Отзывы на книгу «Гагарин»

Книга “Юрий Гагарин”, написана российским писателем, литературным критиком, журналистом и переводчиком Львом Александровичем Данилкиным и вышла в серии ЖЗЛ в 2011 год. Она представляет собой аналитическое исследование биографии советского лётчика-космонавта, первого человека, совершившего первый полёт в космос Юрия Алексеевича Гагарина 1934-1968г.
Основная идея книги состоит в том, чтобы раскрыть и показать многогранный образ Юрия Гагарина, представляя его не только как героя, но и как сложную личность, жившую в эпоху великих перемен. Она акцентирует внимание на его вкладе в освоение космоса, который стал первым шагом человечества в неизведанное.
Главный посыл книги заключается в том, что Гагарин был не просто «удачливым пилотом» системы. Он обладал выдающимися способностями, умом и глубоким пониманием своей уникальной миссии. Его жизнь была наполнена осознанием значимости своей славы и трагическими поисками своего места в новой роли.
Основные темы, поднимаемые в книге: * Личность против мифа: Как, создавался и как работает государственный миф. * Цена славы: Трансформация человека в символ и последствия этого. * Технологический триумф и человеческий фактор: За кулисами космической гонки. * Механика советской системы: Взаимоотношения власти, пропаганды, науки и отдельного человека. * Трагедия и тайна: Анализ жизни после подвига и неразрешённых вопросов гибели. * Харизма и феномен «простого парня»: Социальные и психологические корни обаяния Гагарина.
Это произведение не оставит вас равнодушными, так как перед нами авторский титанический труд по сбору, систематизации информации из различных письменных источников, бесед и воспоминаний, рассказывающие о личности героя и первого человека, побывавшего в космосе - Юрия Алексеевича Гагарина. Оно пробуждает интерес к космонавтике и побуждает задуматься о трансформации космического пространства. При этом на суд читателя выносится не биография, а аналитическое исследование многогранности личности Гагарина как человека и как первого космонавта, который первый в мире шагнул на просторы космоса.
Л. Данилкин показывает, как из живого человека Юрия Гагарина советская пропаганда лепила и создала идеальный образ идола. При этом автор не разрушает миф «Идола», а изучает его как культурный феномен, пытаясь докопаться до реального человека, который был умнее, ироничнее и сложнее своего бронзового двойника.
В центре сюжета биография Юрия Алексеевича Гагарина, первого человека и покорителя огромного космоса, который при взлете космического корабля сказал: «Поехали…».
Данилкин плавно погружает своего читателя в мир детства и юность Юрия Гагарина, чтобы понять истоки его характера и стремления стать первым человеком, познавшим космические просторы вселенной. Данилкин видит в Юрии Гагарине не только «простого парня» и обычного человека, но и сложную, многогранную личность с выдающимися способностями. Он отмечает феноменальную память Гагарина, его острый ум, способность к концентрации и быстрое усвоение информации. Автор подчёркивает высокий эмоциональный интеллект Гагарина и его социальные навыки, которые проявляются в харизме, врождённом чувстве такта и умении находить общий язык с самыми разными людьми — от простого крестьянина до королевы.
Гагарин отличался амбициозностью и искренностью. Он неуклонно и уверенно двигался к своей цели: школьная скамья, ремесленное училище, Саратовский индустриальный техникум, аэроклуб, военно-авиационное училище, военно-воздушная инженерная академия.

«…Гагарин — записавшийся в физико-технический кружок к семидесятилетнему чудаковатому Н. И. Москвину, «педагогу- физику европейской ориентации» (1), <…> делает доклады, к которым усердно готовится.

Жемчужиной в короне гагаринского образовательного курса стал доклад «К. Э. Циолковский и его учение о ракетных двигателях и межпланетных путешествиях», прочитанный им 17 сентября 1952года, к 95-летию со дня рождения автора учения».

Осенью 1954 года, однако ж, биржа оживилась: пришли новости о том, что в аэроклуб принимают студентов четвертых курсов техникумов. Удивительным образом, именно на четвертом курсе Гагарин в тот момент и учился; странно было не воспользоваться этим шансом — и он воспользовался.

Гагарин узнал, можно ли призваться таким образом, чтобы его — как обладателя диплома аэроклуба: налет 42 с половиной часа, 81 самостоятельный вылет, вся теория и практика на «отлично» — направили не абы куда, а в военно-летное училище. Оказалось — можно.

