Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно

Цитаты из Полное собрание сочинений. Том 9–12. Война и мир

Читайте в приложениях:
4192 уже добавили
Оценка читателей
4.32
  • По популярности
  • По новизне
  • Русский самоуверен именно потому, что он ничего не знает и знать не хочет, потому что не верит, чтобы можно было вполне знать что-нибудь.
    2 В мои цитаты Удалить из цитат
  • как говорит Стерн: «мы не столько любим людей за то добро, которое они нам сделали, сколько за то добро, которое мы им сделали»
    1 В мои цитаты Удалить из цитат
  • Князь Андрей командовал полком, и устройство полка, благосостояние его людей, необходимость получения и отдачи приказаний занимали его. Пожар Смоленска и оставление его были эпохой для князя Андрея. Новое чувство озлобления против врага заставляло его забывать свое горе. Он весь был предан делам своего полка, он был заботлив о своих людях и офицерах и ласков с ними. В полку его называли наш князь, им гордились и его любили. Но добр и кроток он был только с своими полковыми, с Тимохиным и т. п., с людьми совершенно новыми и в чужой среде, с людьми, которые не могли знать и понимать его прошедшего; но как только он сталкивался с кем-нибудь из своих прежних, из штабных, он тотчас опять ощетинивался; делался злобен, насмешлив и презрителен. Всё, чтò связывало его воспоминание с прошедшим, отталкивало его, и потому он старался в отношениях этого прежнего мира только не быть несправедливым и исполнять свой долг.
    1 В мои цитаты Удалить из цитат
  • — Mais à propos de votre famille,16 — сказала она, — знаете ли, что ваша дочь с тех пор, как выезжает, fait les délices de tout le monde. On la trouve belle, comme le jour.17
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • с простотою и легкостью поднимает первую попавшуюся дубину и гвоздит ею до тех пор, пока в душе его чувство оскорбления и мести не заменится презрением и жалостью.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • дубина народной войны поднялась со всею своею грозною и величественною силой и, не спрашивая ничьих вкусов и правил, с глупою простотой, но с целесообразностью, не разбирая ничего, поднималась, опускалась и гвоздила французов до тех пор, пока не погибло всё нашествие.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • Князь Андрей не мог равнодушно смотреть на знамена проходивших батальонов. Глядя на знамя, ему всё думалось: может быть, это то самое знамя, с которым
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • артиллерист, — совсем не так ползут облака по этому высокому бесконечному небу. Как же я не видал прежде этого высокого неба? И как я счастлив, что узнал его наконец. Да! всё пустое, всё обман, кроме этого бесконечного неба. Ничего, ничего нет, кроме его. Но и того даже нет, ничего нет, кроме тишины, успокоения. И слава Богу!...»
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • «Чтó это? я падаю? у меня ноги подкашиваются», подумал он и упал на спину. Он раскрыл глаза, надеясь увидать, чем кончилась борьба французов с артиллеристами, и желая знать, убит или нет рыжий артиллерист, взяты или спасены пушки. Но он ничего не видал. Над ним не было ничего уже, кроме неба — высокого неба, не ясного, но всё-таки неизмеримо высокого, с тихо ползущими по нем серыми облаками. «Как тихо, спокойно и торжественно, совсем не так, как я бежал, — подумал князь Андрей, — не так, как мы бежали, кричали и дрались; совсем не так, как с озлобленными и испуганными лицами тащили друг у друга банник француз и
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • — Ну, для чего вы идете на войну? — спросил Пьер.
    — Для чего? я не знаю. Так надо. Кроме
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • что-то. Чтò дурно? Чтò хорошо? Чтò надо любить, чтò ненавидеть? Для чего жить, и чтò такое я? Чтò такое жизнь, что смерть? Какая сила у
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • которой к первой подъехал государь, испытывал то же чувство, какое испытывал каждый человек этой армии, — чувство самозабвения, гордого сознания могу
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • что-то гадкое, противуестественное, как ему казалось, нечестное был
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • Ахросимову, прозванную в обществе le terrible dragon,159 даму знаменитую не богатством, не почестями, но прямотой ума и откровенною прост
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • тяк Шиншин, двоюродный брат графини, злой язык, как про н
    В мои цитаты Удалить из цитат
Другие книги серии «Весь Толстой в один клик»