— Мне было сложно отказываться от привычной дозы адреналина, но возраст, знаете ли, дает о себе знать. Однако я иногда балую себя кайтсерфингом!

Чуть было не подавившись минералкой, я постарался не выдать своего удивления. Такой экстрим, и в его-то годы? Я сам уже несколько лет все время заново начинаю приручать этого зверя! Хотя сколько ему лет? Во время такого живого диалога было уже неловко об этом спрашивать.

— Да, — продолжал удивительный «дед», — уже лет пять увлекаюсь. Сперва трюки мне давались сложно: эти лупы, взлеты… Но потом… В целом осваивать кайтсерф мне мешал страх, о котором мы с вами как раз говорили. Этот «воздушный змей» всегда привлекал своей непредсказуемостью: один резкий порыв ветра — и жизнь в тот же миг может оборваться.

— Я пробую уже несколько лет, но… мне пока не удается профессионально обуздать это чудовище. И пожалуй, вновь соглашусь с вами — диалог со стихией абсолютно непредсказуем и весьма опасен.

— Опасен не то слово! Однажды я плавал на Маврикии. Жаркий день, ветер! Я чувствовал, что сегодня все должно сработать — я наконец-то взлечу вверх! Кайт шел по волнам, как по маслу, с брызгами разрезая барашков на гребнях. Живописную бухту окружали холмы, зелень которых еще больше оттеняла лазурную воду… — сосед мечтательно вздохнул, в глазах заиграли краски воспоминаний. — Рядом тренировались новички. Молодой парень ждал инструктора, который по какой-то важной причине отлучился на берег. Вдруг он не справился со стропами, и они упали прямо на меня. К слову, это такие тонкие лески, очень опасные! Могут и голову запросто отрезать, если зазеваешься. Парень начал тянуть планку на себя, и я почувствовал как они впиваются мне в кожу, сдавливают грудь, стало трудно дышать. Еще немного, и меня бы разрезало на части, как индейку на праздничном столе в День благодарения. Помню, что изнутри начала нарастать паника. Всеми силами я пытался сохранять спокойствие. И что есть мочи закричал: «Бросай планку! Скорее!» От неожиданности он побледнел, растерялся!.. Но через секунду отпустил. Я со скоростью света начал выпутываться из этой паутины. В итоге отделался огромным синяком и поблагодарил всех святых, что обошлось.

— Да уж, ну и история, — я был впечатлен. — Я и сам не раз попадал в жутковатые морские приключения. Не захочешь — поверишь в высшие силы.

— В наше время не очень все это приветствовалось, неофит я никудышный, но в такие моменты, конечно, молитва вспоминается сама собой. Генетическая память, — он вскинул брови и назидательно поднял палец.

— В моей молодости за религию тоже по головке не гладили. Было общество, правила, атеизм! В то время для меня важно было быть внутри системы: октябренок, пионер-всему-пример, староста, ну и далее по иерархии. Я был такой отличник, надежда и опора родителям, обществу.

— Боялись не соответствовать? — сосед понимающе закивал головой.

— Так точно! — военным тоном в шутку ответил я. — Помню случай из детства. Зима, сибирский мороз ниже –30, и я — первоклашка, которому до школы надо идти пару километров. Можно было не ходить, даже по радио объявили! Но нет. Я собрался, взял портфель, сложил тетрадки и ручки, прихватил из дома классический советский бутерброд — батон с докторской колбасой — и, намотав шарф по глаза, побрел до школы. А когда зашел в класс, увидел лишь одну девочку, которая из-за плохой успеваемости всегда сидела на задней парте. Получается, что пришли только мы вдвоем из всего класса: круглый отличник и заядлая двоечница.

— А почему вы все-таки пошли тогда, в мороз?

— Думал об этом. Не знаю! Может, чтобы соответствовать общественным нормам, социальному порядку. Я мог остаться дома, родители меня никогда ни к чему не принуждали, в мороз в школу ходить не заставляли, в жизни я всегда решал все сам. Но мне важно было соответствовать образу правильного мальчика. Думаю, мной двигал страх кого-то подвести, разочаровать, не справиться. Я брался за все со слишком большой ответственностью, боялся быть не таким, как все, выбиваться из команды. Мне хотелось быть в Системе, принадлежать ей, быть лучшей ее частью. Со временем это прошло. Теперь мое кредо: моя жизнь — мои правила. Делай то, что хочешь, и так, чтобы в итоге ты мог гордиться собой.

— Жизнь… — грустно произнес собеседник, видимо, вспоминая что-то личное, — жизнь всему научит.

— В том-то и дело, что жизнь ничему не учит. Это не учитель, это коуч! Она тренирует, причем здесь и сейчас, в моменте. — Я вдруг вспомнил одну интересную историю. — Знаете, когда я это понял? Несколько лет назад, дрейфуя вдвоем с женой в Тихом океане.

Это случилось более 20 лет тому назад. Мы с бывшей супругой были собственниками компании и для своих сотрудников периодически устраивали тимбилдинг с выездом.

Так, после поездки в Черногорию мы заразились дайвингом.

Большой Барьерный риф в Австралии неизбежно стал следующей точкой, где мы мечтали погрузиться в подводную сказку. Мы там встретили Новый год в крутящемся ресторане, высоко над землей, а великолепный фейерверк взрывался прямо перед нашим окном, представляете? И на следующий день — лучший дайвинг в жизни!..

Но самое, наверное, большое впечатление оставила недельная поездка в Эквадор, на Галапагосские острова.

Дочке в это время было полтора года; мы оставили ее с бабушкой и дедушкой, а сами рванули дайвить.