Юрий Гагарин был призван в ряды Советской армии 27 октября 1955 года Октябрьским райвоенкоматом города Саратова и направлен на учебу в Первое Чкаловское (Оренбургское) военно-авиационное училище летчиков имени К. Е. Ворошилова.

После окончания военно-авиационного училища Гагарин выбирает в качестве места службы чудовищно некомфортную Арктику. Для него «быть полярным летчиком считалось, как бы это понятнее выразиться, верхом крутизны; круче было работать разве что летчиком- испытателем. Не просто летчик — а Полярный Летчик. Может летать зимой, ночью, в пургу, исключительно по приборам; и никогда не сдается».

После запуска третьей космической ракеты, которая обогнула Луну, сфотографировала ее невидимую с Земли часть и передала фотографии на Землю, Гагарин, услышав эту новость по радио, как того требует военный устав, подал рапорт…. Рапорт был лаконичен и ясен: „В связи с расширением космических исследований, которые проводятся в Советском Союзе, могут понадобиться люди для научных полетов в космос. Прошу учесть мое горячее желание и, если будет возможность, направить меня для специальной подготовки.

Все это заслуживает уважения и свидетельствует о сильном и целеустремлённом характере Гагарина, поскольку он решил посвятить себя небу и космосу, осознавая уникальность этого шанса.

К счастью для Гагарина — хотя сам он и не знал об этом — кое-кто уже шел ему навстречу с другой стороны радуги. В начале 1959 года… состоялось совещание, на котором вопрос о полете человека
в космос обсуждался уже вполне конкретно, вплоть до того, „а кому лететь?“.
— Для такого дела, — сказал Королев, — лучше всего подготовлены летчики. И в первую очередь летчики реактивной истребительной авиации. Летчик-истребитель — это и есть требуемый универсал. Он летает в стратосфере на одноместном скоростном самолете. Он и пилот, и штурман, и связист, и бортинженер…»

Данилкин подробно, почти технически описывает подготовку к полету, саму миссию «Востока-1» и ее риски. При этом автор делает акцент на колоссальное напряжение между гениальностью инженерной мысли (Королев) и уязвимостью человека, которого эта мысль отправляет в неизвестность. Гагарин предстает не пассивным пассажиром, а высокопрофессиональным летчиком-испытателем, осознающим опасность и готовым к нештатным ситуациям. «Его личное мужество и холодный рассудок — такая же часть успеха, как и ракета.»

«11 января 1960 года в Министерстве обороны СССР вышла совершенно секретная директива ГШ ВВС № 321 141 «О формировании в/ч 26 266 и группы ВВС № 1». Так были зашифрованы будущий Центр подготовки космонавтов (ЦПК ВВС) и первый отряд космонавтов.»

