Я вырос в пригороде, а там асфальт только сейчас начали класть нормальный, с приходом интернета. Канавы возле моего «родового гнезда» были такого размера и с таким наполнением, что, будучи шестилетним ребёнком, я мог купаться там, как в прудике. И в этом не было ничего зазорного. В домашнем фотоальбоме есть снимок, где мы с дворовыми пацанами сидим как раз в такой луже, и улыбка до ушей. Детство у нас такое было. Но сейчас другое время, и находимся мы за двести километров от моего места рождения, в городе-милионнике. И хотелось бы всё-таки здесь видеть нормальный тротуар, с освещением и без выбоин! Нужно переселять Марину куда-то поближе ко мне. И мотаться так не придётся, да и ей будет приятно. Покупку я, конечно, не потяну, такую брешь в бюджете я не утаю от Нади, а вот аренда будет вполне адекватным решением. Но это всё в перспективе, а пока не хотелось бы здесь убить свои замшевые Aldo Brue и явиться в таком виде на свидание. Встречают, как говорится, по одёжке. А девушки, между прочим, в первую очередь обращают внимание на обувь. Так что вымазаться никак нельзя, нужно ступать аккуратно. Мусор и отходы здесь не доносятся до урны, и автоматически становятся частью инфраструктуры. Часть команды – часть корабля. Посмеялся я, вспомнив цитату из какого-то фильма про пиратов.

Подходя к подъезду Марины, я услышал за собой быстро приближающиеся тяжелые и в то же время глухие шаги. Решил немного прибавить ходу, всё-таки время позднее, район незнакомый, кто знает, что за фрики здесь водятся. И как сглазил, догоняет какое-то тело:

– Эй, братан, закурить не найдётся?

Классика. Но почему сейчас? Почему сегодня? Звезды, что ли, так сошлись? И зачем я на них смотрел?! Сначала магазин, потом такси, теперь это. В школьные годы ходил на уроки тхэйквандо, что-то помню из базовой программы. Да и тип, который обратился за табачной продукцией, явно не из лиги UFC, откуда ему здесь взяться в такое-то время. Может, проигнорировать? Осталось пару шагов – и я у цели. Ладно, попробуем пообщаться, он же так не отстанет. Да и голос такой настойчивый и немного с хрипцой, прям до дрожи пробирает. Мне кажется, ему с таким тембром голоса нужно в утвердительной форме общаться, а не посредством вопросов. Работать будет на сто процентов. Как у нашего генерального, он тоже, как скажет – так отрежет.

Поворачиваюсь и особо не вижу собеседника. В полумраке разглядел только, что он в костюме цвета хаки, охотник, может, или рыбак. Хрен его знает, что заставило нарядиться в камуфляж в городе. Может, на цыпочек охотится. Мне даже на секунду показалось, что он в валенках, не разглядел. Освещение было лишь от окон дома, рядом с которым мы стояли, но время было позднее, и свет горел лишь в нескольких.

– Брат, не курю. И спешу очень, время позднее уже, да и ждут меня, вон осталось пару метров дойти до подъезда, – мой голос слегка подрагивал, ведь место встречи и собеседник были мрачноваты.

– Братан, я же видел, что ты прикуривал, когда из такси выходил. Зачем обманываешь, что не куришь? – Судя по всему, разговор начал переходить в другое русло, и сухим из воды я явно выйду. Но все же я попытался сгладить углы и продолжил.

– А вы, что, следили за мной? Поэтому так разоделись? Может, не будем обострять, у меня встреча с человеком в этом доме. Давайте я вам дам сигарет, вот, всю пачку забирайте – и каждый пойдёт своей дорогой.

– Давай, – каким-то загробным, но в тоже время спокойным, до дрожи пробирающим голосом, ответил незнакомец.

Да… в щекотливую ситуацию я попал. Ну и пусть забирает эти сигареты, пропади они пропадом. Возьму у Марины, я, кажется, оставлял у неё пару пачек в прошлый свой визит.

