Шаги были предельно тихими и крайне осторожными. Ощупывая стены Андрей понимал, что он точно не во сне. Где-то должен быть выключатель со спасительной возможностью светового освещения.
Лихорадочно шаря по стене Андрей никак не мог нащупать заветный выключатель.
Кто придумал это название – почему выключатель, а не отключатель, но сейчас, вот именно сейчас нужен включатель! Почему-то ему казалось, что, если включить свет всё станет ярким и предельно нормальным.
Андрей понял, что уже сделал несколько шагов и должен был упереться в дверь, ведущую в ванную. Но шаги продолжались – опоры в ванную дверь не было. Стены присутствовали, как и удаляющийся вид в комнату со спальным местом.
Его спальня, кабинет и гостиная! Она там, а я здесь! Всё те же обои. Андрей зажмурился и осторожно отвел руку от стены назад.
Рука ничего не нащупала! Вдруг до сознания Андрея дошло – родительский коридор был явно меньше пройденного расстояния.
Поворот на кухню тоже никак не наблюдался. Лоб покрылся капельками холодного пота. Наступила глухая тишина. Медленно и предельно осторожно Андрей попытался повернуть голову вслед за отведённой назад рукой.
При этом он старался держать под контролем уже довольно ослабленный по светимости оранжевый огонёк от цифрового индикатора. Сердце предательски гулко стучало и это был единственный звук.
Андрею казалось, что он совершенно беспомощен, никак не защищен и ничем не прикрыт. Он один в этом неведомом ограниченном стенами мирке. Может закричать? Нет!
Не надо шума. Скорее в этом пространстве, коль оно обозначилось, есть ещё что-то или быть может кто-то.
Зажмурившись он повернулся. Медленно открыв сначала один, а потом тут же другой глаз он увидел и тут же понял, что самые мрачные предположения подтвердились.
Перед его взором был темный коридор с легкой дымкой. Вдали что-то светилось не ярко, но еле-еле. Боковая стена ровно уходила вдаль и другая тоже. Ни пол ни потолок заметными не были.
Левую стену он тронул ладонью. Стена была холодной и гладкой а не шершавой как обои родительской квартиры. Он смирился с фактами увиденного и ощущал глухой ужас от невероятности зримого.
Стена нащупывалась и была твердой. Выждав немного Андрей решился двигать по коридору – терять было нечего, орать предельно страшно. Сначала медленно, затем почти бегом Андрей двинул по невидимому полу к туманному свечению.
Коридор казался бесконечным. Сколько прошло времени и шагов никто не считал. Хотя нужно было считать. По немного далёкий световой огонёк приближался.
Андрей заметно устал – вот теперь реально хотелось спать и даже есть! Но спать было нельзя – страх остаться в мрачном коридоре навечно пугал и блокировал любые всплески стороннего мышления.
Цель была явно обозначена и настойчивость не покидала. Несколько раз споткнувшись и почти упав Андрей наконец увидел и попытался приблизить возникшие из темноты неведомые очертания.
Чем ярче прорисовывались детали, тем медленнее был шаг. Что-то знакомое мелькнуло впереди. Оторопев ночной ходун почти достиг заветной и явно навязанной цели.
Теперь можно было отчётливо разглядеть к чему вёл столь долгий и предельно прямой маршрут. То, что предстало пред взором тихо шокировало – манящим огоньком были знакомые оранжевые часы!
Но в открывшимся взору было некоторое несоответствия по сравнению с ранее увиденным. Комната была не совсем та, что виденная ранее. Дверь открывалась в другую сторону, как и ручка окна была явно не на месте. Вся мебель была переставлена и частично изменена, но это не было зеркальным отражением. Часы показывали двадцать три тридцать два, но индикатор был отображен, не как у его видика справа, а слева! Что-то зеркальное присутствовало в мрачном ночном виде из окна, что-то явно чуждое – не привычное.
Разум Андрея куда-то исчез, но вывод напоследок был извлечен из неведомых глубин – это какая-то странная и наспех собранная имитация из готовых кусков и фрагментов типа как используемый в работе программный код, только в данном случае нечто видимое и ощутимое.
Нечто зеркальное лишь присутствовало в мрачном ночном виде из окна, что-то явно чуждое – не привычное.
Мысли Андрея от увиденного слегка отошли от шока и опять полетели с невиданной быстротой. Какая-то наспех склёпанная замануха или просто тупой зрительный обман с зеркалами, а может вообще ловушка. Но зачем?!
Может так всё и было, а я забыл что-то от внезапных событий и мне теперь чудится хрень особого типа, извращенного дежавю.
Что пилось на финальной вечеринке, может торт был с ЛСД или иным сюрпризом?!
Но обернувшись Андрей увидел коридор – тупо уходящий в далёкую пустоту. Это не было ни фокусом, ни обманом не видением. Андрей заметил, что кровать аккуратно застелена.
Беги отсюда!
Сначала тихо, а немного погодя явственно как неоспоримый приказ прозвучало в голове. Андрей сделал несколько шагов назад и заметил что-то вроде тёмного сгустка возле стола и легкий шорох. Этого звука оказалось достаточно для полного отрезвления.