Главы о подготовке к первому полету человека в космос захватывают дух. Они полны напряжения и адреналина, позволяя читателю ощутить тяжесть испытаний, которые прошли космонавты. Это заставляет задуматься, насколько наши сегодняшние увлечения супергероями и фантастикой далеки от реальности.
12 апреля 1961 года по радио было сообщение диктора Левитана о запуске советского космического корабля с человеком на борту. «Полет неплохо документирован; факт его осуществления подтверждается несчетным количеством разномастных — и гораздо более надежных, чем журналистский околокосмический гнус — свидетелей.»
Приземление Гагарина также впечатляет. После 108-минутного полета он возвращается в места, где учился, что кажется почти мистическим совпадением. Рядом с ним спускается космический корабль «Восток»…
Данилкин детально рассказывает о жизни Юрия Гагарина после полета в космос 12 апреля 1961 года. Гагарин в одно мгновение становится символом страны и важной государственной фигурой. Жизнь в роли национального героя и дипломата требовала от него постоянной работы над собой и умения сохранять достоинство. Его расписание было плотно заполнено встречами, визитами и постоянными поездками. Личная свобода была ограничена; за ним постоянно следили и оберегали. В книге описаны его усилия вернуться к реальной работе, включая летную подготовку, защиту диплома в Военно-воздушной инженерной академии имени проф. Н. Е. Жуковского, и мечты о новом космическом полете, что можно рассматривать как попытку найти свою идентичность. Вот так Слава обернулась для Гагарина ловушкой…
Очень скрупулезно Данилкин подходит к рассмотрению трагедии и тайны 27 марта 1968 года день гибели Гагарина. Автор не дает конспирологической версии, но скрупулезно разбирает все обстоятельства последнего полета: состояние Гагарина, технические неполадки самолета, действия руководства, погодные условия, версии столкновения или попадания в вихревой след.Тема трагедии раскрывается как неизбежный итог: лучший летчик страны, лишенный полноценной летной практики из-за своего статуса, в сложных условиях на устаревшей технике оказывается в ситуации, где его мастерства уже не хватает. Это история о том, как система, создавшая героя, косвенно привела к его гибели.
Так же Данилкин пытается понять природу невероятного обаяния Гагарина, которое покоряло всех. Это не было наигранной простотой. В ее основе лежит искренность, природный такт, острый ум и абсолютное отсутствие заносчивости. Он умел говорить с людьми на их языке, будь то рабочие или интеллигенция.
Книга читается легко и увлекательно благодаря ясному языку и оставляет глубокое впечатление: - - поражает объём проделанной работы автором. Данилкин собрал гигантский пазл из документов, свидетельств и версий, создав максимально полную и объективную картину.
- впечатляет глубина психологического портрета Гагарина, который предстаёт не «улыбчивым простачком», а умным, тонким, амбициозным и рефлексирующим человеком, который прекрасно понимал свою уникальную роль и нёс этот крест с достоинством и внутренней болью.
- после прочтения оставляет трагическое послевкусие показывая читателям самый мощный эмоциональный удар — описание жизни после подвига. Герой, которому больше некуда стремиться в заданных рамках, который из пилота превратился в идола. Его гибель ощущается не как случайность, а как горькая, почти неизбежная точка в этой дуге.
- раскрывает и показывает нам потрясающий исторический срез советской эпохи — от технологий и политики до быта и общественных настроений.
Книга учит: *видеть человека за образом, показывая, что за идеальными героями скрываются настоящие личности с переживаниями и внутренними конфликтами; *Слава может стать тяжёлой ношей, которая ограничивает свободу. *Успех космического полета «Востока-1» был достигнут благодаря усилиям Королёва, Гагарина и тысяч людей, преодолевавших бюрократию и страхи. * Трагедия часто возникает на стыке обстоятельств и системы, как в случае с гибелью Гагарина.
В целом «Юрий Гагарин» Л. Данилкина — это книга, которая заслуживает называться памятником памяти и исторических реалий ХХ века. Но в отличие от бронзовых монументов и парадных речей, она живая, многогранная и искренняя. Автор возвращает Гагарина из мира мифов на нашу планету, превращая его историю в повествование о триумфе, славе и трагедии. Это делает её доступной и глубоко человечной.

Автор заканчивает свою книгу этими словами Гагарина, а мне захотелось ими начать ее.

"Из ресторана в космос не летают" Смысл нетрудно понять. Легкомысленно прожигающим жизнь путь в космос заказан".

Книги серии ЖЗЛ отличаются в большинстве своем тяжеловесностью, казенностью академического стиля и перегружены перечислениями источников и их цитированием. Автор данной книги приятно удивил своим нестандартным построением повествования хотя он тоже использует множество цитат, но источник их оказывается в конце книги, а потому цитаты органично вплетаются в сюжет, нисколько его не утяжеляя.
Наоборот цитаты показывают нам одни и теже события в восприятии разных людей, а потому отличающиеся иногда очень сильно как, например, рассказы о том как Гагарин получил травму, оставившую глубокий шрам над его левой бровью. Сюжет варьирует от романтического или официально героического до банально бытового в зависимости от того, кто об этом говорит.
А со времен "благословенных" или "проклятых" 1990-х ( здесь восприятие разнится) в моду входит "отрыть" что-нибудь гаденькое в жизни героя, о котором пишут газеты, сочиняют стихи и песни. Ведь, если даже найти какой-нибудь грязненький эпизодик, то он поднимет обывателя хотя бы в его собственных глазах на тот же уровень героя, при этом без всяких усилий. И вот такой "интервьюер" спрашивает :

"А было ли что-то такое ? (Автор вопроса при помощи интонации дает понять, что в идеале ему бы хотелось услышать о причастности юного Гагарина к серии ритуальных убийств".

Но увы и ах - не липнет грязь к плащу "рыцаря без страха и упрека". И множество людей описывают Гагарина человеком веселым, но одновременно и целеустремленным, который использует свою популярность не в корыстных целях, а помогая всем кто просит чем-то помочь.

Автор ведет читателя от скупых воспоминаний семьи Гагариных о двухлетней оккупации, о жизни будущего космонавта в вырытой землянке в огороде, так как немцы выгнали их из собственного дома.

