Гунн

Жизнь шла. Количество наших диалогов росло с нарастающей скоростью, и мы почувствовали, что сам Бог велел издать их отдельной книгой. Так появился наш первый общий сборник. Долго думали, как его назвать. И однажды, в счастливый момент смакования бутерброда с чем-то очень вкусным, Лорине пришло в голову единственно возможное название – «Куртуазные диалоги»!

Лорина Дымова:

Итак, у нас с Лёней вышла книжка. Книжка неожиданная. Книжка, которую писать мы не собирались – она написалась сама. И это было большой радостью. Мой соавтор был остроумен, находчив, а о его мастерстве и говорить нечего. Не представляю, кто бы другой из тех, кого я знала, мог бы ТАК писать.

Наша стихотворная и не только стихотворная переписка уже давно перекинулась на «скайп», мы обсуждали всё что угодно, публикации друг друга в интернете, цитировали понравившиеся строки других поэтов. Я стала обращать особое внимание на иронические стихи, невольно сравнивая их с теми, что написали мы. Встречались стихи очень симпатичные, с хорошим юмором, но о технике такого уровня, как у моего соавтора, не могло быть и речи. Ни у кого я не встречала таких виртуозных и головокружительных рифм, причём не вымученных, а совершенно естественных, такого тонкого подспудного юмора. Долго не могла я успокоиться, вспоминая Лёнину реплику на моё стихотворение, в котором были строчки:

Его ответ меня восхитил:

Восхитил настолько, что я ему сказала: «Нет, так, как вы, из тех, кого я знаю, не умеет писать никто!»

Мой соавтор, конечно, стал возражать, говорить, что многие нам неведомы, и кто-то наверняка пишет не хуже, но убедить меня он не сумел: всё это были слова, а конкретно предъявить мне он ничего не мог.

Так всё и продолжалось. Но однажды на одном из сайтов под моим стихотворением появился отзыв совершенно неизвестного мне человека, который удивил меня чрезвычайно.

Он написал мне лестные слова, к чему я, в общем-то, привыкла, но дело было в том, КАК он написал. Это было великолепное, остроумное четверостишье, настолько мастерски выполненное, что я подумала: нет, всё-таки есть ещё люди, которые умеют… Всё-таки Лёня был прав…

Какой-то Михаил Гунн… Кто он? Откуда взялся? Полезла в интернет. Ни-че-го. Совсем ничего. Странно. Это же явно профессионал высокого класса. На мои стихи:

он откликнулся (и как откликнулся!):

На следующее утро я первым делом открыла свою страницу и… под девятью (!) моими стихами красовались девять отзывов того же самого Михаила Гунна, и один другого лучше!

Позвонила Лорина. Взбудораженная. Взволнованная. Как будто даже встревоженная.

– Представляете, на моей странице что-то невероятное! Появился какой-то Михаил Гунн и буквально забросал меня откликами на стихи! Целый десяток! И, верите ли, все как один, высшего качества! Полная для меня неожиданность. У вас появился достойный соперник. Посмотрите!

Минут через десять звоню Лорине.

– Пожалуй, вы правы. Действительно, недурно.

Ловко он на ваше:

– придумал:

–А мне нравится ещё и эта пара! – с жаром воскликнула Лорина. – Посмотрите, вот моё:

А вот его:

– А это что, хуже? – спросил я:

И ответ Гунна:

– Да нет, не хуже. Блеск! – отозвалась Лорина.

Тут она запнулась, видимо, спохватившись, что как-то чересчур уж расхваливает передо мной другого человека:

– Лёня, а вы случайно ничего не знаете об этом Гунне? Откуда он взялся?

– Так ответьте ему и узнайте! Чего же проще?

– Да я ходила на его страницу, там о нём ничего нет!

Лорина Дымова:

А на следующий день Михаил Гунн возник снова. И как возник! Я написала:

Похоже, мой новый поклонник приглашает меня к диалогу…

И ещё одно моё стихотворение:

И – остроумнейший отклик Михаила Гунна:

Ну и ну!.. Оказывается, всё же есть ещё умельцы. Интересно, как на такое отреагирует мой соавтор?

заметки на полях Леонид Ветштейн ( ):

Снова звонок Лорины. И снова её восторг от новых реплик Михаила Гунна. И какой восторг!

…Ах, если бы она знала…

…Боюсь, что она мне это не простит…

…Не простит моей невероятной ревности… И к кому? К самому себе!

Ревность к самому себе? Бывает ли такое?

Оказывается, бывает.

Штука в том, что ещё в начале наших с Лориной стихотворных перепалок мне ну оченно захотелось не только услышать от неё тет-а-тет, но и увидеть обнародованное публично что-либо похвальное о моих стихах. Она, конечно, с одобрением на них откликалась, но особого восторга я не ощущал. И вот, изловив на одном из сайтов какое-то стихотворение Лорины Дымовой, я «прицепился» к паре её строчек и, отреагировав на них своим рифмованным катреном, подписался неведомым ей псевдонимом – Михаил Гунн.

Лорина, клюнув, что называется, на наживку, откликнулась в тот же день.

– Михаил, смешно и хорошо. Спасибо.

Я вставил:

– Благодарю, уважаемая Лорина! Но у Вас смешнее! Михаил Гунн.