      Итак, в одной руке пакет из супермаркета, другой потянулся в пиджак за сигаретами, про себя думаю: «Минздрав ведь предупреждал, что курение опасно для здоровья, но не настолько же». Я отвёл взгляд лишь на пару секунд, чтобы ухватить пачку в кармане дрожащей рукой. И в этот самый момент, как в песне группы "Король и шут", блеснул во мраке нож и раздался хохот: "Прямо щас и прямо здесь будет тебе плохо". Я даже среагировать не успел, как незнакомец сделал два шага вперед, ко мне. Как же мои школьные уроки единоборств, где моя реакция тигра?! Я совершенно не успел среагировать на ситуацию и не понял, что произошло. Я опустил голову и увидел, что нож по рукоятку был в моей груди, было больно, страшно и обидно. Я чувствовал, как сталь пронзила меня и плотно засела в груди. Вкус металла проступил во рту, а кровь в венах будто воспламенилась, сжигая меня изнутри. Я попытался достать руку из кармана пиджака, чтобы оттолкнуть обидчика, но не смог, она как будто окаменела и сдавила пачку сигарет. Паника! Меня охватила паника! Дрожь пробежала по всему моему телу. Ноги затряслись в области коленей. Прошли секунды с момента удара, а было ощущение, что целая вечность.

«Брось пакет и беги!» – кричал внутренний голос, но тело не слушалось. Я попятился назад, и свет от окон упал на лицо нападавшего. Это был мужчина немного старше меня, жизнь явно потаскала его лицом об неструганый стол. С недельной щетиной, грубой желтоватой кожей и тёмными кругами под глазами. В его глазах, черных как бездна, не было ни капли сожаления и раскаяния, только злость и ярость. А кругом – полнейшая тишина и только он, я, нож в груди и стрекот сверчков в кустарнике поблизости. В лицо дунул тёплый августовский ветерок, а вместе с ним амбре от нестиранной одежды и пота нападавшего.

– Сука! – Еле выдавил я и почувствовал уже более выраженный металлический вкус во рту. Я чувствовал, как тёплая кровь струится по моему телу, отчего рубашка совсем промокла и прилипла на месте подтёков.

– Ну-ну. Ничего личного. Жизнь такая, – ответил мужчина и, провернув с хрустом нож у меня в груди, вынул его, забрызгав свою куртку фонтаном крови.

Кулак разжался, пакет выпал из руки и, брякнув, упал на тротуар. Ноги подкосились, и я следом за пакетом упал на колени. Далее последовал удар в лицо ногой. Я уже ничего не чувствовал и просто свалился как балласт. Мужчина отволок меня в палисадник, что был рядом с домом и там, в темноте, начал шерстить содержимое моих карманов.

-За что? – Уже через силу, захлёбываясь кровью, я пытался узнать у своего обидчика. Тяжело подобрать слова в такой момент, это было первое, что пришло мне на ум.

– Брат, без обид. Времена нынче тяжелые. Ты это, лежи, не мороси. Скоро всё уже, – произнес мужчина и продолжил меня обыскивать.

Внутри меня бурлила злость и переполняли эмоции! Я хотел кричать, но не мог. Только стон – всё, что я мог из себя выдавить. Я не мог двигаться, боль сковала меня. Я не чувствовал своего тела, силы покидали меня. Неужели всё вот так закончится? Ну это ведь шутка, правда? Такого просто не может быть. Мысли волнами накрывали разум и одновременно клонило в сон.

– Не густо, пижон. Когда тебя запревидел, думал, что сорву сегодня Джекпот. А тут жалкие гроши. Зря только руки марал. – Нападавший вытер лезвие ножа об мой пиджак и скрылся в темноте. Всё произошло настолько быстро, будто этот мясник занимается этим каждый вечер.

Не густо? Что блть происходит? Как? Блть! Что!? Зачем!? Почему так!? У меня семья! Почему здесь? Почему сегодня? За что… Я лежал, уставившись в звёздное небо. Кровь залила всю мою верхнюю одежду, я чувствовал, как тёплыми ручьями она стекает по моему телу и образовывает густую лужу подо мной, которая медленно впитывается в землю палисадника. Я уже не дышал, боли не было, я просто лежал и смотрел на звёздное небо широко раскрытыми глазами, наполненными болью и отчаянием. Я находился уже почти в бессознательном состоянии, когда меня посетила последняя мысль: Андрей, это конец. Глаза сомкнулись от бессилия и потери крови, и я потерял сознание.