"Для беллетриста особенный интерес представляет немец Альберт по прозвищу Черт, фамильный кошмар Гагариных, живодер и изверг. Без каких-либо усилий можно представить себе роман, написанный от его имени: 12 апреля 1961 года, ГДР, он узнает по радио, что русские запустили в космос человека, который родился в деревне Клушино, - и начинает вспоминать, что во время войны простоял несколько месяцев как раз в этой деревне, где все это время его изводил восьмилетний мальчишка; наверняка Альбертова версия событий чем-то отличалась бы от версии его контрагентов, Гагариных".

Но и без всякого вымышленного беллетриста преподователь Саратовского аэроклуба, где учился впервые летать Гагарин, скажет о насмешке истории и ее символизме:

" В середине 20 века мальчишка прозябал в землянке: совсем как троглодит - житель словно бы возвратившегося каменного века. А в это время немецкий ученый Вернер фон Браун готовил для своего фюрера "вундерваффе" - "чудесное оружие"... "Чудесное оружие" не помогло фашистам утвердить "Новый порядок", базирующийся на том, чтобы Гагарины, ютящиеся в землянках, работали на фон Браунов, роскошествующих во дворцах ...и через 16 лет после войны все тот же Вернер фон Браун - Вернер Коричневый , коричневый не только по фамилии, но и человеконенавистнической своей сути, - прослыл отцом американской астронавтики".

Символизм в том, что отец американской астронавтики и гордость американской демократии - нацистский преступник и партнер Гитлера. А насмешка истории, что русский конструктор Королев заткнул за пояс фон Брауна, со всей стоящей за ним мощью Америки. И первый спутник Земли - советский, и первые живые существа в космосе - собаки на советской ракете и первый человек в космической ракете, той самой звездной мечте Гитлера и фон Брауна - советский офицер. Это не просто насмешка истории, а смачный ее плевок!

Закончилась оккупация и на освобожденной территории открываются школы. Многие дети как и Гагарин старше на два года того возраста, когда начинают учиться.

"Н.В. Кондратьева, учительница Гагарина в 3-м классе, вспоминает, что "окна школы были наполовину заколочены досками", а ученики были постоянно полуголодными, на большой перемене она "шла с фанеркой в учительскую, где на каждого ребенка выделялся 50-граммовый кусочек хлеба, посыпанный сахаром, а потом с этой фанеркой обходила всех ребят, и каждый брал свой кусочек".

И дальше вся жизнь Гагарина ведет его к 12 апреля 1961 года. Он учится на "пятерки", читает книги летчиков и о летчиках, читает Циолковского и закаляет тело тренировками. Скептический читатель может усомниться в "пятерках" Гагарина и посчитать это позже подогнанной советской пропагандой. Но это задокументированный факт, так как рука судьбы направила журналистское перо многотиражки "Заводская правда" написать о лучших учениках школы рабочей молодежи и первым там оказалось имя "нашего Юры". И это 6 июня 1951 года, до полета Гагарина остается меньше 10 лет.

"Кстати, если уж на то пошло, "почему советский спутник оказался первым в космосе? Да потому, что у американцев были базы в Европе для военно-воздушных сил . Они могли бомбить Москву с европейских баз обычными самолетами.
А мы не могли ответить Америке никак... У нас был огромный стимул. Единственная возможность ответить американцам на удар по Москве - это ответный удар по Вашингтону и Нью-Йорку. Это все у нас понимали...И запуск первого спутника, который мы провели в спешном порядке, имел целью вовсе не изучение космоса. Главное было - показать американцам, что мы их можем накрыть. И они это поняли. Раз мы можем запускать спутники, значит, любой город Америки может быть, увы, поражен. Я считаю, что это - очень сильно способствовало сохранению мира."

Какое дежавю спустя 60 лет! Опять повторяется вариант Карибского кризиса, когда американцам пришлось утереться и отползти. Урок не усвоен.

А Гагарин тем временем, закончив Оренбургское летное училище, выбирает не теплую Украину или даже Оренбург, а выбирает как Саня Григорьев суровую Арктику. По тем временам как пишет Лев Данилин - это верх крутизны, еще круче только работа летчика-испытателя.

