Глава 6

Зеленый уазик Котыча, стоявший у него в гараже с незапамятных времен, после десяти минут пыльной деревенской дороги выбрался на трассу и весело побежал вдоль хвойного леса. Солнце почти скрылось за горизонтом. Последние лучи еще золотили верхушки елок и сосен, но низ деревьев уже погрузился во тьму.

Сегамачо опустил стекло и с наслаждением вдыхал чистый и чуть влажный ветерок, который дул в лицо и развевал остатки былых кудрей. Свежий воздух всегда ассоциировался у него с радостью и свободой, желанием делать то, что хочется, без контроля и упрека. Дома, находясь постоянно под недремлющим оком жены, он чувствовал иногда, что задыхается. От полного отчаяния его спасали такие вот выезды с Котычем на ночную рыбалку. Иногда, как участковый оперуполномоченный, он бывал в районном центре, где начальство устраивало семинары или учебы. Но и там расслабиться было нельзя: клетка другая, производственная, запиралась надежно.

– Котыч, как здорово! Я и не надеялся, что получится у Наташки отпроситься.

– Да, ты долго не звонил, я уж и ждать перестал, думал, что рыбалка накрылась медным тазом.

– Не поверишь, но с каждым разом все труднее становится отпрашиваться. Натаха такая пугливая теперь стала. Все ей опасности на моем пути чудятся, караулит, словно маленького ребенка.

– А что ты от нее хочешь? Она за год похоронила обоих родителей, сестру. Плюс дети разъехались кто куда. Ты у нее один остался, вот и печется сверх меры.

– Согласен с тобой, знаю, что она боится новых потерь. Но так тоже нельзя. Наташкина опека у меня уже поперек горла стоит, задыхаюсь. Не поверишь, а все чаще молодость вспоминаю. Как мы тогда отрывались! У-у-у…

– Ну, что ж, дружище. Полетал соколом, теперь гусем походи, фамилия твоя такая, – пошутил Котыч и рассмеялся.

– Да ну тебя, – махнул рукой Сегамачо, но задался вопросом, почему его так сильно тянет на рыбалку.

Назвать себя азартным человеком он не мог: не было у него тяги ни к алкоголю, ни к куреву, ни к играм. А наркотики вообще не пробовал, хотя, бывало, арестовывал наркоманов и изымал у них то порошок, то таблетки, то травку. Не привлекала его и охота: в их районе зверей уже не осталось, жалко было ради сомнительного наслаждения уничтожать последних. Великий улов домой тоже не привозил, так, кошке на уху, как с усмешкой выражалась Наталья. Зато выехать изредка с Котычем на природу, почувствовать эту ни с чем не сравнимую свободу, надышаться ею, наполниться под завязку красотой ему было необходимо, как воздух.

Да и как не любить эти места! Одно Лесное чего стоит. Из-за илистого дна вода в озере была зеленоватой, но чистой, как прозрачное стекло. Озеро не отличалось завидной глубиной и было открыто всем ветрам, но любой заезжий турист, рыболов или охотник могли насладиться игривыми волнами, набегающими на заросший берег, и подышать свежим воздухом. А уж о живности, водившейся на этих берегах и в этих водах, и говорить нечего! В общем, тут тебе и рыбалка классная, и отдых. Правда, теперь развелось туристов – море. Никуда от них не скрыться.

Сегамачо тяжело вздохнул и неуклюже повернулся к другу. Сиденье под ним угрожающе заскрипело. Кроме худого Костика, никто не помещался в машине на соседнем с Сергеем кресле. Даже стройная Наташа садилась сзади, чтобы не чувствовать дискомфорт.

Костик невозмутимо вертел баранку и что-то тихонько напевал себе под нос.

– Котыч, куда все-таки поедем? На Лесное?

– Посмотрим. Может, к старику Петровичу на заимку махнем? Он все тайные тропы знает и там пройдет, где никто не сможет.

– Так с ним надо было заранее договариваться. Позвонить ему нельзя, а сам он в поселке уже с зимы не показывался.

– Странно, не случилось ли чего?

– Да кто его знает. Но зимой дед еще крепкий был, видел его в магазине.

– Нет, к старику не поедем. Давай куда сами планировали. А можно и до водохранилища доехать. Там тоже рыбалка знатная.

