– Совершенно верно, – подтвердил Оранжевый. – Но еще раньше ты решил не оставлять свои сумки, когда у тебя была возможность. Таков был твой выбор. Последуй ты тогда моему совету, и твой урок был бы совсем другим. А сумки были бы в целости и сохранности. Ты не видишь общую картину того, что происходит в этой стране. Именно поэтому здесь нужны мы. Именно поэтому тебе даны новые дары и инструменты. – И все же я не понимаю, – не унимался Майкл, – почему нельзя, чтобы у меня с собой было несколько любимых вещей? Они здесь никому не мешали, а для меня значили очень много!– Им нет места в этом путешествии, Майкл, – Оранжевый сел на камень напротив Майкла. – Эти вещи олицетворяли земную сторону твоей сущности. Они несли заряд твоего старого «я» и создавали поле, несовместимое с новыми вибрациями, которые ты ныне постигаешь и обретаешь. Все в тебе изменяется, Майкл, и мы знаем, что ты это чувствуешь.– А почему было не сказать мне об этом прямо? Не было бы всех этих проблем, – Майкл посмотрел на свои истерзанные руки и изодранную одежду.– Тебе предоставили возможность, Майкл. Ты ее отверг. Поэтому тебе необходим был глубоко личный урок. Майкл понимал, что в словах Оранжевого – мудрость.