"Не просто летчик, а полярный летчик. Может летать зимой,ночью, в пургу, исключительно по приборам; и никогда не сдается. Как Саня -"Бороться и искать, найти и не сдаваться "- Григорьев в "Двух капитанах". Каверинский роман, кстати, вышел, когда Гагарин был еще подростком, а вот
экранизация - в1955 году, как раз примерно в тот момент, когда он совершает первые свои полеты.

А вскоре появляется советский спутник, с которого и начинается эра космонавтики. За ним выходит роман Ефремова "Туманность Андромеды", накрывший население СССР словно "психической бомбой", дав не абстрактное будущее, а конкретное. Гагарин среди тысяч других летчиков станет проситься в космос. А дальше годы отборов и подготовки, больше напоминающей изощренные пытки с физической и психической перегрузкой, первой команды из 20 человек.

И вот кульминация - полтора часа в космосе. А дальше началась не менее напряженная жизнз первого космонавта, состоящая из множества поездок по стране и по всему миру, выступления, конференции, интервью и снова поездки, конференции, встречи.

Конечно, "на руках весь мир его носил". Но не проигравшие американцы. Своры их шавок-журналистов постоянно пытаются ставить вопросы-ловушки и пишут гаденькие статьи - ну не умеют они проигрывать с достоинством.

Автору несомненно удалось уйти от официоза с одной стороны, а с другой стороны от сплетен всех официанток, когда-то работавших в отелях, где останавливался Гагарин, а, проходя мимо, мог улыбнуться и вызвать взрыв фантазий, которыe с годами стали путаться с реальностью.

Лев Данилкин настолько проникся жизнью и подвигом Гагарина, что даже упомянул о символизме роли Гагарина в истории человечества.

"Православная Пасха в 1961 году праздновалась 9 апреля. 12 апреля, соответственно было средой Пасхальной недели. Разумеется, важно не то, что была среда, а то, что была весна, что было утро, что он упал на пашню - ну да, как проросшее зерно, как вернувшееся солнце, как воскресшие Осирис, Адонис, как Христос; невозможно не обращать внимания на всю эту удивительным образом совпавшую символику , на то, как фантастически ловко он, среди прочего, вписался в календарный миф о возвращении-воскрешении....Полет был своего рода распятием, а возвращение - Пасхой....напоминает "явление Христа народу"...Вообще, если вы думаете, что все эти подозрительные совпадения - тоже "умер" и "воскрес"весной, тоже сын плотника - никому не приходили в голову, то вы ошибаетесь....Известная триада "Циолковский - Королев- Гагарин" соотносится с христианской тернарной моделью "Отец - Сын - Дух" слишком уж очевидным образом; но на самом деле такого рода "совпадений" было гораздо, гораздо больше. Анна Тимофеевна и Алексей Иванович - как Мария и Иосиф; немцы в Клушине - как Ирод; переезд в Гжатск - как бегство в Египет".

Можно добавить и возраст - 34 года.

Как и автору мне не хочется заканчивать на такой грустной ноте, хочется верить, что мечты Королева и Гагарина о полетах на Марс и Луну скоро сбудутся и мы увидим следующих героев космоса.
Книга читается с интересом и удовольствием, которого до этого я не испытывала, читая "ЖЗЛ".
Огромное спасибо Льву Данилкину.

Первое свидание

Всегда мечтал побывать в космосе.

Почему-то сразу вспоминается анекдот. За время пребывания на борту МКС вместе с российскими космонавтами первый космический турист Деннис Тито выучил три фразы: “здравствуйте”, “спасибо” и “куда ты, нахрен, руки суешь”.

“Из ресторанов в космос не летают”. Юрий Гагарин.

Апрель 2011 года. На полках ЖЗЛ Гагарина. 50 лет со дня первого полета. Надо брать.

Посмотрел в архивах погоду в Москве за 12.04.61. +2. Как сейчас. Весна. Грачи прилетели. Юра вернулся. Скоро приедет во Внуково. Будет идти по ковровой дорожке с развязанным шнурком на доклад Хрущеву.

Тысячи мальчиков начала 60-х обязаны своим именем ему, настоящему супергерою. Круче Элвиса и Мэрилин. Он очаровал молоденькую английскую королеву. Он приучил букингемских обитателей доставать лимон из чая, чтобы съесть его.

Юрий-Георгий, “земледелец” по-гречески. Он и сделал эту Землю: “Какая же она красива!” Под сиденьем спецпитание, удостоверение космонавта, пистолет, порошок от акул, цветной порошок для снега, чтобы легко было найти. Письмо жене уже отправлено:

- Валечка, ты, пожалуйста, не забывай моих родителей, если будет возможность, то помоги им в чем-нибудь. <...> Ну вот, кажется, и всё. До свидания, мои родные. Крепко-накрепко, вас обнимаю и целую, с приветом ваш папа и Юра.

