Отец обожал ее маму. Инеж помнила, как он повсюду оставлял ей маленькие букеты из дикой герани: в буфете, в кастрюлях, в которых готовили еду для каравана, в рукавах ее нарядов.
В твои личные стражи. Несколько человек из свиты Николая вполне подходят для этого, и, думаю, нужно также рассмотреть Толю с Тамарой. Они шуханцы, но и гриши, так что это не должно стать проблемой. И еще есть… ну, я.
Не думала, что когда-нибудь увижу, как он краснеет. Я расплылась в улыбке.
– Хочешь сказать, что набиваешься в капитаны моей личной стражи?
Мал покосился на меня, и уголки его губ приподнялись.
Не успела я моргнуть, как Мал оттолкнул стол и накинулся на Штурмхонда. Он оторвал его от земли и вжал в ближайший шест. Корсар скривился от боли, но не попытался себя защитить.
– Я амбициозен, Алина. Импульсивен. Но я надеюсь… надеюсь, что до сих пор знаю разницу между правильным и неправильным. – Николай помолчал. – Я предложил тебе свободу и не отказываюсь от своих слов. Если завтра ты решишь сбежать в Новый Зем с Малом, я посажу вас на корабль и позволю отплыть в море. – Он задержал мой взгляд, его ореховые глаза выражали уверенность. – Но мне будет очень жаль, если ты уедешь