Глава 5

– Ни хуя себе, вы празднуете свадьбы, – воскликнул Юра, привлекая к нам внимание, – потому что эти черти были сосредоточены на девушке.

На невесте.

Алсу.

Она висела в воздухе, очевидно, без сознания или на грани его.

Ее платье было изорвано.

Эти ублюдки щипали ее, как звери. Тянули свои руки и оставляли синяки, которые я видел из того угла, где стоял.

Она была почти обнажена до белья, потому что платье уже ничего не скрывало.

Что-то безумное проснулось внутри меня. Что-то такое, с чем я с трудом мог совладать.

Инстинкт защиты. Инстинкт убивать.

Я дернулся вперед, но меня за руку поймал Ян, и когда я повернулся, он покачал головой.

Мне пришлось остановиться. И я проклинал каждую секунду, которую оставался на месте.

– Мор и его компания. Пришли поздравить меня со свадьбой?

Те, кто за ноги держали Алсу, оставили ее на полу и сосредоточились на нас.

– Сука, а я еще думал, что же я забыл дома. Вот, вспомнил – подарок. Как неловко вышло, – Юра хищно улыбнулся.

– Тогда вам лучше уйти, – Рустам вышел вперед, а остальные выстроились рядом.

Все их оружие лежало на столе, в начале зала, и это было наше преимущество.

Уверен, Ян тоже это заметил.

– Вот в чем дело: мы пришли сюда за девушкой. И мы не уйдем без нее.

– За моей невестой ты хотел сказать? Или за вот этой шлюхой? – он указал на стонущую от боли девушку, и я сжал кулаки, один из которых держал пистолет.

Один из людей Рустама дернулся в сторону оружия, но Юра выпустил пулю прямо перед его ногой, в ту же секунду. Потому что он был лучшим стрелком из всех нас.

– Не думаю, что это то, чего ты хочешь.

– Тебе лучше положить свое оружие, – прорычал Рустам. – За дверью много охраны.

– О, сомневаюсь, – теперь улыбался Ян. – Это были люди, Ризы. А он уже уехал. Ты здесь один. Гости тоже почти разъехались. И если хочешь сохранить жизнь своим людям, просто отойди, позволь забрать Алсу и мы тихо уйдем.

– Сомневаюсь, что это мне подходит.

Они успели только шевельнуться, как мы выстрелили каждому в голову, кроме Рустама, которого каждый из нас держал на мушке. Он знает, что будет трупом за долю секунды.

Но он не шевельнулся. Жаль.

– Теперь ты отойдешь в сторону?

Он, хищно скалясь, стал двигаться назад. К двери. А после, попытался ее открыть.

– Прости, но ее заперли снаружи, – сказал я и подошел к девушке.

Я был прав, она была на грани сознания.

Мы обменялись парой слов, в конце которых она послала меня к черту, и я поднял ее на руки.

Мы связали Рустама и оставили на том же месте, среди трупов его людей, а сами по-быстрому загрузились в рэф и поехали с прощальной фразой о том, что мы пожалеем о том, что сделали.

Так как нас не сразу стали преследовать, мы выиграли время, это послужило тем, что мы оторвались. А когда уже поднимались в самолет, увидели вдалеке машины.

– Да, сука. Отсосите у меня, черти, – крикнул Юра.

Я оставил на диванчике девушку и занял место прямо возле ее ног.

Тут был небольшой плед, которым я ее укрыл, и мы все уставились на Алсу.

За все это время мы не сказали ни слова. Ну, кроме Юрия, который сейчас тоже не находил момента для веселья.

Было неприятно смотреть на все эти синяки на ее коже, которые выглядывали. Разбитую губу и припухшую щеку. Растрепанные волосы. Остальное благо было прикрыто пледом.

Она дочь врага, но она женщина. А мы были против насилия.

– Пиздец, – не выдержал Виктор.

– Согласен, – ответил ему, переводя взгляд в сторону от нее.

– А она не умерла? – вопрос Юрия заставил задуматься и встать, чтобы проверить.

Я наклонился и стал прощупывать пульс на шее, покрытой частично синяками. В эту секунду она открыла глаза и столкнулась взглядом с моими, а после резко ударила ногой. Прямо по яйцам.

– Твою ж мать… – я почти пропел каждую букву, а в моих глазах прыгали черти вперемежку с острыми огнями, и я упал на колени, обхватив свой пах ладонями.

Парни вскочили, но я выставил руку, потому что Алсу стала отползать по дивану в угол. Она была напугана, и никто бы не стал ее винить в этом.

– Не надо, – сдавленно сказал и посмотрел на нее. – Мы не тронем тебя… Клянусь…

– Чего вам нужно? – она морщилась, как будто на каждую букву, которую произносила, но старалась выглядеть стойко.

