– Здравствуйте, – прощебетала Регина, – я хотела бы…

Дверца фургона приоткрылась, и женщина увидела круглое лицо, всё красное от злобы.

– А, прошу прощения, – хозяин смягчился, увидев Регину. – Если вы насчёт представления: мы, к сожалению, их отменили, уже собираемся в путь, как видите, хе-хе… Стоимость билета мы, конечно, возмещаем, но только половину! Подойдите вон туда в кассу.

Бедняжка директор! Регина не смогла сдержать улыбку, глядя на человечка, который, видно, несколько дней справлялся с жалобами и неудобными посетителями, так ещё и артиста потерял.

– А что, собственно, случилось? – мягко спросила Регина. – Почему уезжаете?

– Это технические причины, вам будет неинтересно!

– Это как-то связанно с тем, что Дерек Муд исчез?

– Ни слова здесь больше! – прошипел хозяин цирка.

Дверца фургона открылась нараспашку, и вышел директор цирка собственной персоной.

– Вы ведь не журналист, верно? – он говорил уже спокойнее.

– Я не журналист, – призналась Регина, – но мне очень нужна эта информация. А вы потеряли своего лучшего артиста, и вам нужны деньги.

С этими словами женщина открыла сумку и достала из неё кошелёк. Открыв кошелёк, она продемонстрировала, что он полон купюр.

Директор нервно огляделся по сторонам и, положив руку Регине на плечо, сказал:

– Пойдёмте, поговорим.

Внутри фургона было вполне уютно: здесь была и постель, и стол с табуретками, и умывальник, и небольшой шкаф.

– Вы правы, Дерек был самым прибыльным артистом, – вздохнул хозяин цирка, усаживая гостью на табуретку, – другого такого не найти. Чаю?

– Нет, спасибо, – ответила Регина.

Она по-деловому достала из сумки диктофон и, уложив его на стол, включила запись.

– Расскажите же мне о Дереке.

– Я взял его в цирк, когда он ещё был совсем маленьким, – грузно усаживаясь на табуретку, сказал хозяин цирка. – Я взял его с улицы. Я увидел, как он заставляет дворняжку танцевать. Мне как раз нужен был помощник дрессировщика, да и жалко как-то стало мальчика. Он и сейчас – кожа да кости, а когда я его нашёл, был что скелет. Он жил на улице и почти ничего не ел. Он не умел читать, он даже говорил с трудом! В общем, забрал я его. Дерек жил и работал у нас, в цирке, почти десять лет. Он делал большие успехи в дрессуре. Вы бы видели, как он управляется со львом – без кнута! А затем открылось, что Дерек умеет не только дрессировать зверей. Люди стали слушаться его, как собачки. Оказалось, что Дерек – первоклассный гипнотизёр. Уж что он на выступлениях вытворял! Я не мог нарадоваться своей удаче, ведь деньги потекли рекой. Но не обошлось и без проблем…

Директор вздохнул, собираясь с мыслями.

– Какого рода проблемы? – поторопила Регина.

– Я думаю, вы и так понимаете. Видите ли, у вас съехал шарфик, и я увидел вашу шею.

Женщина невольно подняла руку, чтобы поправить платок на шее; укусы хоть и заживали быстро, но требовалось пару дней походить с пластырями. А этот директор цирка совсем не глупый парень!

– Так он захотел охотиться? – вернув самообладание, уточнила Регина.

– Он и раньше уходил, но всё время возвращался. Я ему разрешал, ведь… я не мог рисковать другими артистами. И мы всё время перемещались с места на место, так что…

– Так что никто вас не успевал заподозрить.

– С вас хватит?

Регина видела, как директор становится всё менее и менее сдержанным по мере своего рассказа и как на его блестящем лбе выступает пот.

– Пожалуй, хватит, – кивнула женщина, выключая диктофон. – А сколько хватит с вас?

Расплатившись с хозяином цирка, Регина тут же исчезла.

– Спасибо, что согласились принять нас! – сказала Ева, крепко обнимая дядю Бронислава, который вышел встречать прибывших у ворот.

Он улыбнулся, отвечая такими же крепкими объятиями.

Затем дядя и племянница чуть отстранились друг от друга, чтобы заглянуть друг другу в лицо после долгой разлуки.

Бронислав уже совсем привык к новому образу жизни. Он выглядел отлично и наверняка собирался прожить ещё долго. Только в чёрных волосах пробивались серебристые нити, да вокруг глаз проявлялась паутинка морщин.

– Ты такой загорелый, – невольно отметила Ева.

– У нас отличное солнце, – кивнул Бронислав. – Ты тоже скоро потемнеешь. Но сейчас не об этом, – дядя кивнул на автомобили, дожидавшиеся, пока ворота откроют. – Заезжайте!