За окном автомобиля стало совсем темно. С разговором не заметили, как свернули на боковую дорогу. Ехали по ней еще пару километров, а потом колеса уже зашуршали по грунтовке. По сторонам разлетались мелкие камни, щелкая по днищу машины. Темные деревья стояли близко к дороге. Когда их длинные ветки задевали стекла, друзья вздрагивали от неожиданности.

– Теперь, дружище, держись, вот-вот такая дорога начнется – мама не горюй.

– А то я не знаю. Хочешь, расскажу анекдот?

Сегамачо чувствовал он себя неуютно. Если бы выехали рано, уже на месте палатку ставили бы. В кромешной тьме и рыбачить не захочешь. Пока устроятся, костерок разведут, вовсю ночь будет. С одной стороны, классно. Поздняя рыбалка самая удачная, а уж после северного ветра, который задувал вчера весь день, вообще здорово. Но с другой – жутковато.

– Рассказывай, еще не меньше получаса трястись будем, – согласился Котыч.

– Приехала в автомастерскую на роскошной машине девушка. Видит механик, что эта девица ну как есть настоящая блондинка, и решил над ней подшутить.

– Сеньорита, разве можно на такой машине ездить! – возмущенно воскликнул он.

– А что случилось? – испугалась блондинка.

– У вас до сих пор в шинах зимний воздух закачан.

– Правда, а что надо делать?

– Надо его поменять.

– Хорошо, меняйте, а сколько доплатить?

– Да сколько не жалко. Ну и какой вам воздух: с запахом малины, клубники или цитрусовых?

– С запахом клубники давайте.

Сказано-сделано. Блондинка деньги заплатила и уехала. Мастерская, наблюдая за этой картиной, умирала от смеха. На другой день вваливается в гараж здоровенный мужик, цепями золотыми обвешанный.

– Ну и кто тут моей Ляльке в шины воздух с запахом клубники накачал? – пробасил он, а сам здоровенную такую лапищу в карман сует.

Шутник из-за машины вышел, опустив плечи, и приготовился попрощаться с жизнью. Его дружки и вовсе по углам разбежались.

– Ай да молодец! Я как узнал про воздух с запахом клубники, чуть со стула не свалился. Держи, родной, насмешил от души, – мужик вытащил из кармана пачку денег и протянул механику. – Давно такой ржачки не было, молоток!

– Классный анекдот, я его еще не слышал, – расхохотался Котыч и повернул голову к Сегамачо. Друг сидел, неловко повернувшись к нему спиной. Он пытался что-то разглядеть в заднее стекло автомобиля.

– Серега, ты что замер? Лису увидел?

– Костян, притормози у обочины, кое-что проверить надо, – озабоченно проговорил Сегамачо.

– Что в темноте проверять собрался? – Котыч, не придавая значения просьбе друга, продолжал путь.

– Стой, говорю. Там, в кустах, кто-то лежит.

– Кто лежит? – не понял друг, но на всякий случай притормозил и съехал на обочину.

– Не знаю. Я видел: что-то белое мелькнуло и пропало.

Котыч обернулся назад, тоже стал вглядываться в темноту, но ничего не разглядел, поскольку видимость ухудшали кусты.

– Нет, тебе показалось.

– Конечно, как ты увидишь. Вон сколько уже проехали. Вернись немного назад и остановись.

– Вот мент неугомонный. Может, турист какой-нибудь из окна пакет с мусором выкинул, – сердито произнес Костик, но просьбу Сегамачо выполнил: снова завел мотор и стал тихонько, не разворачивая машину, сдавать назад.

– Да, нет. На пакет не похоже. Это что-то крупное. Знаешь, у меня только что безумная мысль появилась.

– Какая?

– Мне показалось, что на обочине баба лежит.

– Баба? Откуда ей здесь взяться? До трассы километров пять будет, не меньше.

– А я почем знаю. Ты когда фарами правые кусты осветил, я и увидел что-то странное, вроде белых ног.

– А почему баба, а не мужик? Или ты лицо разглядел?

– Смеешься, что ли, как я увижу лицо, если голова в кустах спрятана? Возможно, и мужик. Только мужик в штанах бы был, а тут ноги голые.

– Логика железная. За одну вспышку увидел на обочине предмет, сообразил, что лежит человек, и доказываешь, что это – женщина.