Пока разум что-то пытался сообразить и анализировать ноги получили дикие нервные импульсы, возникла неподконтрольная дремлющая сила и энергия придавшая обессиленному телу явно нехилое стартовое ускорение.
Андрей бежал на пределе своих возможностей – спортсменом он не был. Шорох и лёгкое скрежетание усиливалось. Но он бежал без оглядки и уже точно знал, что должен вернуться во что бы то не стало.
Где я?! Перевернувшись от стены к окну, Андрей задумался и попытался вскочить, при этом больно ударился локтем о край стола. Ночь ещё не закончилась. Капли дождя неспешно стекали по стеклу. Дождь стучал по оконному отливу, выбивая непонятные барабанные мелодии. Помимо локтя болели ноги, особенно пальцы на ногах. Он лежал в дверном проёме между коридором и своей берлогой. Попытавшись поднять правую ногу, его скрутила резкая боль – свело! Эта боль заставила пошевелиться, приподняться и растирать сведённую голень. Неужели я всё-таки добежал! Приснилось?!
Комната была его, а не та, что виделась несколько ранее. Здесь всё было на своих привычных местах. И постель смята с откиданным и не застеленным одеялом.
Руки тоже болели, особенно левая. В комнате заметно похолодало. Осторожно посмотрев на часы, ночной скиталец заметил цифры два тридцать семь (02:37).
Вот, отлично – вполне всё сходится. Эта новость воодушевила и обдала такой необычайной радостью, что остальное уже утратило значимость и вес. Как хорошо! Коридор тоже был привычный, родной. Андрей поднялся и щелкнул выключателем – свет включился, но пришлось тут же выключить – слишком ярко светит.
Глаза ещё не проснулись, или устали – не адаптировались! Ну и не надо – всё и так видать. Дверь в комнату родителей и входная тоже присутствовали. Из родительской спальни раздавалось легкое сопение – спят.
Андрей тихо прокрался, превозмогая боль на цыпочках, приоткрыл и посмотрел – всё на местах. Не торопясь он обследовал все вверенные родительские апартаменты.
Открывал шкафы, кладовку, осмотрел и ванную, и туалет. В туалете даже был произведён контрольный смыв воды, несмотря на наличие незаблокированных магнитами счётчиков. Прокрался и на кухню. Каждое его действие получало подтверждение, придавало уверенность и закрепляло стабильность рассудка. Да!
Он несомненно дома, в привычной обстановке. Шероховатые, явно негладкие стены от доблестных строителей были на месте. Обои с знакомой текстурой и просто те же и такие же, как и те что он шарил совсем недавно или не шарил в поисках выключателя.
Вот и вид из окна нормальный. Единственный фонарь освещал лужи и припаркованные автомобили. Дождь был сильный с пузырями на лужах. Несмотря на темень всё было различимо, знакомо и привычно.
Андрей достал из откидного ящика под лавкой кухонного уголка аптечку. Разыскал пластырь и приделал на содранный компьютерным столом локоть.
Нужно купить модный стол под стать новому дивану. С закруглёнными и плавно скошенными углами, а лучше, чтоб резина в ободе по периметру – не обдерёшься!
Внезапно нашлись и старые, но привычные ножнички в зелёном чехле. Очень кстати – подстриглись два надломанных ногтя на правой ноге. Вообще, нужно регулярно стричь и ногти, и волосы.
Убрав ножницы, Андрей глянул в окно, дождь заметно стих, но ветер усилился.
Вдруг что-то противоестественное выявилось в пределах оконного проема и главного стеклопакета. Капли дождя, недавно неспешно, но юрко стекающие вниз, не двигались. Ерунда.
Объяснило сознание и вернувшийся разум Андрею. Это ветер усилился и удерживает их воздушным потоком.
Андрей задержался на кухне, отпил ещё из кружки воды. На этот раз воды он подлил не из чайника, а из кувшина с ионизатором в виде серебряной фигурки, изображающий самолёт-истребитель МиГ-29.
Отец у Андрея был когда-то военным, связанным с авиацией, мама тоже была связана, но несколько иначе – она работала в Академии ПВО.
Дождь почти прекратился и уже почти не барабанил каплями. Собравшись вернуться на своё лежбище, Андрей ещё раз взглянул на окно. Ночные облака сгустились, огни города подсвечивали, и было не столь уж мрачно. Но темень сгущалась.
Капли уже не торчали как неподвижные пузырьки, а двигались. Но!
Они двигались не вверх и не в привычном направлении вниз, а как-то по кругу. Ерунда!
Андрей почему-то под воздействием наблюдаемой фигурки истребителя вспомнил авиационный термин – турбулентность! Вот какая зараза. И ничуть не смутившись, отправился в свою комнату. Всё стабильно и подконтрольно – никакие капли не смогут сделать ничего! Так пробудив позитив и развеяв мрачность, Андрей миновал г-образный коридор и шагнул в свою комнату.
Перестелил постель, взбил подушку, часы показывали три ноль пять (03:05).
