Глава 9

Оказавшись в своей комнате, я смотрю на пару коробок, которые не успела разобрать. Это фото, какие-то мелочи и всякие штучки, что мне дороги, например, подарки от папы.

Не желая пока что спать, я принимаю душ, делаю большую чашку чая и возвращаюсь в спальню.

Благо сегодня маму не разбудила.

Среди мелочей были памятные вещи и от Яши. Не желая превращать память о нас в мусор, я беру корзинку и складываю туда то, что планирую оставлять на виду и убираю в шкаф.

Семейный фотоальбом попался в руки уже в конце. Там история моей семьи от самого ее начала и до смерти папы. Потом как-то с мамой мы если и делали фото, то они оставались в телефоне, ноутбуке. Не знаю даже, почему мы перестали распечатывать снимки.

Я пролистываю каждую страницу, смотря на фото моих родителей словно впервые.

На последних фото папа рыбачил. Тот день был классным. Из тех, что запоминаются надолго. Картошку жарили на костре, а точнее, в углях, мама сделала огромный тазик оливье и такой же огромный с винегретом. А пойманная рыба запекалась на огне, обмотанная в фольгу. Как же мы в тот день смеялись. Это забавно, ведь я не помню ни одной шутки. О чем мы говорили? О чем рассказывали? Помню лишь атмосферу и огромное счастье.

– А я думала, что ты, наконец, спать легла, – послышался мамин голос. – Встала посмотреть, а у тебя свет.

Она садится на пол позади меня и заглядывает в альбом.

– Он был самым красивым мужчиной, которого я встречала в своей жизни, – мама улыбается.

Когда прошли первые слезы после папиной смерти, мы решили, что больше не будем плакать. Поэтому, говоря об отце – это всегда только улыбки.

– А я с тобой согласна.

Мама обнимает меня и, прислонив спиной к своей груди, целует в висок.

– Как ты?

– Нормально. Спокойно.

– Хорошо. У тебя суббота или воскресенье свободны?

– Могу устроить неполный день, – она выпускает из объятий, и я сажусь к ней лицом. – Какие-то планы?

– Да вот, вытащила сапоги, а там треснула подошва.

– Ну мам, а как ты будешь остаток недели ездить на работу?

– Осенние выручали же как-то.

– Не-не. Ты завтра во сколько дома будешь?

– К шести приеду.

– Ну вот и я дома буду к этому времени, так что соберемся и поедем. Поужинаем тоже в ТЦ.

– Ты же допоздна обычно.

– Мам, на то у нас и есть старшие официанты в смене.

– Тогда ладно.

– А теперь спать, иначе никто из нас завтра не встанет, – встаю и помогаю подняться маме. – Спокойной ночи, ма.

– И тебе.

Первым делом я предупреждаю Катю, что уйду раньше и порядок будет на ней. Затем к обеду мы меняем интерьер на «зиму». Вытаскиваем из кладовой вазы в тон бело-голубого и сменяем желто-коричневый на холодный.

– Красота, – резюмируют девочки.

Еще несколько часов проходят в спокойном рабочем движении, а потом ко мне приходят гости.

– Есения, вас там позвали клиенты.

– Меня? – спрашиваю, удивляясь, но в голове сразу же играет осознание, что это Макар. – Сейчас иду.

Встав из-за стола, я на всякий случай смотрю на себя в зеркало, потому что не так давно обедала и выхожу.

Придумав приветственную речь, я улыбаюсь, но… за угловым столиком сидят… подруги.

– Леня, сделай, пожалуйста, три кофе.

– Конечно, – он кивает, а я пробираюсь между полупустых столов.

– Я уж думала, ты стала директором ресторана, – первой в наступление идет Регина. – Привет.

– Привет, – целуем друг друга в щеки, затем я сажусь напротив них. – Почему?

– Не пишешь, не отвечаешь, не звонишь.

– Ёсь, мы с тобой, – Лиза кладет свою руку на мою.

– И за тебя, – добавляет Регина.

– За меня? В каком смысле? Мы что делить друзей начинаем? Не понимаю.

– Ну, парни встали на сторону Яши. А мы на твою.

– Да какие стороны? Мы с ним расстались на хорошей ноте, без ссор и истерик. Что за бред?

Девчонки опускают головы и поджимают губы, давая понять, что я очень ошибаюсь по этому поводу.

– Понятно.

Нам приносят кофе, и я хватаюсь за кружку как за спасательный круг, сдавливая ее в своих руках.

– Итак, – переведя дыхание, смотрю на подруг по очереди, ожидая, когда одна из них начнет рассказ.

Мне не хочется разборок. Но они сами пришли ко мне по милости Яши. А я-то думала, что мы с ним оба хотели спокойно закончить отношения в знак благодарности друг другу за эти годы.