Привратник распахнул ворота настежь, и грузовик, а вслед за ним и фургон, въехали во двор замка. Проезжая мимо Бронислава, Марк помахал другу из окна кабины. Выпрыгнув на твёрдую землю, Марк потянулся, разминаясь после долгих часов вождения.

– Потрясло нас хорошо! – сообщил он, подойдя к Брониславу, чтобы поздороваться. – Дорога «супер», а ещё дождём размыло.

Люди выходили из транспорта, облегчённо вздыхая: добрались! Стояла глубокая ночь, но двор замка был щедро освещён, так что все видели друг друга.

– А небо тут не такое, как в городе! – заметил Руди, когда поднял голову, разминая шею.

Дождь закончился, и теперь в воздухе стояла прохладная влага. Тучи растекались и расходились, открывая глубокое летнее небо с ясными звёздами.

Несмотря на поздний час, в окнах замка горел свет: жильцы в эту ночь не спали. Встречать гостей вышла и Синтия, а вслед за ней – Артур и Аманда.

Ева помнила своих кузенов милыми детьми, но сейчас её встретили не дети, а парень и девушка. Близнецы были мало похожи друг на друга. Артур пошёл в отца: тоже был худым и суховатым. Такие же, как у отца, были у него умные зелёные глаза и густые чёрные волосы, которые Артур старательно отращивал. Аманда оказалась похожей на мать. Она была невысокой и полной, с по-детски милым веснушчатым лицом и большими синими глазами.

Члены семьи окружили Еву и Руди, радостно приветствуя и расспрашивая о дороге. Ева неловко улыбалась, но затем оглянулась и увидела своих подопечных, которые стояли в стороне, у фургона, не зная, куда им податься.

– Не хочу показаться невежливой, – сказала Ева, – но у нас есть работа. Нужно разместить людей и разгрузить грузовик, чтобы отпустить Марка.

– Не волнуйся, места на всех хватит, – поспешил уверить Бронислав. – Мы быстро со всем управимся.

– Тогда не будем тянуть кота за хвост! – воскликнул Руди и решительно направился к грузовику.

Из замка подтянулись помощники, но, хотя теперь рук было много, Артур тоже вызвался помогать. Он не мог усидеть на месте в такой момент, и ему требовалось немедленно заняться чем-нибудь.

– Ева и Бронислав, нам нужны руководители! – пронёсся через весь двор оклик Руди.

– Без нас никуда, – улыбнулся Бронислав.

– Есть ещё кое-что важное, – сказала Ева, – у меня здесь четверо пациентов, их надо пристроить, и… один мальчик без сознания. Нужно, чтобы кто-то позаботился о нём, если я буду занята здесь.

– Я беру это на себя, – решительно сказала Синтия.

– Я могу присмотреть за мальчиком, – вызвалась Аманда. Ей, глядя на активную деятельность брата, тоже хотелось быть полезной.

Ева наклонилась к Аманде и деликатно сообщила:

– Он вампир.

– Я не боюсь, – заявила девушка.

– Ты уверена?

– Абсолютно, – отрезала Аманда. – Ты была гораздо младше меня, когда впервые встретилась с вампиром, – и ты справилась, так почему не получится у меня?

– Ладно, просто проверяла, – сдалась Ева и обратилась к Синтии: – Они там, возле фургона.

– Мы обо всём позаботимся.

Дерек пребывал в приятном забытье, где ничего не было. Но вскоре оно стало расплываться, возвращая Дерека к настоящим, телесным ощущениям. Почувствовав боль, парень понял, что он не умер. Но почему гипноз дался ему так тяжело? Или потому, что чужое влияние мешало, или потому, что он уже начал терять свои «вампирские» черты из-за лечения? Дерек без сожаления подумал об этой потере. А думать было тяжело. У парня было чувство, будто ему в виски вбили по гвоздю с обеих сторон и мало того, что вбили, так ещё и дёргают и вкручивают. Избавиться от этого чувства было невозможно, и Дереку оставалось только терпеть.

Дерек чувствовал какое-то движение вокруг себя, но он не мог прорваться сквозь темноту и открыть глаза, чтобы увидеть, что происходит. Это волновало его. В какой-то момент парень понял, что движение прекратилось. Сквозь закрытые веки Дерек вдруг ощутил умиротворяющий сизо-белый свет, будто пасмурное утро. Свет был тёплым и ласково покалывал кожу. Под воздействием этого чудесного света боль притупилась, стало спокойно, светло и торжественно, как в храме. Дерек не знал, откуда этот свет исходил, но хотел узнать – но все его попытки открыть глаза проваливались. В конце концов, он смирился: целительный свет никуда не уходил, он был здесь, где-то совсем рядом, и этого Дереку оказалось достаточно. Теперь парень просто не желал просыпаться – так уютно ему стало. Он заслуженно отдыхал.