На большой яхте собралось около 20 человек. Нас разбили на три группы, и к каждой прилагался инструктор — профессиональный дайвер, который должен был проверять снаряжение и контролировать нас во время погружения. Дополнительно мы разбились по парам. В каждой назначали «бадди» — помощника, который страховал в случае отказа снаряжения под водой. Им в нашей с супругой паре им оказался я.

Уже через пять минут наша группа из шести человек разместилась на достаточно просторной надувной лодке Zodiac, вместе с инструктором. И мы, готовые к погружению, отчалили от яхты, направляясь в сторону одного из девяти островов.

Галапагосы — райский сад на Земле! Огромный заповедник, где охота и ловля категорически запрещены. Непуганые человеком, по берегу стаями ходят розовые фламинго, дружелюбно подплывают дельфины, морские львы могут даже, играясь, укусить за маску или акваланг.

Чтобы вблизи полюбоваться фламинго, мы заплыли внутрь секретного ущелья, а затем пробрались через узкий подводный тоннель и встретили морских львов. Но больше всего нас впечатлили тысячи молотоголовых акул, которые плавали в трех метрах от нас.

Эмоции и восторг переполняли нас с ног до головы, энергия кипела и хотела вот-вот вырваться наружу. Мы словно побывали у истоков мироздания — это ощущение, которое сложно описать.

— Слушай, а где наша яхта? — спросила супруга, озабоченно всматриваясь вдаль.

Я заметил, как инструктор машет рукой куда-то влево, и сфокусировался на этом направлении. Тут же выхватил взглядом силуэт нашей лодки, оранжевая точка была размером вдвое меньше спичечного коробка.

— По-моему, вон наш кораблик, — показал я пальцем. — Видишь?

— Мистика какая-то. Почему так далеко? Что происходит? — по голосу веснушчатой девушки из другой пары я понял, что она на грани истерики.

— Видимо, течением снесло. Странно, — ответил инструктор. — Сейчас что-нибудь придумаем.

Все мы были в легкой растерянности и обдумывали выход из этой ситуации. Кроме той девушки с веснушками, которая замахала руками в сторону нашей лодки, пытаясь выпрыгнуть из воды:

— Э-э-эй! Мы тут!!!

Но все было безрезультатно.

Я заметил, что яхта уменьшилась в размерах еще сильнее, как и ближайший остров. Это значило только одно — нас уносит в океан, притом катастрофически быстро.

— Ну, что вы? Сделайте хоть что-нибудь!!! — вскричала на инструктора веснушчатая девушка, уже не контролируя эмоции, в ее голосе звенела паника. — Хэ-э-элп! — вновь замахала она руками.

— Сейчас нам нужно принять правильное решение. А для этого желательно иметь холодную голову. Просто успокойтесь. Сейчас найдем выход! — я увидел, как наш инструктор отцепил от снаряжения какой-то красный футляр и начал возиться с ним.

— Что вы предлагаете? Рации у нас нет! Да вообще ничего нет! — не унималась девушка. — Какие шансы, что нас найдут в ближайшее время?! А нашу лодку уже почти не видно!

Паника опасна тем, что она страшно заразна. Состояние нашей попутчицы начало передаваться каждому из группы, в том числе и моей супруге, и даже мне: я вдруг почувствовал, как внутри все стало сжиматься.

— И ракетницы тоже нет, кстати! — подхватил худощавый парень, тревожно глядя в сторону удаляющейся лодки.

— Ничего страшного не произошло. На яхте знают, что мы здесь, — моя супруга, словно оазис спокойствия, пыталась успокоить волнующихся попутчиков, ее слова разносились по воде, как утешительная мелодия, но особа с веснушками неожиданно рявкнула в ответ:

— Ну и где твоя помощь?! У нас есть инструктор, и тот не знает, что делать!!!

В ответ инструктор наконец справился с чехлом, достал из него красный свернутый предмет и расправил его на воде.

— Сейчас нужен кислородный баллон, — сказал он, снимая с себя часть снаряжения. — Надуем сигнальный знак. Нас увидят, не переживайте.

Через пять минут буквально в полутора метрах над поверхностью воды, в которой бултыхалось семеро человек, весело повисла в воздухе огромная красная «колбаса».

Теперь оставалось только ждать…

Через 20 минут, которые, казалось, длились вечность, я увидел двигающийся в нашу сторону «Зодиак». Нас заметили!

Несмотря на то, что мы спаслись и уже плыли на яхте к берегу, жена была очень расстроена.

— Мы идиоты, — сказала она. — Сейчас бы унесло всех, и наш ребенок остался бы сиротой! Я больше никогда не буду погружаться с тобой в одной команде!

— Хорошо, дорогая! — я смиренно поднял руки. — Ты права, больше не будем так делать. Это разумно.

Супруга быстро успокоилась, а я, наблюдая за ее мирным дыханием, осознал, что этот опыт стал для меня жизненным уроком, выкованным из морской пены и страха: в экстренной ситуации не запаниковал, справился со страхом и мысленно себя за это похвалил. Ведь я знал, что все обойдется...

***

— Не желаете плед? — мягкий голос стюардессы разрезал нашу душевную беседу, возвращая нас в реальность салона.

Мы оба отказались и синхронно качнули головами.

Мой сосед достал ноутбук и погрузился в чтение каких-то таблиц. В это время в салоне выключили свет, предложив пассажирам немного подремать.

Мне не хотелось спать. Я достал Mac, открыл заметки и записал очень важную мысль, которая пришла ко мне в голову после этого диалога.