Глава 3

– Я не он, – сказал Дед. – Просто так тебе будет легче меня слушать. Знакомый, не вызывающий отторжения образ, скорее вызывает доверие и внимание к произнесённым им словам, а это, в данный момент, очень важно.

– А где мы? – неуклюже спросил я.

– В твоей комнате, – ответил дедушка, и стены, и потолок вдруг проявились. Проявился комп, шкаф со шмотками, пуфик. Только кресло оставалось прежним.

– Кто ты? – я задал вопрос, но сам же боялся ответа, ибо уже знал его.

– Ты же и сам знаешь – я твой дед.

Я и боялся, и злился одновременно. То, что это не мой дедуля, я уже понял. Но кто же может так обращаться со мною? Бог? Дьявол? Но, я не верил в существование ни того, ни другого. Я даже не был крещён. Неужели он всё же существует?

– Странно и страшно, – он просто произнёс без всяких эмоций. – У тебя ещё есть время спрашивать. Спрашивай.

– Кто выиграет лигу чемпионов? – Во мне всё кипело, я желал поставить его на место. – Когда мне объяснят, что происходит?

– Лигу чемпионов, какого из отражений? – совершенно серьёзно спросил Дед, что меня взбесило ещё больше.

– Да этого самого! – закричал я.

– А это не отражение. – Дед присел на пуфик, который вдруг оказался под ним. – Позволь же тебе объяснить.

Я нервно сглотнул. Стало уже совсем не по себе. Необходимо было либо срочно проснуться, либо попытаться сориентироваться.

– Ты должен понять самое главное: твой мир – лишь одно из отражений реальности, хотя для тебя он от этого не менее реален, ведь и ты – лишь отражение. К сожалению, именно ты отражение Стража в этом мире, и ты замкнул его в портале в момент перехода, и оставил Врата без охраны.

– Какой Страж, какие отражения? – я и боялся, и злился одновременно. – Вы не мой дед! Что тут происходит?

Кресло вдруг втянуло меня, попытавшегося встать, а Дед грустно улыбнулся, и…

– Очень давно, – начал рассказывать Дед, – с Большим Взрывом закончилась одна эпоха и началась новая. Вновь победил перворождённый хаос, а Тьма и Свет бились среди его всплесков и провалов, жара ядер зарождающихся галактик и холода вселенского вакуума. Но, как и в прошлые эпохи, мы – Старшие договорились разделить мир.

Сомневаюсь, что ты слышал что-то о тёмной материи, хотя, уже и в вашем отражении учёные задумались о ней и её свойствах. Но, дело в том, что во вселенной присутствует не только тёмная материя, а целый тёмный мир, встреча которого с этим миром закончится гибелью всего, что тебе дорого.

– Но я-то тут причём? – уже понимая саму глупость своего вопроса, произнёс я.

– Ты при Вратах. – Как-то совсем обыденно сообщил Дед. – В стене есть несколько Врат, которые с обеих сторон охраняют Стражи. Ты – отражение Стража! Ты изолировал его! Тебе придётся его заменить на посту у Врат, у прохода в Стене, разделяющей мироздание на две главные составляющие. Ты станешь Стражем!

Мой мозг совершенно отказывался верить в происходящее. Мой собственный дед в виде бога? Какая-то стена и материя с вратами? Лучше если окажется, что это всё пьяный бред. Однако в голове уже давно не шумело, и в глазах отнюдь не двоилось: я сидел в странном кресле перед странным Дедом.

– Но какое же я отражение? – Вдруг, сам удивляясь себе, взбунтовался я. – Я вижу, я чувствую, я дышу! Я существую!

– Конечно, ты существуешь, – спокойно признал Дед. – Посмотри сюда, – попросил он, достав из кармана маленькое зеркальце, в котором тут же отразился я и комната. – Видишь? И он существует. Но в другом отражении.