Никто не знал, где приземлится: на Эверест ли, посреди океана ли. Вернулся на Землю в районе Саратова, где начинал летать на самолетах.

Все хотели быть похожи на него. И были на него похожи. Потому что все участвовали в космической программе. 12 апреля - сильнейший национальный антидепрессант после 9 мая. И почему хорошие вещи происходят с моей страной весной?

“Идея Гагарина”.

Данилкин: “Идея Гагарина” - в том, что решение проблемы дефицита электротоваров, обеспечение возможности критиковать начальство по телевизору и соблюдение 31-й статьи Конституции - всё важно сегодня и неважно завтра, а главное для человечества - на Марс, на Марс, на Марс. Что в этом, собственно, и заключается конструктивно понятая свобода - в работе, в возможности заниматься творчеством, в производстве новых знаний, в духовной экспансии, в преодолении самих себя. Что не плохое или хорошее государство, а сегодняшнее, наличное состояние материи, “физика” - есть то, что нужно преодолеть; выйти из физики к метафизике. Что каждый человек - “луч света, мчащийся на свидание с Богом”.

На уроках рисования задавали рисовать кувшин, а у меня все равно выходила ракета.

And enterprises of great pith and moment
With this regard their currents turn awry,
And lose the name of action.
Вильям Шекспир, "Гамлет", 1603

Что же это такое – книга литературного критика (неплохого, но порой довольно поверхностного) о первом космонавте? Удобоваримо ли это? Сразу бросается в глаза, что такая книга не может быть обычной, она таит в себе (или просто обещает) возможности, но вот степень их реализации абсолютно непредсказуема.

Данилкин угадал с формой – книга создана для нынешних читателей и полностью состоит из довольно коротких цитат, надёрганных из колоссального количества источников. Клиповое мышление во всей красе (и я почти не иронизирую).

Именно эта калейдоскопичность создает любопытный эффект. Оказывается («подтверждается» будет точнее), что Гагарин – это просто миф. Все очевидцы расходятся в деталях по всем пунктам. Описания последних дней перед полетом, утра старта, встречи на Земле, прибытия поисковых групп – все это не сходится в 10-15 источниках даже в малейших деталях. Место посадки гуляет по карте, цвет скафандра меняется постоянно, фуражка становится то пехотной, то артиллерийской. Никто не может сказать - как было на самом деле, да и не было этого «на самом деле» в реальности. Т.е. было, конечно, но как – никто никогда и не узнает, источники нам точно не помогут.

Но Данилкина это совсем не смущает. Наоборот, эта разноголосица вместо стройного хора даёт понять, что событие свершилось действительно очень крупного масштаба, и люди сразу начали вплетать в то, что они видели, свои впечатления, мечты и фантазии.

В ситуации, когда каждый из нас знаком с каноническим мифом (году в 92-93 мы в первом или втором классе читали какие-то лубочные рассказы о приземлении в степи), на первый план выходят неожиданные подробности, которые никто не скрывал, но которые скрадывались при первом знакомстве. Меня впечатлило то, что Гагарин еще в 1951 году делал доклад по Циолковскому. Вспоминал ли он его десять лет спустя? Выстраивал ли сам для себя цепочку шагов, которая привела его на стартовый стол?

Ещё книга Данилкина подарила мне потрясающего человека. Механизатора Мишанина. Он был в полевом стане, когда приземлился Гагарин и (отдельно) спускаемая капсула. Этот наш человек успел раньше военных, залез в капсулу и нажал все тумблеры (слегка испугавшись зловещего тикания после очередного нажатия), а также сумел стянуть тюбики с космическим питанием. Он явно проходит по разряду «Эту страну победить нельзя».

Финальным, крупным и впечатляющим мазком были книги Гагарина, его читательский список. Не только русская классика, не только переформатировавшая воображение советских людей Туманность Андромеды , не горьковский список "Жизнь молодого человека" ()Бальзак, Стендаль, Гёте) или Артур Кларк. «Маленький принц», «Старик и море», Уловка-22 (sic!). Живой человек был куда рельефнее своего образа (банально, но убедиться в этом каждый раз интересно).