3. Отрицание

Марина! Помоги! Марина, ты слышишь!? Кто-нибудь, помогите, я здесь! Мне нужна помощь. На меня напали! Я не могу пошевелиться. Кто-нибудь! Аллё!!! Что происходит? Почему вы игнорируете меня? У вас что, это в порядке вещей? ПОМОГИТЕ!!! Было еще темно. Я отключился. Сколько времени я тут лежу? Не могу пошевелиться. Всё тело как будто не моё. Ничего не чувствую, только какую-то лёгкость. Почему меня никто не слышит? Я их слышу, а они меня нет. Этот гад, по всей видимости, забрал мой телефон. Иначе бы Марина уже обзвонилась. И что он будет с ним делать, подумать только. Продаст? Там блокировка, которую невозможно снять. Никто не будет заморачиваться с таким дорогим устройством. Но ему видимо всё-равно. По телефону-то тебя и найдут, тут ты совершил роковую ошибку, мой друг. К чему всё это было?! Рана, по всей видимости, не смертельная, и не задела жизненно важных органов. Иначе бы я вот так не лежал и не рассуждал о поимке преступника. Поэтому, жди, урод, возмездие тебя настигнет. Но я потерял много крови, мне срочно нужна помощь.

ПОМОГИТЕ!!! Я ЗДЕСЬ! МНЕ НУЖНА ПОМОЩЬ! ВЫЗОВИТЕ СКОРУЮ! ЛЮДИ! Возможно это в порядке вещей в этом районе, а может это общество настолько деградировало. Никто никого не замечает, в трудный момент руку помощи не протянет. Все чего-то боятся, никто никому не доверяет, все друг друга предают. Что с нами произошло? Или всегда так было? Может, я просто старею или мудрею с годами, раньше этого просто не замечал. Но ножом-то зачем? А, может, это и не нож был вовсе, может у меня галлюцинации? Может, в сигаретах что-то было. Поэтому и не слышит меня никто. Может, и крови никакой нет. И нападения никакого не было. Привиделось, может, это всё, и мужик этот со страшной мордой и голосом тоже. Ведь такого не может быть в реальной жизни. Кто станет, хоть и в спальном районе, расхаживать с охотничьим ножом, в таком прикиде и резать людей у жилой многоэтажки. Это же бред. Но всё было так отчётливо… Эти ощущения, вкус крови на губах…

      Когда в студенческие годы я жил в общежитии от университета, мы как-то пробовали курить марихуану. Это был мой первый опыт с лёгкими наркотиками. Ощущения помню отчетливо. Сначала ничего не почувствовал, потом, спустя минут пять, начало сохнуть во рту и онемели ноги, стали как каменные. Сердце стучало так, будто сейчас выскочит из груди. Было так страшно, а потом кто-то из ребят сказал, что это нормально и как-то подотпустило. Легко как-то стало, расслабон по всему телу. Голова просто разрывалась от мыслей, думал обо всем, даже о том, о чем бы никогда не подумал. Мне кажется, на мгновение я даже видел свои прошлые жизни, по крайней мере то, что было в этих коротких видениях, было не от моего лица – это было очень странно и необычно. Рассказал ребятам, как я воевал во время второй мировой войны, рассказал всё в таких подробностях, как будто и правда там был. Я закончил историю, в воздухе повисла неловкая пауза, а потом все как заржали. Как кони, ей богу! Я в жизни так не смеялся. Откуда я всё это выдумал?! Ребята были просто в восторге от полноты истории. Отсмеялись так, что во рту всё пересохло окончательно. Интересный опыт… В последующем таких вечеринок не припомню. Да и из общаги я потом в съёмную квартиру переехал, там меня никто не отвлекал от подготовки к экзаменам.