До меня дошло не сразу, но, когда дошло, я попытался вцепиться в глотку этому повелителю отражений, но попытка, естественно, была обречена. Дед даже не шелохнулся, а лишь переместился слегка правее моего порывистого броска.

– Мне это нравится, – произнёс он. – Ты готов стать Стражем!

– Не хочу и не буду, – закричал я в гневе. – Мне плевать на ваши стены и ворота! Меня не интересует вся эта ваша метафизика! Я жил без неё, и дальше проживу. Верните меня в мой дом, я к вам охранником не нанимался.

– Тогда Тьма прорвётся и настанет битва, которой не видел этот мир. – Произнёс Дед тихо, но его слова прогрохотали мне эхом откуда-то сверху. – Если падёт изначальный мир, то не станет и отражений, – вещал Дед, а порывы ветра рвали на мне одежду, обнажая матово-белые латы, лёгкие, но прочные. – Не станет отражений – не станет твоего мира, твоих родных и друзей! – Меч в руке пульсировал силой! – Ты – Страж!

– Но я не знаю как? – Прокричал я, едва надеясь на силу своего голоса. – Вы же ничего не объяснили!

– Тебя станут обманывать, соблазнять, угрожать, но ты не должен верить – это морок! – Голос Деда затихал, а комната стала абсолютно реальной и кресло исчезло. – Запомни! Пока ты страж и не побеждён, они не могут пройти сюда!

И тогда я увидел Врата!

Глава 4

Калитка. А я-то ожидал башен и рвов.

Не шибко тут они стерегутся.

За невысокой калиткой в трухлявом заборе клубилась тьма. Именно клубилась, а не висела и не стояла. Тьма как бы переливалась сотнями оттенков тьмы, как свет переливается цветами радуги и их многочисленными оттенками. Это зрелище завораживало.

– А подойти ближе мне можно? – спросил я, не рассчитывая особенно на ответ.

– Можно, – сообщил голос Деда, можно даже пройти за завесу – это не нарушение. Стражи часто общаются между собой.

Вот даже как, удивился я, ещё не подозревая, как часто мне придётся в ближайшем будущем удивляться в этом странном месте.

– Там тоже Страж?

– Ты плохо меня слушал, – мне так и виделось в воображении, как Дед качает головой. – Там Страж в своих покоях…

– В покоях? – не понял я.

– Там его комната, сторожка, жилище, – проворчал Дед. – как и здесь у тебя, со всеми удобствами.

Я невольно огляделся и увидел двери в моей зале, которые явно вели в ванную комнату и туалет, а также барную стойку с кофеваркой, чайником, другой утварью и посудой, и холодильник огромного размера, где запросто могла бы поместиться и целая свиная туша. Тут явно всё было рассчитано на долгосрочное, но весьма комфортное проживание. О состоянии желудка Стража здесь явно заботились.

– Еда в холодильнике и на полках буфета, – сообщил Голос, – если не найдёшь там необходимого, просто произнеси, чего тебе надо.

– И пиво? – с интересом спросил я.

– Нет. Или тебе не хватило проблем, в которые ты попал из-за алкоголя?

Я почесал затылок и кивнул. Но тут вдруг сообразил, что мне так и не назвали срок заключения, или контракта. Или я останусь тут навечно, поедая деликатесы, плескаясь в ванной, без всякой надежды вернуться домой.

– И сколько мне здесь быть? – поинтересовался я.

– Пока мы не сможем вернуть Стража. – Объявил голос. – Ты очень неудачно заблокировал его прямо в зоне перехода. Хорошо, если он вообще жив.

Я хотел было спросить о том, а куда это переходил Страж со своего рабочего места, но, почему-то, этот вопрос показался мне неуместным. Или, скорее всего, не хотелось услышать в ответ лаконичное: «не твоего ума дело».

И я вернулся к теме, которая волновала меня теперь не меньше.

– Так Стражи общаются друг с другом, или, вернее сказать, враг с врагом? Приходят в гости, вместе пьют чай?