– Мы тебя спасли, разве это не очевидно? – ответил Юрий в своей манере.

– Для чего вы меня спасли?

– Хороший вопрос, – вышел вперед Ян. – И мы ответим на него после того, как док подлечит твою кровоточащую голову.

– Что?

Она коснулась затылка и зашипела, а после увидела кровь на своих пальцах.

– Я не поеду с вами никуда.

– Отлично, поэтому мы летим на самолете, – ответил босс и сел на свое место. За ним последовал Юрий, Виктор и Фил.

Она посмотрела на меня так, будто я ее предал, и отвернулась.

– Я принесу лед и полотенце.

Она не ответила. А пока я сходил за всем необходимым, она, уже откинув голову, спала, а может, была без сознания.

– Эй, у меня идея, приложи этот лед к своим яйцам, – сказал умник.

– Пошел ты.

– Вот док обрадуется, одному член реанимировать, другой голову. Твикс, бля.

Я сел рядом с ней, спрятав свой пах, и сам приложил лед к ее голове.

Приземлившись, я поднял ее на руки снова. Она так и не проснулась за два часа полета.

Нас уже ждали машины.

– Ян, найдешь ей место в лазарете?

– Не-а, меня Аня сожрет за то, что мы похитили девчонку, и поверь, не мне одному будет дерьмово из-за того, что она узнает. Я дока к тебе отправлю.

– Да, брось. Я не оставлю ее в своей квартире, я работаю до пяти.

– Неужели? Тогда мы определим ее к Виктору.

– Да вы охуели оба.

– Оказывается, Виктор против. Юрий, что скажешь?

– Мой дом – моя крепость, от женщин. Могу в клубе ее оставить.

– Ну класс, – опускаю ее на сидение и иду к водительскому креслу.

– Не скучай, дружище.

Они помахали мне, и пока я заводил двигатель показывал им фак, а после уехал.

Посматривая на задние сидения, я рулил в центр города. В высотку, где находилась моя квартира.

 Внеся девушку внутрь, я двинулся в сторону гостевой спальни. Комната, которая служила тут простым словом. Пространством, которое никто и никогда не занимал. Только если пьяный Юрий, который отказывался уходить. Никто не остается там у человека, у которого нет никого, кроме друзей.

Положив ее на постель, стараясь не смотреть на разорванное платье, прикрываемое все тем же пледом, я решил стянуть эту хрень с нее, но… Судя по тому, что они там пытались сделать, не стал. Лучше, если она не будет думать о том, что кто-то к ней прикасался, помимо того, что я ее просто нес от пункта А в… мою квартиру.

Глава 6

Алсу

Бум бум бум! Тишина! Бум…бум… бум!

Раз за разом одно и то же.

Мои глаза с трудом открываются от этой настойчивой бойни.

Кругом темно. Ни единого луча света.

«Неужели я умерла? Быть этого не может. Я ведь еще так молода была… А-а-а…»

Тело онемевшее, и я не могу пошевелиться вообще.

«Точно умерла. Как же, наверное, обрадуется отец».

Морщусь от мысли о последних минутах жизни и становится еще больней, и тот самый «бум-бум» снова становится сильней.

– Черт, – тут до меня доходит, что это пульсация в голове.

Медленно прихожу в себя и, сделав глубокий вдох, наполняя до краев легкие, понимаю, что все-таки жива.

За дверью комнаты слышится шум и тихий разговор, а когда ручка поворачивается, я закрываю глаза и снова «сплю».

– Только старайся не напугать девушку. Досталось ей…

Свет бьет резко, даже сквозь веки, но я не дергаюсь, прислушиваясь.

Один из голосов узнаваем мной. А картинки произошедшего становятся более ясными.

– Так, судя по тому, что я вижу сейчас только снаружи, меня ждет что похуже?

Не понимаю вопроса. Что значит хуже? Что он видит?

– Нет, ее не успели изнасиловать, но сам понимаешь…

– Уже лучше.

И я с ним согласна. Боже, они не успели. Подлые ублюдки. Как же я их всех ненавижу.

– Травма головы есть однозначно. У нее шла кровь, пока мы летели в самолете, я прикладывал лед.

– Ладно. Ясно.

Шаги стали приближаться, и я тут же открыла глаза, сумев слегка приподняться.

– Не приближайтесь. Оба.

– Алсу, – начинается, выставив руки Ринат.

Тот самый козел, который притворился агентом по недвижимости. Теперь понятны его вопросы обо мне и моей семье, о планах.

Дважды козел.

– Я должна была догадаться, что ты подлец.

– Ну, я обычно стираю эту надпись со своего лба. Видимо, поэтому не поняла, – он широко улыбается.

– Придурок.

– Это доктор, он тебя осмотрит.

