Цитаты из книг автора «Ли Бардуго»

На самом деле он этого не делал. Отец обожал ее маму. Инеж помнила, как он повсюду оставлял ей маленькие букеты из дикой герани: в буфете, в кастрюлях, в которых готовили еду для каравана, в рукавах ее нарядов. «Рассказать тебе тайну настоящей любви? – спросил он ее однажды. – Мой друг часто говаривал, что женщины любят цветы. У него было много романов, но он так и не нашел себе жену. Знаешь почему? Женщины любят цветы, но лишь одна из сотен тысяч любит аромат гардений в конце лета, напоминающих ей о крыльце бабушкиного дома. Лишь одна из них любит цветы яблони в синей чашке. Лишь одна любит дикую герань». «Это мама!» – воскликнула Инеж. «Да, мама любит дикую герань, потому что не существует других цветов этого оттенка, и она утверждает, что, когда ломает стебель и заправляет его себе за ухо, весь мир пахнет летом. Многие парни будут дарить тебе цветы. Но однажды ты встретишь того, кто запомнит твой любимый цветок, твою любимую песню, твои любимые сладости. И даже если он окажется слишком бедным, чтобы принести их тебе, это не будет иметь значения, потому что он потратит время, чтобы узнать тебя так, как не знает никто другой. Только он заслужит твою любовь».

– Матиас, – шептала она его имя бархатными губами. Эти сны были худшими из всех, и когда он просыпался, то ненавидел себя почти так же сильно, как ее. За то, что он мог предать себя, предать свою страну, хоть и во сне… Даже после всего, что она сделала, какая-то ущербная часть его все еще ее жаждала… это уже слишком.

– Ты что, не мог просто подкупить надзирателя? – прошептала она Казу. – Ему не следует знать, что у него есть что-то, чего я хочу.

– Именно. – Каз слегка отклонился назад. – Видите ли, каждый человек – это сейф, хранилище тайн и стремлений. Есть те, кто идет путем насилия, но я предпочитаю более мягкий подход… надавить на нужные места в подходящий момент. Это деликатный процесс.

– Люди смеются над богами, пока не нуждаются в них, Каз.

– Жадность – твой бог, Каз. Он едва не рассмеялся. – О нет, Инеж. Жадность склоняется передо мной. Она моя верная прислужница и главный рычаг влияния. – Тогда какому богу служишь ты? – Любому, кто предложит хорошую награду. – Не думаю, что боги так работают. – Не думаю, что меня это волнует.

Скажем так, моя валюта ценнее. – Деньги есть деньги. – Я торгую сведениями, Хейлс, – сведениями о том, чем занимаются люди, когда думают, что их никто не видит. Позор весомей любых денег.

В ответ на его благодарность Аня улыбнулась, и песенка Йоста была спета. Он знал, что дело безнадежное.

Противоестественно, когда степень твоей тупости соответствует твоему росту,

Я беспокоюсь обо всем, маленький купец. Поэтому я до сих пор жив