И радио. Представьте себе тот мир, где радио было главной артерией коммуникации. И создаётся впечатление, что новости распространились быстрее, ибо радио работало постоянно. И не только в домах, но и общественных местах. Да, сейчас доступ быстрее, он-лайн, но он происходит по запросу. А тут люди в поле слушали сообщения о первом пилотируемом полёте и не слишком сильно удивились Гагарину, разве что только тому, что по радио говорили, что он ещё над Африкой, а он уже у Энгельса.

Данилкин создал дайджест, приправленный короткими авторскими вставками. Можно считать, что он принёс Гагарина поколению 2000-х.

Но так ли всё радужно и просто? Увидел ли я живого Гагарина в потоке противоречащих друг другу свидетелей? Он ли это или всё тот же плакатно-экранный образ? Удалось ли Данилкину, используя свой метод компиляции, вскрыть скорлупу?

Дальше...

Строго говоря – нет. Калейдоскопичность калейдоскопичностью, но довольно скоро ты начинаешь чувствовать то же, что и при чтении книжных рецензий автора. Попсовость. Да, именно так, поверхностность восприятия. В какой-то момент Гагарин вообще перестаёт существовать, автор добивается решительной победы анализа, раскладывая героя на атомы, а синтеза даже не начинает. Вот они, десятки, сотни голосов, но где между ними человек?

Данилкин разбрасывается, часто уходит в детали, которые не рисуют искомого портрета. Его зацикленность на сторонних людях, которая, по явной идее, должна была создать контекст (все эти механизаторы, одноклассники, официанты, сослуживцы), создаёт лишь информационное болото. Много в книге лишнего, что не мешало бы при редактуре отсечь.

То, что явно впечатляет Данилкина – СССР ранних 60-х, когда всем, не только самим гражданам первого в мире социалистического государства, казалось, что у нас может получиться, подано им слишком разрозненно, так что, опять же, целостную картину приходится восстанавливать по крупицам, самому. И мои же восторги по поводу радио (т.е. того, как это подано в книге) начинают на фоне разброса и пересортицы казаться частным случаем на пёстром фоне.

Список книг? А что он доказывает? У нас нет и крупицы данных, чтобы понять, как он эти книги воспринимал (по крайней мере, в этой книге и намёка нет).

В который раз я думал о косности нашей пропагандистской машины. Долгие годы после первого полёта тщательно нажимали на то, что с кораблём всё было хорошо, никаких проблем при посадке не было, всё штатно. От этого сам Гагарин просто вставал в ряд Белки, Стрелки, Чернушки и Звёздочки, сел-слетал. Куда существеннее и мужественнее смотрелся бы он, если бы сразу говорили о том, как он преодолел жуткое вращение, в которое ушёл корабль после ошибки в расстыковке. О том, как он сумел вскрыть кислородный клапан после катапультирования, после того, как кислород не поступал шесть (sic!) минут. Какова была бы реакция, если бы он упал на поле под Саратовом мёртвым? Все эти проблемы и его на них реакция рисуют самого Гагарина куда рельефнее, чем однообразные мантры о чудесной автоматике.

P.S. Одному мне кажется, что со скафандром Джона Гленна что-то не так? Он выглядит как карнавальный костюм, нет?

Люблю я книги серии «ЖЗЛ». Хотя они очень изменились в последние годы. И если раньше это были приглаженные и подстроенные под цензуру биографии, то сейчас частенько идёт обратный процесс: нарыть как можно больше недостойных поступков «великих», вывалить компромат, извалять главного героя в дерьме и доказать, что он — проект эпохи и грамотного пиара, а так, собственно, ничего особенного, обычный человек и даже почти посредственность. Этакая жёлтая пресса под обложкой солидного издания (встречались мне такие книги, к сожалению).
Очень боялась я, что и с Гагарином проделают то же самое. Начиная с детства, я очень много читала про первого космонавта. Но в советское время книги про Гагарина напоминали рассказы про Ленина — этакие правильные, наглаженные, симпатичные и умные мальчишки (юноши, мужчины). Только один с ранних лет грезил о счастье всего человечества, а другой бредил небом и звёздами.