Аманда осталась присматривать за Дереком. Это было несложно: требовалось всего-то сообщить Еве, если что-то в состоянии мальчика изменится. Но пока ничего не менялось, хотя Аманда следила внимательно. Если бы не тихое дыхание, можно было бы подумать, что Дерек умер. Аманда много знала о вампирах, но ещё никогда не встречалась с ними, поэтому немного нервничала, сидя рядом с кроватью, где лежал Дерек. Невольно она разглядывала странного мальчика. Кожа у него была такая бледная, что белая простыня почти сливалась с ней. Длинные и тонкие руки лежали расслабленными вдоль тела, а на них под тонкой кожей проступали вены и тонкие сосуды – не голубые, как у людей, а фиолетовые, почти чёрные. Волосы Дерека, ещё влажные, чёрными кольцами и завитками разбросались по его плечам и по подушке. Дерек показался Аманде неуклюжим, нескладным, как паучок-сенокосец. Но он вызывал любопытство, и поэтому Аманда снова и снова начинала разглядывать его. К тому же ей нужно было проверять, не участился ли у Дерека пульс и всё ли в порядке с дыханием, поэтому девушка время от времени приближалась к Дереку и искала пульс на его шее. Пульс находился, но такой медленный и слабый!

Аманда, хоть и была взволнована, всё ещё хотела спать. В такое позднее время глаза у неё сами собой закрывались. Чтобы не уснуть, девушка включила больше света и ходила кругами по комнате, а затем возвращалась на стул рядом с кроватью.

Наконец, Аманда заметила, что пульс у Дерека стал более отчётливым. Спустя несколько минут мальчик глубоко вдохнул, сморщил лоб, будто бы от натуги, и медленно открыл глаза.

Разорвав пелену сна, Дерек поначалу ничего не мог увидеть, только один сизо-белый свет, словно пасмурное утро. Парень лежал и глядел мутными глазами вверх, дожидаясь, пока свечение ослабнет и он снова сможет видеть.

Почувствовав, что рядом кто-то есть, Дерек решился спросить:

– Где это я?

– Всё хорошо, ты в нашем замке, – ответили ему.

Как только Дерек услышал голос, всё вокруг стало проявляться. Вот он увидел высокий потолок над собой, увидел, что лежит в кровати на ужасно чистых простынях, увидел, что его ещё влажная одежда висит неподалёку на сушилке. И ещё он увидел силуэт какой-то незнакомой девушки, окружённый светом, совсем рядом с собой. Так вот откуда свечение! Никогда ещё Дерек не видел, чтобы люди так ярко сияли. Кто она?

– Как тебя зовут? – спросила девушка.

– Дерек.

– Что с тобой случилось, Дерек? Ты был без сознания много часов.

Парень чувствовал такую слабость, что даже говорить ему было физически тяжело.

– Где остальные? – пробормотал он.

– С ними всё в порядке, они тоже приехали в замок, – сказала девушка.

Дерек облегчённо вздохнул и откинулся на подушку.

– Я позову Еву, ладно? Она лучше знает, что с тобой делать, – предложила Аманда.

Дерек кивнул, хотя ему не хотелось, чтобы девушка уходила и уносила своё чудесное свечение. Но на смену ей пришла Ева, которую Дерек, впрочем, тоже был рад видеть.

– Как ты себя чувствуешь? – спросила Ева, заходя в комнату.

– Нормально, – ответил Дерек. – Только голова немного болит.

Осмотрев Дерека, Ева обнаружила только, что парень очень устал.

– Кажется, ничего серьёзного, – сказала она. – Но тебе нужно хорошенько отдохнуть.

Дерек согласно кивнул: ему тоже не терпелось лечь обратно на кровать, потому что ноги не держали.

Уложив Дерека, женщина растрогалась:

– Ты нас так выручил, Дерек. Если бы не ты, кто знает, что сейчас с нами было бы. Спасибо тебе.

Парень смутился и отвёл взгляд в сторону:

– Просто хотел помочь.

– И помог.

Вошла Аманда и принесла графин с водой. Невольно они с Дереком пересеклись взглядами, и у девушки по коже неприятно пробежали мурашки: она ощутила характерную тяжесть взгляда Дерека, от которой у каждого что-то сжималось внутри. «Почему он так смотрит?» – почти испуганно подумала девушка, поспешно ставя графин на стол.

А он смотрел ей вслед, желая уловить последние отблески её необычного сизо-белого свечения. Парень не решался спросить у Евы о девушке, но Ева заговорила сама:

– Ты уже познакомился с Амандой? Это моя кузина, то есть дочка Бронислава Ты ещё познакомишься с другими, но это всё завтра, а пока – постарайся отдохнуть.