– Вам придется меня сначала усыпить, чтобы я позволила приблизиться ко мне или прикоснуться.

– Алсу, послушайте. Я врач. И я просто хочу убедиться, что вы в порядке. Это все, что меня волнует.

– А меня волнует свобода.

– Это не ко мне.

– По поводу свободы – это ко мне, – Ринат снова улыбается и тянет руку, как в школе.

– Придурок.

– Я запомнил, можешь не повторять каждый раз.

Тут в голову бьет настойчивый болевой пульс, и я опускаюсь на подушку, не сумев совладать с этой болью.

– Пусть он уйдет, – прошу, застонав.

– Буду за дверью. Но без глупостей.

– Придурок.

– Ладно, мы над этим поработаем.

Когда дверь закрывается, я тут же принимаюсь умолять мужчину.

– Выпустите меня. Скажите, что мне нужно в больницу на операцию. Позвоните в полицию или…

– Просто позвольте помочь вашей голове. И поверьте, с вами ничего не случится.

– Да уж, – закрываю глаза, поняв, что это бессмысленно.

Когда он заканчивает, моя голова по-прежнему болит и меня клонит в сон. Возможно, после лекарств, которые дал мне врач, а может, от травмы. Я ведь ударилась головой не раз, плюс Рустам приложился к щеке неплохо. Ублюдок.

В итоге вошедший Ринат, после того как провел доктора, застает меня уже с закрытыми глазами.

– Не смей пялиться на меня, пока я сплю.

– Я просто хотел спросить…

– О чем?

– Может, тебе переодеться? Я дам тебе штаны и футболку.

– Проклятье, – стону и киваю.

Я и забыла, в каком я виде была до сих пор. Внезапно стало противно.

– Мне бы и в душ сходить. Но я не доверяю тебе.

– А я тебе и потому одну не оставлю.

– Думаешь, я выжила, чтобы умереть?

– Не знаю. Поэтому и не доверяю.

– Покажи, где ванная.

– Но я останусь за дверью.

– Мне плевать. Я хочу смыть с себя все это и все.

– Душ или ванна?

– Ванна. Мне нельзя мочить голову, и я не уверена, что смогу наклонять ее в сторону от воды. Лучше буду сидеть в ней.

– Тогда это в моей комнате.

– Какой же ты…

– Серьезно. В гостевых нет ванны. Только душ. В моей и то и другое имеется.

– Ладно, – отвечаю, а сама не могу пошевелить ни рукой, ни ногой.

– Ты идешь?

– Да. Что не видно?

– Послушай, я могу тебя отнести. Без всяких там…

– Ты лучше себя послушай.

С трудом начинаю приподниматься. Но тут он все равно оказывается рядом и подхватывает на руки.

Я бы отбивалась и протестовала, но правда в том, что я, возможно, уже пережила самое худшее. А может нет. Сейчас я просто глина в этих руках.

Мужчина оставляет меня на стуле в ванной комнате и выходит, предупредив, что он останется за дверью. И чтобы я не торопилась.

Как благородно.

Но я не могу снять ни лифчик, ни чулки. Я просто с трудом могу пошевелиться.

– Ринат, – вынужденно зову его.

– Да?

– Принеси мне ножницы.

После моей просьбы он молчит. И я знаю, что он не шевелится.

– Алсу, я…

– Я не могу снять белье и корсет платья. Пожалуйста, дай мне ножницы, чтобы я наконец сняла с себя эти лохмотья.

– Черт, ладно. Сейчас.

Он входит аккуратно и старается не смотреть на меня, потому что я убрала плед в сторону и практически в неглиже. Это белье полностью кружевное, и оно, разумеется, прозрачное.

– Спасибо.

Следующей проблемой стал подъем в ванну.

– Боже… Почему она такая высокая и глубокая? – бормочу под нос пыхтя.

– Что? – тут же реагирует он.

– Ничего, – отвечаю ему и, наконец, забираюсь в ванную, набранную больше половины.

Единственной мыслью было не уснуть сейчас.

Смывая с себя кровь и прикосновения этих свиней, я, к сожалению, не смыла синяки. Даже на груди они были, на руках, ногах и шее. Меня практически выворачивало наизнанку при взгляде не них, но я решила, что это меня не сломает.

Я так решила.

Одевшись, я после принятия ванны стала еще более расслабленной физически. Мне удалось достичь двери и толкнуть ее вперед, как Ринат тут же оказался рядом.

– Тебя отнести?

– Просто позволь на тебя облокотиться, ладно?

– Не вопрос.

Вцепившись в его локоть, мы дошли до комнаты, и я, только сейчас оглядевшись, увидела цвет интерьера – черно-зеленый. Интересно, но не настолько, чтобы я отказалась от сна. Поэтому, едва коснувшись подушки головой, я сразу уснула.