Нет, это точно были не наркотики. Уж больно всё отчётливо. Да и ощущаю я всё, как в реальности: и этот удар ножом, и вкус металла во рту. Сейчас его нет, а тогда прям отчётливо чувствовал. Может, я умер? Да нет, что за бред, люди так не умирают. Люди после смерти… ну это. Ну они… А что происходит с людьми после смерти? Я никогда не задумывался об этом. Только этот короткий разговор с водителем такси и всё. Ну и гуляющая в интернете гипотеза, что мы часть компьютерной симуляции в огромном нарисованном мире. А как же свет в конце тоннеля, голос бога или кого там? Ну, если бы я умер, то было бы что-то похожее? Нет? Ведь столько умов на планете, в любом случае было бы что-то, похожее на одно из вышеперечисленного. Значит, я жив. Может быть, я в коме. Всё вижу и чувствую, но никак не могу повлиять на происходящее. Да, точно! Я в коме! Эта мразь пырнула меня ножом, ударила по моему лицу модельной внешности ногой, отволокла в этот гадюшник, ограбила, и я от потери крови впал в кому. Ну вот, логическая цепочка выстроена. Что дальше-то делать? Уже начинает светать, значит, время около шести. Это я уже около пяти часов тут лежу? М-да, мне срочно нужна медицинская помощь. Ну, ничего, сейчас люди начнут выходить на работу, кто-нибудь меня точно заметит и окажет помощь. Нужно ждать, больше ничего не остается. А Марина там, наверное, ждет, вся такая красивая… и эти её духи, кружевное бельё. Ммм… Теперь, видимо, до следующего раза. А будет ли следующий раз? Когда Надя узнает, откуда меня госпитализировали, будет много вопросов. Да и реабилитация после такого удара понадобится нехилая. А работа? Черт! Квартальная премия. Я же всё просру с этой больничкой. Хренов маньячила! Вот надо было мне сегодня пройтись пешком, сроду не ходил, да лучше бы я еще десять историй от того водилы выслушал. Я его расцеловать сейчас готов, лишь бы вернуться на несколько часов назад. Но в этой жизни так не бывает, по всей видимости… поэтому, лежим и ждём помощи.

4. Гнев

– Джек! Джек ко мне! – раздался женский голос где-то неподалёку.

– Мальчик, ко мне! Пора домой, Джек!

Услышал постепенно нарастающий топот тяжелых лап, спустя пару секунд еще и дыхание. Судя по звукам, животное было явно размером с медведя. И да, почти угадал – это был здоровенный, слюнявый сенбернар. Уже светало, и этот здоровяк явился передо мной, как принц на белом коне в лучах восхода. Вот мой спасательный круг. Я так не радовался даже, когда купил свой новенький жёлтый Porsche 911.

– Привет, мальчик. Джек! Давай, зови свою хозяйку, тут, как видишь, нужна помощь. Пёс обнюхал меня, фыркнул, после чего плюхнулся своей мощной тушкой рядом со мной и начал выть. Душераздирающе, пронзительно и громко.

Вспомнилось детство. Семья моя жила небогато и каждое лето, вместо лагерей или курортов, меня отправляли к бабушке в деревню на юг нашей Родины: помогать по хозяйству, заодно сил и здоровья набираться.

      Места там были невероятные. Старый бревенчатый деревенский домик с широким открытым крыльцом. Река в двух шагах, зелёные холмы за рекой. Стога сена на горизонте, бражка украдкой, свежий хлеб из печки, овощи, фрукты, квас… Я любил там бывать. Каждый год с восьми и до четырнадцати лет я приезжал к бабушке погостить на лето.

Подъём был строго по крику петуха, а отбой не позже десяти. Лишь изредка мы засиживались с бабушкой и болтали обо всём на свете. Бабушке было о чем рассказать, она прошла войну, была медсестрой на фронте, встретила там дедушку, после победы они поженились. Потом родился мой отец. Мне было интересно обо всём этом слушать, так я набирался опыта, ума и знаний от человека, который повидал жизнь.

И вот за одной из таких бесед на крыльце дома, когда мы попивали чай из дровяного самовара, где-то на окраине станицы начали выть собаки. Так громко и пронзительно, с какой-то тревогой.

– Быть беде, – произнесла бабушка и склонила голову над столом

– Почему? Из-за собак? Почему они так воют?

– Андрюша, сынок, собаки очень умные и чувствительные животные. Не одну тысячу лет они бок о бок с людьми живут и знают по природе своей о всех наших повадках и болячках. Чувствуют они всё. Как будто в будущее смотрят и сопереживают, люди так не страдают, как они. Нет ничего более душераздирающего, чем вой собаки, плачущей по своему хозяину, вот и эта, послушай, как надрывается.

– Может, они просто общаются, как мы? Я в городе часто такое слышал. Всю ночь, бывает, гавкают, воют и – ничего.

– Андрюша, ты послушай внимательно. Плачет она. Делится с сородичами своими, а те ей в ответ свои переживания и соболезнования передают. Горе у них.

