё получилось, на мой взгляд. И у героя, с которым мы прошли своеобразный временной круг от одной среды к другой, и у самого автора, сомневавшегося в популярности/не популярности большой либо малой форм в современной литературе. Спасибо за книгу и за эту историю.

Девяностые в сборнике рассказов Александра Ливенцов – тёплые, ностальгические, как фотографии из старого альбома. Рассмотришь какую-то мелочь – и память раскручивает всё новые и новые подробности. Эпоху эту я не застала, но для ностальгии, как мы особенно видим по современным трендам, это не обязательно, главное хоть чуть-чуть погрузиться в культурный пласт.

Я не большой знаток советской литературы, но почему-то многие рассказы из сборника «День поперёк недели» вызвали ассоциацию именно с ней, что вызывает такой лёгкий приятный диссонанс, ведь в рассказах эпоха уже постсоветская. Может дело в бытовых деталях, в тёплом фокусе, в простой и понятной жизни. А может, потому что рассказы, относящиеся к детству героя, напомнили мне «Денискины рассказы» Драгунского, которые я читала в детстве. В общем, если бы меня попросили охарактеризовать сборник одним словом, я бы выбрала слово «ностальгия», в самом лучшем смысле этого слова, без нафталина. На этот эффект работает и обложка – краснокирпичная с бежевым шрифтом, будто обложка старого альбома.

Хотя ближе к концу сборник становится более многомерным. Герой взрослеет, бунтует и проживает свою молодость, рассказы становятся острее, время неминуемо приближается к современности, картинка мрачнее и приобретает холодные тона. Ну а последняя повесть, действие которой происходит уже совсем в наши дни – изящная шпилька в сторону современного лит.процесса, который не очень любит сборники разрозненных рассказов и требуют от авторов связать всё общей линией и превратить в роман рассказах.