Цитаты из книг автора «Лидия Чарская»

Папа, мама! Вот она моя спасительница! Вот спасительница вашей Оли! – и прыгнув мне на шею она, буквально душила меня поцелуями плача и смеясь. Глубокие прочувственные слова отца, нежный, нежный поцелуй матери, в котором вылилось накопившееся чувство долго сдерживаемой признательности, сладко, отозвались в душе неизбалованной лаской Ло! И когда маленькая ручка госпожи Зверевой перекрестила меня, а губы еще раз прошептали на прощанье: – Благослови тебя Бог милая девочка за нашу Олю! – я не выдержала и разрыдалась навзрыд.. Уже вдогонку летели за мной поспешные фразы и просьбы приехать к ним, провести с ними праздник одной родной и тесно сплоченной семьей. Я не помню как выскочила я из лазарета, как промахнула всю длинную лестницу весь «райский путь», выражаясь институтским слогом и очутилась в классе. Мне суждено было, очевидно, быть счастливой весь этот день до конца… Едва я переступила порог знакомой светлой комнаты, как заметное волнение и суматоха происходившие там сразу бросилась мне в глаза. Девочки теснились вокруг кафедры, на которой торжественно восседала Аннибал и неистово

разве великое искусство – не наша общая мать?

ужас только в том, что я бессилен, т. е. беден.

ему нравился во мне уже этот будущий блеск, созданный его воображением.

Долгое бездействие способствует только развитию таланта. Вы не отчаивайтесь, сам Пушкин, говорят, месяцами ничего не делал…

Он обвел публику спокойным взглядом и начал свою декламацию. Это были стихи, которых я не встречала еще в печати, очевидно, не выпущенные в свет, чудесные и мелодичные, как музыка.

Белый чепчик, изящно наколотый поверх пышной прически, удивительно красил ее головку.

душистый фимиам потянулся ко мне со всех сторон и окутал меня своим благовонным туманом.

уничтоженная, по обыкновению, одним видом моего бального туалета

А этот, красивый, добрый, талантливый и лучший, может быть, из людей человек, отличил меня, заглянув мне в душу. Свободно и просто, как с товарищем, поделился он со мною своим настроением. И при этом не было ничего обидного в его глазах, смотревших на меня просто и серьезно.