Голос старался быть терпеливым со мной.

– Это не запрещено. Но будь бдительным – тебя могут попытаться запугать, запутать, прельстить, одурачить, короче, любым способом заставить тебя покинуть свой пост, оставить Врата без Стража, дабы открыть проход.

И тут пришло понимание. Теперь мне уже не нужен был ответ на вопрос, куда переходил Страж. Он не просто собрался на побывку в родные края – он пытался сбежать! Он бежал от опасности, которая угрожала ему в этом месте! Ну и перспективы у меня. Прямо скажем, перспективы не из лучших. Я уже иначе взглянул на свой доспех и меч. Для чего это мне? Значит, подумал я, не только запугать, но и убить могут! А меч для чего? От меня тоже ждут убийства? И почему тогда не поставить Стражем взрослого мужика, прошедшего все «горячие точки»? Почему нужен парень, который только что окончил школу и даже не собирающийся служить в армии?

– Все твои догадки верны и неверны одновременно, на все твои вопросы ты получишь ответ, – явно, прочитав мои мысли, произнёс спокойно Дед, – со временем. Со временем ты найдёшь ответы сам. Знание приходит с опытом. Ведь ты не сможешь объяснить первоклашке, почему корень квадратный из шестидесяти четырёх равен восьми до тех пор, пока он, хотя бы, не выучит таблицу умножения.

– Пока, – продолжал Дед, – ты должен понять одно, и прочно это усвоить, или просто поверить мне, что, если оставить врата без Стража, если тебя смогут нейтрализовать, то не будет не только твоего мира, но и всех миров, исчезнут в Хаосе не только все твои близкие и знакомые, но все существа вообще, вплоть до муравьёв и микробов.

– Это вы уже говорили, – пробормотал я насупившись.

– Не расстраивайся, – Голос потеплел, – мир так давно стоит, и до сих пор не был нарушен. Насладись своей ролью, будет потом, что вспомнить!

Да уж, подумалось мне, если только будет, кому вспомнить. Я ощущал себя новобранцем, которому дали автомат, но не научили стрелять из него, и сразу сунули на самый опасный участок обороны.

– А если мне понадобится помощь? – поинтересовался я.

– Если понадобится, то помощь придёт. – Голос был по-прежнему мягкий и тёплый, но, как мне показалось, без былой уверенности.

Глава 5

Первые два дня прошли в напряжённом ожидании чего-то неизвестного – нападения ли, контакта ли, любого иного проявления присутствия враждебной силы. Мне было страшно, не стану врать. Я почти не ел и не спал. Звал Деда, но тот не отзывался, что не удивительно, если учесть, что я такой не один Страж. Да что там – не один Страж, когда я сам такой, как выяснилось далеко не один. Сколько меня? Сколько существует отражений? Осознание того, что я един во множестве, давалось мне особенно тяжело.

Но ничего не происходило. Никаких голосов, никто не появлялся из-за занавеса тьмы. И через несколько дней я постепенно успокоился, и от скуки решил внимательнее изучить свою «сторожку», где мне предстояло жить до возвращения сбежавшего Стража – возможно, что довольно долго.

Комната была достаточно просторной, холодильник и буфет действительно ломились от снеди, причём всё было подобранно на мой вкус, так что до сих пор мне не приходилось просить добавки. Я с удовольствием плескался в большой ванне, почему-то уверенный, что во время приёма водных процедур мне ничто не грозит, хотя, тем не менее, перевязь с мечом вешал рядом на крюк, который будто специально торчал из стены именно в этом месте. Потом ложился в узкую кровать. Такие кровати мой отец всегда в шутку называл «девичьими», что и понятно, так как спать в такой постели вдвоём невозможно даже на боку.