Почти собравшись прилечь, он решил ещё раз посмотреть в теперь уже своё, а не кухонное окно.
За окном был всё тот же, но слегка смещенный урбанистический пейзаж, редкие капли текли привычно вниз.
Вдруг раздался резкий, но жалобный вой. Соседская псина решила повыть.
Такое не часто, но бывало. Даже это событие не смогло повлиять на настроение Андрея. Однако это дикое завывание прогнало сонную усталость и насторожило.
А ведь уже скоро на работу. Андрей смирился, что спать придется видимо мало или не придется! Он на всякий случай прикрыл дверь в комнату, но не полностью и лег на софу. Обычно он всегда прикрывал и окна, и двери.
Холод сменился жарой от одеяла. Почему так не комфортно, нет – это просто невозможно!
Собака завыла опять, но как бы поперхнулась – наверное, хозяева сунули ей кость или миску! Пускай тупо жрет – сволочь.
Андрей сел за стол и тихо смотрел в глубину доступного пространства – облака сгустились и превратились в сплошную темно-серую пелену. Ветер тоже стих.
Пространство было темным с редкой подсветкой от городских огней. Почему так мрачно, совсем недавно был месяц со звёздами. Редкие облака не могли собраться в эту унылую мглу. Андрей вспомнил, что до конца недели гидрометеоцентр прогнозировал переменную облачность. Это что за облачность такая – она явно сплошная и непроглядная – беспросветная!
Что-то пронеслось мимо окна. Ночная птица – успокоил сам себя Андрей. Или что-то кинули соседи по диагонали. Недавно у них был скандал и вылетел телевизор,а потом и швейная машинка. Хорошо никого не прибило, но ночью ходить под окнами крайне опасно. Видимо и днём тоже, если это выходной. А что они скандалили, нанесли сами себе ущерб, и мило здоровались по утру. Андрею были не понятны такие экспрессии.
Опёршись об стол, Андрей попытался посмотреть, может реально что-то упало на газонную площадку перед домом. Внезапная боль пронзила и сковала левую руку. Что-то кольнуло чуть ниже изгиба локтя. А потом ещё раз и ещё, и гораздо сильнее. Четыре раза!
От невиданной боли Андрей зажмурился, она была так внезапна и практически невыносима, а главное совершенно неожиданная! Едва сдержавшись от крика, превозмогая нежданные мучения, пришлось лишь взглянуть на часть руки. Четыре точки в виде недоделанной буквы т или зеркальной г!
Ужас сковал всё тело! Только зафиксированный глаз узрел аккуратные красненькие точечки – места уколов или проколов типа родинок, они ярко и чётко были обозначены, несмотря на мрачность момента.
Андрей явно не был готов к такому повороту событий и попытался отдёрнуть руку или как ему казалось верным отскочить, но неведомое воздействие на организм продолжилось.
На этот раз боль была всеохватывающая, но глаз невозмутимо и даже отстранённо, практически невозмутимо запечатлел ещё четыре. На этот раз вертикально вряд и чуть поодаль от первой немыслимой серии.
Разум Андрея отключился. Не было ни мыслей, и соответственно никаких предположений.
Только нелепый факт был запечатлён и крайне жестоко обозначен. Нелепость и необычность вели совместную борьбу в оставшемся теперь явно ограниченном сознании. Ещё!
Начертательная способность неведомой и ,несомненно, злой силы продолжилась. Новая партия из четырёх точек изобразила символ, схожий с буквой Г. Несмотря на сковавший тело паралич, верхнюю часть тела как бы отпустило. И на этот раз жалкий, одновременно слишком громкий крик лишь ненадолго всё-таки смог неожиданно прозвучать. В сочетании с предельной мрачностью, царившей за окном, видимо это событие было крайне необходимо для остроты момента!
Андрей сам оторопел от происшедшего. Соседская псина взвизгнула видимо от неожиданности. Даже не предполагалось,что можно вызвать крик столь большой силы и проникающей способности. Возможно спящие обитатели и его дома, и других соседних были несомненно разбужены. А те, кто не спал реально, если находились бы рядом, могли уснуть навсегда! Жуть!
Но главное – этот необычный крик вернул его в суровую реальность. Паралитические спазмы отступили. Как не бывало и боли!
Андрей вскочил. Родители должны были проснуться – быть долгим расспросам и комментариям типа: «Вот до чего тебя довели компьютеры! Опять гонял куколку по экрану до поздняков! Вот мы в твоё время…» Это видимо про Лару Крофт или про героиню игры Drakkan! Однако, можно пройтись – ночные крики родителям видимо не были слышны.
Пройдя на кухню, Андрей включил подсветку над плитой и разглядел новообретённые точечные начертания. Рука уже не болела, точки были неотличимы от родинок, но аккуратные и четкие. Они были как неоспоримый факт ночных злоключений. Почему?! Это что! Зачем?! На хрена!?
Нескончаемый поток возмущенных вопросов не заканчивался. А вот облачный туман, ранее сгустившийся на двор, стал потихоньку рассеиваться. Опять заморосил дождь.
О проекте
О подписке
Другие проекты