– Хватит спорить. Выходи, посмотрим. Вдруг покойница! – в Сегамачо заговорил участковый.

– Серега, мы ж на рыбалку поехали, давай нашими делами и будем заниматься, – предложил осторожный Котыч. – Даже если и труп там, что ты сделаешь. Связи здесь нет, за помощью надо к центральной трассе двигаться или еще куда.

– А если баба живая, а мы ее в лесу бросим? Всю жизнь ведь потом себя корить будем за то, что не оказали помощь. Давай посмотрим.

– Да чтоб тебя! – выругался Котыч, открыв дверь машины. – Пошли, правильный ты мой.

Достав из багажника фонарик, они двинулись к кустам. В придорожной траве действительно кто-то лежал. Как Сегамачо его заметил, совершенно неясно. Узкий луч света выхватил сначала белую футболку, затем лицо, закрытое прядью волос. Котыч опустил фонарь ниже и невольно отпрянул…

Глава 7

Время пролетело быстро. Казалось, только что вышли из деревни, свернули на трассу, а дачный поселок уже позади, и между деревьями мелькает желтый песчаный берег. Приятели огляделись. Место было хорошее. Здесь дачники расчистили берег и дно озера, насыпали золотистый песок. Получился уютный пляж, где отдыхали не только сами устроители, но и жители местных деревень.

На берегу сидели две компании. Первая – из пяти парней – расположилась близко к воде. Это были еще совсем зеленые юнцы: один обрит наголо, другой горделиво демонстрировал тощее тело, усыпанное татуировками, у третьего в ушах зияли дырки, окаймленные черным ободком. Еще двое лежали, и Толян не успел их хорошенько рассмотреть. Чуть поодаль, в кустах, стояли их мотоциклы, увешанные блестящими штучками.

– Неформалы, что ли? Мелочевка, – презрительно хмыкнул Толян, сплюнул сквозь зубы и потерял к ним интерес. В его представлении это были и не люди вовсе, а так, тараканы. Развелось нынче много всяких уродов, которые сами нормально не живут и другим не дают.

Вторая компания была самой обычной. На расстеленном покрывале сидела парочка. Молодой человек активно фотографировал симпатичную подружку, а та позировала, принимая завлекательные позы. Они приехали на машине, синий бок которой торчал из кустов, а остальное было скрыто в тени.

– Куда пойдем? – спросил осторожный Юрок и потянул друзей подальше от незнакомых людей. Он знал, что с пьяным Толяном и непредсказуемой Надеждой они запросто влипнут в неприятности.

– Я хочу в центре сидеть, – заявила Надежда и резко повернулась на месте. Бордовая юбка-солнце разлетелась, открывая стройные белые ноги без капли загара.

Группа парней сразу сделала стойку. Татуированный ткнул в бок тех, кто лежал. Теперь компания неформалов смотрела только на Надюху.

– Девушка, идите к нам. Бросайте ваших стариков. Что вы с ними забыли? – позвал длинный парень с лысой головой, – один – хрыч потрепанный, другой – бройлер. И зачем красавице с такими опоссумами тусоваться.

– Прикалываешься? А что, я могу, – развеселилась Надежда, косым глазом поглядев на Толяна, – но не боишься, цыпленочек, что вашу водяру выхлебаю?

– Так еще купим, нет проблем. Бабла хватает.

Что это за чудовища, опоссумы, Толян не понял, но на всякий случай решил обидеться.

– Тебе, пацан, что, на жизнь насрать? Или пятками быстро сверкать умеешь? – злобно пошел он в атаку. – Голдами обвешался и крутым стал? И, ваще, ты кого опоссумами назвал? Повтори. Я не втыкаю.

– Что вы, что вы! – захихикал лысый и подмигнул дружкам, которые лениво наблюдали за перепалкой. – Мы же просто так предложили, по дружбе. Не хотите, так не надо, – поднял он руки в знак примирения и постарался сгладить ситуацию.

И все же у Толяна осталось неприятное ощущение: над его невежеством только что постебались малолетки.

– То-то, клизма, знай свое место.

– Чао, персики, дозревайте, – захохотала и Надюха, снова крутанула юбкой, сверкнув теперь не только ногами, но и ягодицами.