И правда. Все происходящее было душераздирающе. Один из псов начинал свою грустную песнь, остальные его слушали, – когда тот заканчивал, в соседских дворах начинали выть в ответ.

– Ох, засиделись мы с тобою, Андрюшка. Давай на боковую. Завтра дел – непочатый край, а время то уже позднее.

– Доброй ночи, бабуль, – я лёг спать, и видел сон. Как сейчас помню. Плывёт гроб по реке, а за ним собаки. Одна меня увидела и подплыла к берегу. Я попытался убежать и застрял на месте. Оборачиваюсь, а никого уже и нет. О чём думал перед сном, то и увидел. Ничего удивительного.

Утром проснулся с петухами. Помог бабушке по домашним делам, и мы сели обедать на крыльце. Про собак я уже позабыл, из головы вылетело, пока помогал по хозяйству. А тут калитка скрипнула и слышу, как к нам кто-то тяжелыми шагами топает, а это соседка наша Маргарита Никитична, бабушкина подруга, зашла, поздоровалась и села за стол.

– Борька преставился, – сразу, с ходу выложила она, – утром на поле должен был идти работать, да не встал. Во сне душу господу отдал.

Тут у меня даже мурашки выступили на руках. Сразу этот пронзительный вой собак в ушах. Мой сон.

Бабушка печально покивала головой, посмотрела на меня и сказала:

– Вот по Борьке-то они вчера и надрывались, бедолаги, – и вместе с соседкой они начали рыдать.

Мне на тот момент было лет 12, и значения этому инциденту я особо не предал. Да и собаки у нас никогда не было, хотя я всегда так хотел, но родители не заводили.

Когда мне исполнилось 15 лет, моя бабушка умерла. Дом в деревне забросили. Я всё собирался туда съездить, да то учеба, потом работа, женитьба. Так и не съездил ни разу. Один раз только зашёл в Google maps, и посмотрел со спутника на бабушкин дом спустя столько лет. Дом стоит, в крыше дыра, где картошку мы сажали, подлесок уже густой, а берег реки, где я купался, под частную территорию отдали, там санаторий теперь. Нет больше той деревни из моего детства. Нет больше крыльца нашего с бабушкой, обвалилось оно. Всё это в прошлом. После увиденного ехать туда всякое желание пропало. Пусть лучше в моей памяти останутся только приятные воспоминания о тех счастливых годах моего детства.

Громкий, пронзительный крик раздался во дворе дома, где жила Марина.

– УБИЛИ!!! УБИЛИ! Вызовите полицию! Господи, что творится-то?!

Нет, нет, нет, нет, нет! Женщина! Вы повнимательнее посмотрите! Скорая здесь нужна, реанимация! Не полиция! Я жив пока, мне помощь нужна, а не коронер! Помните тот стих? «А он живой, он жив пока, жужжит в окне, расправив крылья». Вот, это про меня. Вокруг меня начали стягиваться жители соседних подъездов. В глазах зевак можно было прочитать лишь ужас. Они перешептывались, указывали на меня пальцем, кто-то даже снимал на смартфон. Тут я услышал знакомый голос, пробирающийся через толпу. Это была Марина.

– Пропустите. Я должна посмотреть! – едва сдерживая слезы, споря с зеваками, пробиралась она.

– АНДРЕЙ! НЕТ! АНДРЕЙ!– Марина упала на колени и начала рыдать. Она попыталась подползти ко мне ближе, но люди начали её сдерживать, ссылаясь на то, что она может наследить на месте преступлении.

Вот тут меня уже охватил небывалый страх и паника.

ЧТО БЛТЬ ПРОИСХОДИТ?! А!? КАКОГО ХРЕНА!? АААААААААА!!! ПОМОГИТЕ! НЕТ! ЭТОГО ПРОСТО НЕ МОЖЕТ БЫТЬ! ПОЧЕМУ?!

Я не переставал кричать. Тело моё было неподвижно, были лишь чувства и эмоции. Я всё видел своими глазами, но не мог пошевелиться. Я отказывался это понимать. Просто в голове не укладывалось, что это происходит на самом деле. Но мои крики отчаяния никто не слышал. Все лишь стояли и смотрели. Стояли и смотрели…

– Граждане, расходимся. Это место преступления. Не на что тут смотреть. По домам. Мы во всем разберемся. Кто первый обнаружил тело?