А ещё я нашёл книги. Множество книг. И самым интересным в них было то, что написанные на разных языках разными, иногда совершенно невероятными, алфавитами, они легко читались, лишь стоило их взять в руки! Всё больше это была лёгкая развлекательная литература, но встречались и мудрёные учебники, и явно философские труды. Так что я не скучал, читая о захватывающих приключениях в неизвестных мирах, где сама природа, как и нравы местных обитателей, были так необычны, что заслуживали не простого упоминания, а отдельного описания.

Но всё чаще мой взор притягивала завеса тьмы за Вратами, как притягивает высота, когда смотришь вниз с крыши высокого современного здания, или с крутого берега реки, или середины моста. Что же там? Полная темнота, в которой затаился вражеский Страж? Но ведь Дед сказал, что проходить Стражу сквозь Врата не возбраняется, а значит, в самом этом действии нет опасности. Зачем же мне тогда оружие? Заглянуть сквозь завесу ради любопытства? Но что я там увижу в темноте?

Прошло ещё несколько дней, ничего по-прежнему не происходило, а тяга узнать, что же там за Вратами всё росла. Я начал замечать за собой то, что при любом удобном случае мой взгляд обращается в сторону тёмной пелены, скрывавшей проход между двумя частями мира. Я уже не ожидал нападения оттуда, но сам желал взглянуть на скрытый от моих глаз мир.

И однажды я решился. Всё-таки человек так устроен, что любая тайна, особенно находящаяся от него на расстоянии вытянутой руки, притягивает его, как магнит, манит ореолом романтики, щекочет нервы предвкушением опасного приключения. И я решительно распахнул калитку… Однако на этом вся моя решительность иссякла. Прямо перед моим лицом колыхалась завеса тьмы. И это не была ткань или плёнка, и не вертикальная жидкая поверхность, как любят показывать в разных фантастических фильмах всякие зоны перехода, и не дымовая завеса, ограниченная каким-то полем. Нет. Это надо видеть. Прямо передо мной резко проходила граница между светом и тьмой.

Я нерешительно протянул руку и попытался коснуться этого странного занавеса. Никаких неприятных ощущений не возникло, никакого покалывания, или мурашек по телу, вообще ничего. Я вытянул руку сильнее, ожидая наткнуться на препятствие, или, хотя бы, ощутить сопротивление, но рука свободно по локоть утонула во тьме. Я пошевелил пальцами руки, сжал кулак – я чувствовал свою ладонь так же, как если б не было никакой завесы. И тогда я шагнул вперёд.

Глава 6

– Где пропадал? – этот голос я ожидал услышать меньше всего. – Я скучала!

Эллочка выходила из белого марева прямо на меня. От неожиданности я не сразу сообразил, что это занавес из, ниспадающего волнами, белоснежного тюля.

– Ты чего такой странный? Случилось что?

Она была в белом воздушном платье, которое выгодно подчёркивало её уже сложившуюся женскую фигуру, ярко рыжие волосы золотым фонтаном расплескались по плечам и спине, большие смешливые глаза подбадривали меня, в правой руке она держала бокал с каким-то шипучим золотистым напитком. Она была так прекрасна, так стройна и так неожиданна в этом странном месте, что я даже начал слегка заикаться.

– Ты… Ты покрасила волосы? – Это было всё, что я смог выдавить из себя в ту минуту.

Она удивлённо и, как мне показалось, одновременно внимательно посмотрела на меня, но тут же весело и беззаботно рассмеялась:

– Вот же мужская внимательность! Стоит несколько раз перекрасить волосы, как они уже забывают твой натуральный цвет! Ну не стой в дверях, проходи. Мне сегодня приснилось, что ты придёшь, и ты здесь! – Улыбка не покидала её лица. – А некоторые ещё утверждают, что нельзя верить снам.

Эллочка, Элла… Передо мной была она, в этом не было никакого сомнения, ведь я так хорошо помнил каждую чёрточку её милого лица, знал каждый изгиб этого прекрасного тела! Но всё же, что-то меня смущало, что-то было не так, хотя последние события и дни, проведённые мною в полном одиночестве, могли сказаться на моей психике.