– Я знал, что нельзя Надюху с собой брать, – застонал Юрок и в отчаянии закатил глаза, – не даст она нам вволю посидеть.

Уже отойдя на несколько шагов, Толян услышал, как сзади один из малолеток сказал:

– Санек, что ты с гопниками связываешься? Тебе это надо?

– Прикольно же, да и девка с ними шальная, развлечься можно.

Толян дернулся, как от удара, и хотел уже повернуть, но Юрок схватил его за руку и потащил на край пляжа, подальше от людей. Пристроились они ближе к лесу, на лысине, как сказал Толик. Юрок развернул покрывало, которое прихватил из комнаты Толяна, достал выпивку, закуску – и понеслось…

Через час приятелям было весело. Надюха сначала сидела в одежде, потом ей стало жарко, и подруга предложила сыграть в карты на раздевание. Почему бы и нет? Парни условия приняли. Играли сначала втроем, пока Юрок еще мог, потом остались вдвоем с Толяном. Проигрывала в основном девушка и вскоре осталась в одних трусах.

– Хватит, пошли купаться, – бросила Надя Толику, и, сорвавшись с места, побежала к озеру.

– Ты куда, дура? – хотел остановить ее Толян, но было поздно.

Надя влетела в воду, визжа тоненьким голоском, как молочный поросенок, которого тянут за хвост и не дают вырваться на волю.

– Толян, Юрок, идите в воду! Так классно!

Вернувшись к месту пикника, возбужденная девушка стала тянуть парней за руки. Толян швырнул ее на покрывало.

– Сядь, ненормальная! Ты куда в таких трусах? Смотри, задница голая.

– Это не трусы, а стринги. Ничего ты в моде не понимаешь, Толян.

– Мне плевать, как это называется. Не видишь, что на тебя мужики пялятся?

– Кто? Где? Эта мелюзга, что ли? Так пусть смотрят, жалко, что ли. Задница красивая, – хохотала Надежда.

Вскочив с места, она начала плясать какой-то одной ей известный танец. Ягодицы ходили ходуном, полные груди колыхались, шелковистые волосы развевались, то закрывая, то открывая лицо, глаза возбужденно блестели. Из-под ног вихрем взлетали фонтанчики песка… Это была уже не Надюшка, а какой-то древний демон в женском обличье!

Толян невольно залюбовался ею: «А, пусть ее. Ну, развлечется чуток Надюха, что с того?»

Он не заметил, что дыхание стало частым, сердце в груди бешено заколотилось, мышцы напряглись. Когда же почувствовал шевеление между ног и увидел эрекцию, то даже испугался: «Фу, зараза, околдовала. Свят, свят, не допусти с Надькой спутаться!». Он отвернулся, чтобы прийти в себя, и ринулся к озеру.

Холодная вода остудила пыл, помогла сбросить возбуждение. А Надюха продолжала «танцевать»… Обе компании завороженно смотрели на нее. Толян увидел, что парень, расположившийся с подругой, фотографирует девушку.

– Это что еще за хмырь? – выругался он и сплюнул. – Эй, мужик, ты что делаешь?

– Вы мне? – спросил молодой человек.

– А кому же еще? Убери фотик, или я его разобью.

– Это ваша девушка? Но, кажется, она не возражает, что я ее фотографирую.

Надюха стала еще больше выгибаться то так, то этак, то наклонялась и смотрела на людей между ног, не испытывая никакого стыда.

– Мне плевать, что ей нравится, а что нет. Я сказал, чтобы перестал фоткать! – кричал Толян из воды. – Юрок, посади Надьку! Хватит ей булками вертеть перед носом у мужиков.

Юрок попытался встать, но плашмя упал лицом на песок, поскоблил ногами и затих. Надюха с хохотом бросилась его поднимать, старательно выпячивая аппетитный зад, показывая его прелести и завлекательно качая пышной грудью. Кое-как усадив тяжелого дружка на одеяло, она снова побежала купаться. Парень, фотографировавший ее, даже привстал, чтобы выбрать ракурс получше. Он уже не реагировал ни на угрожающие крики Толяна, ни на просьбы своей девушки. Для Толяна это стало последней каплей, он выскочил из воды и кинулся со всех ног к молодому человеку.

– Ах, ты… – понеслась длинная цепочка виртуозных матов, – ты, г…к, меня не слышишь, что ли?