– Ну, мы же увидели твой статус. Ты не ответила, потому связались с Яшей, думали, поругались что ли. А он сказал, чтобы спрашивали у тебя. Грубый еще такой был, знаешь. А вчера прикатил к нам с Валерой и типа: «Киса меня бросила. Стала капать на мозги детьми и прочее».

Вот если бы она сказала слова иначе и очень завуалированно, или обтекаемо, я бы решила, что Лиза преувеличила, но я узнаю манеру подачи информации Яши и понимаю, что это и правда его слова. Да только обидно как-то.

Лиза и Регина смотрят очень выжидающе и заинтересованно, а я все думаю: войну развивать и выкатывать защиту, или же отпустить все это. Ну правда, какой смысл доказывать?

– Я только понять не могу, почему пошла эта нелепая дележка? Мы что в песочнице?

– Ой, это Валерка все. Сказал, что он за Яшу и поддерживает его.

– Они друзья со школы, это разумно.

– Так в итоге? Ты его бросила?

– Расстались мы и все. Поговорили и решили все за двоих, а не кто-то один.

– Я ж говорила врет, – Регина отпивает свой кофе и с недовольным видом качает головой. – Знаешь, а ты плюнь. Пошли сегодня в Аврору?

Слова в стиле Регины.

– Слушай, не хочу показаться грубой, но я не пойду. Немного утомил этот тусовочный образ жизни.

– Стой, – Лиза хмурится, а потом спрашивает так, будто я с ней не говорила об этом всерьез. – Так Яша прав?

– Он прав в теме нашего с ним разговора, после которого мы поставили точку.

– Я-ясно, – она тянет это слово и внезапно выглядит скучающей, поэтому я беру все в свои руки.

– Ладно, я пойду работать, сами понимаете, – поднимаюсь из-за стола, и они тоже приходят в движение. – Заказывать будете что-нибудь?

– Да не, поедем. Вечереет, а нам пилить далеко.

– Хорошо. Тогда пока.

– Ты это, не пропадай, ладно?

– Конечно.

Мы обнимаемся и после того, как «музыка ветра» перестает звонить после их ухода, мне почему-то кажется, что мы увидимся с ними не очень-то и скоро.

С мыслями о том, что я чувствую по этому поводу, я закончила работу и поехала домой.

Почему-то внутри от начала расставания с Яшей и до этого момента все идет как-то гладко. Мне даже начинает казаться, что я ненормальная и атрофированная в плане эмоций. А может, я просто давно была к этому готова, что смирилась гораздо раньше, чем финальный аккорд прозвучал.

В квартире я застаю в спешке одевающуюся маму и смеюсь.

– Ты куда так спешишь?

– Не хочу долго сидеть. А то если сяду, то все, не встану.

– Ну, ма, если устала, то…

– Давай, Есения, одевайся и поедем. Видела, что с погодой?

– Да как тут не увидеть, – показываю ей свою грязную обувь. – Все, пять минут и едем.

Пока переодевалась в удобные джинсы и кофту пришла смс, но посмотреть времени не было, а вот когда с мамой сели в такси, я все же взяла телефон в руки.

«Знаешь, я тут подумал, что хочу пригласить тебя на утренний кофе. Как тебе такая идея?»

Хихикнув, не сумев сдержаться от этого напора. Такой прямой и откровенный. Но самое забавное, я не знаю, как мне к этому относиться.

– Улыбаешься? – мама делает вид, что смотрит в окно.

– Да так.

– Мужчина, который умеет рассмешить или поднять настроение, уже выделяется из массы остальных, – бросает она как бы просто так, а я внезапно задумываюсь, но в итоге отметаю мысли.

Нет. Это точно не та история.

«Очень интересная идея. Во сколько мне придется встать, что ее осуществить?» – отправляю ему ответ и ловлю себя на мысли, что жду его ответ, не закрывая диалоговое окно.

«Как обычно. Тебе понравится это место».

– Ладно, – бормочу вслух и отправляю ему свое согласие в виде ладони, показывающей «Ок».

Поход по магазинам с мамой был не очень долгий, как и посиделки в кафе. Ужин съели быстро, а сапоги выбрали сразу, не блуждая по этажам торгового центра. А вот я успела выбрать и купить новый аромат парфюма. Почему-то захотелось.

И при этом я не выбирала привычную линейку ароматов. Мне привычны сладкие ароматы. Все, кто меня знает, привыкли к моему выбору и всегда знали, что подарить, если делать ставку на парфюм. А тут, я внезапно перебралась в мягкую цветочную палитру, перенюхала все что там было, и долго выбирала между двумя ароматами.

Мама посмеялась, сказав, что это хороший старт для новой жизни, и мы поехали на третий в сеть кафе, а после домой.

Мой нос уткнулся в ворот пальто, и я просидела так до конца поездки. Мама, быстро приняв душ, пошла отдыхать, а я легла с книжкой на диван в гостиной, в итоге там и уснула.