Но, к счастью, обошлось. И хотя Лев Данилкин не оставил за бортом некоторые «горячие» эпизоды биографии Гагарина, но вот что удивительно, эти факты ничуть не умоляют заслуг первого космонавта, а просто являются штрихами к портрету живого человека, а не идеального советского правильного глянцевого коммуниста.
Глядя на огромный список перелопаченной литературы, я понимаю, что труд любого биографа подобен труду шахтёра: шлака много, полезных ископаемых не очень.
О Гагарине писали очень много, но, к сожалению, практически всё было подправлено, вычеркнуто, переписано в угоду «интересам партии и советского народа». Идеология. Первый человек в космосе должен был быть олицетворением продукта Советской эпохи — непогрешимым, обаятельным, идеальным. И получается, что от живого, со всеми недостатками и проступками, с неудобными и некрасивыми страницами биографии человека, остался этакий приглаженный бравый советский офицер, которому, правда, очень тяжело давались все интервью и конференции, потому как он очень боялся сказать что-то не то.

Мне очень понравилось как Данилкин собрал биографию Гагарина из уже ранее опубликованных материалов, мемуаров, художественных книг. Получился такой симпатичный коллаж из разных цитат, который то подтверждает, то уничтожает миф о Гагарине-суперчеловеке.

Самое главное подтверждение — это то, как человек шёл к своей мечте, как много учился и работал над собой, как бешено тренировался, не жалея себя, и как бесстрашно вступил в Неизвестность, под названием Космос. И как бы не пытался кое-кто сейчас принизить подвиг этого человека — подумаешь, полтора часа в Космосе! Ерунда какая! — это совершенно не так. Вдумайтесь,он был Первым. Ведь никто не знал что там будет. Никто не мог предполагать как поведет себя ракета в черной бесконечности. Никто не гарантировал, что космонавт вообще сможет вернуться назад и при этом остаться в полном здравии. Да, были эксперименты с животными. Но очень уж разными были итоги таких вот космических путешествий. И сюрпризов до последнего времени было предостаточно. Да и у Гагарина не всё в полёте было гладко. А уж приземление было практически катастрофичным. Но вот Фортуна всё же была на его стороне и всё закончилось не так-то плохо.
В книге собраны воспоминания о Юрии Алексеевиче от разных людей. Тут и близкие родственники, и одноклассники, и земляки, и сослуживцы. Воспоминания разные, но вот характер в них вырисовывается один — это по-хорошему упёртый, очень цельный человек, балагур, весельчак, но очень принципиальный, требовательный, ценящий дисциплину и порядок, а так же, работоспособный и умеющий учиться. А ведь как много замечательного -то в нём было!

А вот и другие, не очень-то красивые или просто нелепые истории.
Одна из них об избиении курсанта Гагарина. Избили его достаточно жестоко, Юрий даже в госпиталь попал. За что? Да за то, что очень уж правильным был и закладывал командирам по полной своих товарищей, которые опаздывали из увольнительной или за другие проступки.
Очень, по-моему, яркий штришок к характеру.
Несколько довольно забавных эпизодов посещения Лондона и встречи с королевой. О том, как посмотрев на многочисленные столовые приборы рядом со своей тарелкой, Гагарин взял ложку и, улыбнувшись, сказал: «А давайте есть по-русски?!» На что королева радостно воскликнула: «Давайте! Давайте есть по-гагарински!»
Или анекдотичный эпизод с лимоном, ломтик которого Гагарин выловил из чашки и сжевал «на глазах у изумленной публики».
А вот и совсем некрасивая история из разряда «он, она и его жена». Вот на ней совсем не хочется останавливаться, но это факт, который не красит первого космонавта, но, опять же, очень «очеловечивает» его.

У Данилкина получилась интересная книга. Конечно, он не смог ответить на главный вопрос: как и почему погиб Гагарин. Видимо, ещё не время для таких откровений. Не очень хорошо описаны и последние годы жизни Гагарина. Всё-таки должно быть побольше причин для объяснения неудач и плохого настроения. И ещё мне очень не хватило семьи в этой книге. Хотя здесь есть реальное объяснение: жена Гагарина, Валентина, всегда была закрыта для прессы и своих дочерей научила тому же. При написании книги, Лев Данилкин обращался к ней, но она сотрудничать с очередным биографом не стала. Ну, что же. Имеет право. Тем более, что негативного опыта общения с журналистами у неё больше, чем достаточно.

И тем не менее, книгу стоит прочитать. И тем, для кого Гагарин — икона и идеал. И тем, для кого — фантазия и продукт советской идеологии. И тем, кто ничего не знает об этом человеке.
А он достоин того, чтобы его помнили. И ценили. И не забывали. Он — часть нашей непростой истории. И наша гордость (простите за пафос)!