В прилипших к телу семейных трусах он подлетел к парню, вырвал фотоаппарат, и не успел тот охнуть, как плюх! – и камера оказалась в воде.

– Ты, дядя, с дубу что ли рухнул? – накинулся он с кулаками на Толяна, но ударить не успел.

Нефедов хоть и был уже прилично пьян, однако на ногах держался еще крепко. Увернувшись, он нырнул вниз под руку молодого человека и пошел на таран. От удара в живот тот отлетел на несколько метров, но тут же вскочил на ноги и стал приплясывать возле Толяна, выбирая удобный момент для нападения. Защитник Надежды никакими приемами не владел, зато имел силу быка и умел ловко уворачиваться от удара. Мышцы молодого тела от постоянных попоек еще не атрофировались и «рвались в бой». Изловчившись, Толян ударил соперника ногой, а когда тот споткнулся, дал волю длинными рукам… и пошел-пошел махать ими, как мельница.

Соседняя компания вскочила на ноги, но ввязываться в драку не стала. Просто издалека наблюдала за двумя петухами, не поделившими курочку, и возбужденно переговаривалась. Пьяный Юрок сидел, не в состоянии помочь другу, махал рукой и икал, бормоча себе под нос:

– Толян, ик, ты слева заходи, ик. А теперь ногой его, ик, хорошенько дзинь. Ой, ик, двинь.

После такой «заикистой» речи его вывернуло прямо на песок, и он мгновенно заснул.

Надежда просто заливалась смехом. Ей нравилось наблюдать, как детинушки молотят друг друга: удар – и из-под локтя соперника вынырнула взъерошенная голова Толяна с заплывшим глазом; поворот, новый удар – и синяк уже у врага.

Девушка фотографа тоже активизировалась: бросившись защищать друга, она разъяренной кошкой прыгнула на спину Толяна и кулаками стала мутузить по чему попало. Тут не выдержала и Надежда.

– А ну, с…а, убери руки от моего другана! – заревела она и серебристой щучкой в облаке брызг вылетела из воды.

Дальнейшее представляло сцену боев без правил. Надюха вцепилась девушке в волосы и потащила ее в сторону. Та, в свою очередь, в долгу не осталась, намотала длинную прядь соперницы на руку и стала дергать изо всех сил. Защитница Толяна взвыла от боли и, падая, ухватилась за верх купальника соперницы. От резкого движения застежка отлетела, бюстгальтер свалился…, и мир увидел крохотную грудь с большими дулями сосков.

Наблюдавшая за дракой компания невольных болельщиков лежала на песке от хохота. Неформалы наперебой выкрикивали обидные реплики.

– Девушка, вам операцию делать надо.

– Неужели такие прыщики грудью зовутся?

– Купи себе пуш-ап побольше.

– Красотка, где сиськи потеряла?

Остановились на секунду и дерущиеся мужики, гадая, что дальше делать: продолжать бой или спасать своих подруг. Азарт борьбы спал так же быстро, как и начался.

– Валюша, заканчивай. Отпусти эту сумасшедшую, – крикнул девушке парень-фотограф.

Однако оскорбленная тем, что ее выставили на посмешище, Валюша вошла во вкус и, ухватившись за Надины стринги, рванула их на себя. Трусики слетели, как будто их и не было. И тут соперницы растерялись. Одна стояла в трусах от купальника, но без верха, держа разорванную тряпочку, а вторая была голой.

Все замерли. Немая сцена почти «по Гоголю»!

Через секунду картинка ожила. Надежда вырвала обрывки трусов из рук противницы… и начала хохотать. Вале бить смеющегося голого врага явно расхотелось. Она посмотрела вокруг, тихонько прыснула, а потом, прижав руки к обнаженной груди, засмеялась в голос.

Мужчины переглянулись и тоже решили миром закончить поединок: уж очень комичная была ситуация. Парень не стал выставлять претензии из-за утонувшего фотоаппарата, а просто пошел в воду, чтобы найти его на дне Лесного, благо озеро у берега мелкое. Толян постоял секунду, понаблюдал за Надюхой и двинулся ему помогать. Фотоаппарат достали из воды, извинились и разошлись с миром. Проходя мимо компании пацанов, прицыкнули.