Утром меня разбудил не привычный трезвон будильника, а… смс от Макара.

«Доброе утро. Скажи, во сколько примерно выходишь из дома?»

«Доброе. Эм… примерно через минут пятьдесят от этой минуты. А что?»

«Отлично, значит, успею. Ты не против утренней компании?»

«Совсем нет) Буду рада тебя увидеть», – отправив это сообщение, я поняла, что написала уже после того, как две серые галочки сменились на голубые.

– Господи, что ты творишь? – застонала и поняв, что я все еще в пижаме подскочила.

Мама вышла из комнаты, когда я уже носилась по квартире.

– А ты чего так рано?

– За мной кое-кто заедет.

– Тот, кто умеет рассмешить?

– Брось. Если бы ты знала, кто он, то сразу же перестала так говорить.

– Ты торопишься, красишься, выбираешь наряд дольше обычного – он точно не самый обычный.

– Ма-ам.

Справившись довольно быстро с макияжем, прической и одеждой, я с огромной радостью распыляю в воздухе туалетную воду и вхожу в это ароматическое облако с улыбкой. Прощаюсь с мамой и выхожу из дома, сталкиваясь с Макаром, выходящим из лифта.

– Молодой человек, лифт придержите, – смеюсь и вхожу в кабинку.

– Как я вовремя, иначе бы разминулись. Прошу, – он отходит в сторону и нажимает на кнопку первого этажа.

Мы едем в молчании, но с улыбками на лицах и в итоге начинаем смеяться.

Глава 10

– Как твои дела? – Макар, ловко лавируя в потоке машин, управляет автомобилем. При этом он выглядит ну очень непринужденно и расслабленно.

Не имею понятия почему, но это как смотреть ролики, где нарезают мыло ножом, или делают слаймы, потом их жмякают. Поначалу я не понимала, почему дочь друзей моих родителей, с которыми они знакомы фактически всю жизнь, так их любит. А потом, когда мы отдыхали все вместе на их даче, я заглянула в ее планшет и пропала.

Вот и Макар такое же зрелище. Смотришь и так спокойно, улыбаться хочется.

Он внезапно сам улыбается и поворачивает голову, буквально ловя на разглядывании.

– Ответишь?

– Что? – прихожу в себя встрепенувшись.

– Да вот спросил тебя как дела, а ты только загадочно на меня смотришь.

– А… я не выспалась. В одну точку гляжу.

Все что придумал мой немного заторможенный мозг.

– Ладно, как скажешь.

– А дела мои… даже не знаю, как обычно, в общем. Да. Ну а у тебя? Новый офис, новые коллеги.

– Коллектив хороший, повезло. Начальница тоже выше всяких похвал.

– Надо же. Надеюсь, что обо мне мои официанты говорят так же и с таким же вдохновением, – фыркаю и смеюсь, слыша, как он меня поддерживает.

– Уверен, так и есть.

– Так куда мы едем?

– К тебе на работу.

– Ага.

– Если ты не против опоздать, то поверь мы прямо сейчас свернем и поедем в Веранду.

– Не была там ни разу, как-то не приходилось.

Макар останавливается на светофоре с десятком других автомобилей и внезапно разворачивается ко мне. Облокотившись на руль, он касается своих губ и подбородка, задумчиво водя по ним пальцами, рассматривая мое лицо.

– Решено, – бьет ладонью по рулю и улыбается.

Затем сев снова прямо включает поворотник и перестраивается на соседнюю левую полосу, когда движение возобновляется.

– Что решено? Ты куда?

– Ты не сказала, что не можешь опаздывать, и дала понять, что не против моего общества и завтрака.

– Но я же… Макар, – почти серьезно ругаюсь, делая голос высоким, но на самом деле, где-то глубоко внутри я говорю ему что-то вроде «спасибо».

– Я пойду с тобой на ковер к шефу и возьму всю вину на себя. Все в порядке, мы теперь повязаны, – мне достается подмигивающий глаз и милая улыбка.

Прыскаю от смеха и в этом настроении еду до самого кафе.

Веранда – это кафе у «олимпийского», очень маленького спортзала для детей и находящейся рядом игровой детской площадкой. Оно двухэтажное и небольшое с черной наружной отделкой.

Внутри все сплошь натуральное дерево с кованной мебелью на первом этаже, а второй занимают диванчики. При этом его передняя часть полностью застеклена. И потому, когда ты сидишь внутри, как сейчас и пьешь кофе, вид на летящий снег и белоснежные, не растаявшие снежные островки внезапно завораживает.

– У тебя восхищение даже в позе проглядывается, – слышу голос Макара, который принес нам два кофе и сажусь к нему лицом, полностью отдаваясь его вниманию.

– Правда?

– Ага. Красиво, – прочищает горло. – Твой кофе. Выпечку сейчас принесут. Но учти, ничего изысканного. Это скорее как поесть в столовой, но кофе натуральный и вполне сносный, я проверял.

– Отлично, это то, что мне сейчас нужно, ведь я в итоге не поела, потому что ты навел смуту своим сообщением.

– Моя задача на это утро ясна. Заказывай что пожелаешь.

– Очень мило с твоей стороны, спасибо.

Он вытаскивает на стол телефон и убирает его в сторону.

Пока девушка расставляет наши булочки, я засматриваюсь на группу детей, которая небольшой кучкой, смеясь и шумя, вваливается в двери спорткомплекса. Это вызывает улыбку, и обостренные внезапно материнские чувства усиливаются.

– Все в порядке? – Макар завладевает моим вниманием вновь.

– Извини, отвлеклась.

– М… – он заискивающе смотрит.

– Что?

– Ничего. Решил, что может там твой сын, что так засмотрелась.

– Это такой предлог выяснить, есть ли у меня дети?

Он наклоняется ближе и с улыбкой говорит «нет».

После съеденных, фантастических булочек и выпитого кофе, мы говорим о планах на неделю. Обсуждаем всякую ерунду типа погоды, затем снова все как-то смолкает.

Я ненароком смотрю на детей, что пришли заниматься, и говорю:

– Это была причина расставания.

– Что? Дети?

– Да.

– А разве в вашем великовозрастном тридцатнике не принято иметь детей?

– Очень смешно, – его сарказм.

– Ну а что. Не твои ли это слова были? Ты потому решила, что надо брать возраст еще больше?

– Те, кто младше, и вовсе не будут готовы к созданию семьи, не смеши.

– Да ладно? Твой бойхренд скорее исключение, чем правило, Есения.

– Только не надо тут.

– Но не говори, что знаешь лучше, ладно?

Вот же гад.

– Ну а ты? – иду в наступление. – Обо мне выудил все, а сам молчишь.

– Ты наконец мной заинтересовалась? – он улыбается как хитрый лис, а я смеюсь.

– Рассказывай, – складываю руки на столе и жду.

– Почти два года жили вместе. Расстались в начале лета.

– Ладно, удивил. И какова причина?

– Она уехала на юг продолжать бизнес родителей, а я… остался. Как видишь, планы в итоге тоже скорректировать пришлось – приехал сюда к маме.

– И ты не думал забрать маму и поехать за ней?

– Ну, прошло почти полгода, она весьма счастлива с другим, так что нет.

– Ой, забираю свои слова обратно. Если ты хочешь, чтобы я сейчас ее пообзывала, только скажи.

– Не нужно, – он запрокидывает голову и красиво смеется. – Мы расстались на приятной ноте.

– Ну-ну. Мне знакомы эти приятные ноты. А потом она скажет вашим общим друзьям, что ты ее бросил и придумает еще много чего.

– Зачем? – его брови взмывают высоко вверх. – Говорю же мы друзья. Периодически общаемся. Я не держу на нее обиды, она на меня. У нас нет причин заниматься подобной ерундой.

Я цокаю и хочу провалиться сквозь землю. Вот и думай теперь, кто более взрослый: парень в двадцать четыре или на десяток лет старше.

Вскоре после наших откровений, мы собираемся и уезжаем.

– Рад был тебя сегодня увидеть, – откровенно и довольно проникновенно он говорит мне эти слова, пока я еще не вышла из автомобиля.

– И мне понравилось, спасибо.

– Можем взять это за традицию. Раз в неделю завтракать где-то еще.

– Заманчиво, а ты, что это раз в неделю работаешь с одиннадцати?

– Нет, у меня удаленка. День недели выбираю любой, если нет срочных или запланированных дел.

– Ах, вот как. Тогда я согласна.

Хватаюсь за ручку, но Макар снова меня останавливается вопросом.

– Можем погулять сегодня после работы, ты как?

– Посмотрим.

Он усмехается, но не сдается.

– Во сколько заканчиваешь?

– Смотря по обстоятельствам. Могу к восьми, десяти.

– Отлично.

– Отлично, что?

– Просто отлично. Хорошего дня.

– Спасибо. И тебе.

Я улыбаюсь и, уже открыв дверь, вижу за окнами ресторана… Яшу. Он в этот момент поворачивает голову к окну и, скорее всего, замечает меня, потому что Макар остановился прямо у входа, а на улице уже светло.

– Что он здесь делает, – бормочу под нос вылезая.

– Кто? В чем дело?

– А… ни в чем. Не волнуйся, это… – Яша в тот момент выходит на улицу и гневно смотрит на машину, Макара, меня и картинку в целом.

– Кис, какого черта? – ревет он очень громко и идет на меня, наполовину вылезшую из машины.