Выходя из комнаты, Ева погасила свет, но вдруг замерла на пороге. Обернувшись, она подмигнула Дереку:

– Ты мой герой!

От этой похвалы парню стало как-то невероятно тепло на душе. Немного поворочавшись на непривычно большой и мягкой постели, Дерек вновь крепко уснул.

– Вы так мало поспали, вы хоть отдохнули? – заботливо спросила Синтия, когда утром Ева и Руди спустились к завтраку.

– Вполне, – ответил Руди. – Мы к ночному образу жизни привыкли!

В тёплое время года семья Патиенсов завела привычку завтракать вне замка. В чудесной мраморной беседке посреди парка был накрыт столик. Летний день разгорался, и солнце ощутимо припекало.

– Я соскучилась по замку, – растерянно сказала Ева, заходя в беседку. Она всё никак не могла отделаться от мрачных мыслей о том, что произошло с ними вчера, а портить это мирное утро она не хотела, поэтому старалась отвлечься на что-то другое.

– Ты грустная, – заметил Бронислав.

Ева смущённо улыбнулась: он дяди никогда ничего нельзя было скрыть.

– Это всё из-за того, что нам пришлось бежать из Лизпорта, – ответила она. – Весь город ополчился на нас!

– Это обидно, – согласился Бронислав. – Но здесь вы и ваша работа будете в безопасности. Мы не впустим сюда никого постороннего, а если что – в замке много мест, где можно укрыться.

– Спасибо, – искренне поблагодарила Ева. – Но давайте надеяться, что не придётся прибегать к этому.

Завтрак был простой, но очень аппетитный: яичница с салатом из свежих овощей. На какое-то время разговоры стихли, пока члены семьи наслаждались едой и чудесным утром. Спешить пока было некуда.

– Кстати, хвастовства ради скажу, что все овощи выросли не где-нибудь, а у нас в саду, – указывая на тарелку, заявил Бронислав.

– Не знала, что у нас есть грядки! – улыбнулась Ева.

– С недавнего времени – есть. Видишь ли, часть старых деревьев пришлось срубить, потому что они попросту сгнили. Жаль, но на их месте вырос сад, – объяснил хозяин замка. – Там всё: и теплица, и молодые плодовые деревья. Я и сам удивляюсь, как быстро всё это выросло.

– В образе садовода-огородника я Бронислава ещё не видел! – сказал Руди, и это реплика вызвала у всех лёгкий смешок.

– Это ещё что, – отмахнулся Бронислав и предложил: – Пойдём прогуляемся в деревню?

Ева и Руди согласились, но тут заговорил Артур:

– Я хотел закончить с монетами сегодня, можно я не пойду?

До этого близнецы помалкивали, стесняясь Еву и Руди: уж больно давно они не виделись.

– Ты занятой человек, – согласился с сыном Бронислав и пояснил для гостей: – Артур занимается организацией коллекции монет.

– Ого, и хватает же человеку терпения, – похвалила Ева, вспоминая, как впервые столкнулась с «коллекцией», валяющейся на полу.

– Сегодня вечером я уже закончу, – пообещал Артур.

– Ну а ты, Аманда? – спросил Бронислав у дочери.

– Я пойду с вами, – ответила она, что было странно: обычно брат и сестра предпочитали держаться вместе.

На том и порешили.

Дорогу, ведущую в деревеньку, расширили и усыпали гравием, то же самое стало с главной улицей. Всюду, куда ни глянь, шла какая-то стройка: на месте старых деревянных домиков появлялись более высокие и крепкие кирпичные. Бронислав Патиенс шёл впереди и воодушевлённо рассказывал обо всём новом, что появилось в деревне.

– Помните школу, которую заложили, ещё когда вы не уехали? – спрашивал он, обращаясь к гостям. – Уже через год у этой школы будет первый выпускной!

Небольшое аккуратное здание школы было окружено клумбами с цветами, а от ворот до входа вела аллея молодых каштанов.

– Мой выпускной, – заметила Аманда.

– Круто! – воскликнула Ева с ноткой удивления в голосе: кузены чертовски быстро выросли!

– Помните, как трудно было найти учителей? Никто не хотел ехать, – поделилась Синтия. – Считается, что у нас здесь глушь! Но теперь люди сами съезжаются.

– Жалко ребят, которые два часа добираются до школы из соседних деревень, – заметила Аманда.

– Это да… Мы хотели запустить автобус, но оказалось, что он не везде может проехать, – сказал Бронислав, как бы извиняясь.

– Сделайте им общежитие, – пожала плечами Ева.

– Интернат? Такого мы ещё не строили, – призналась Синтия.

– Запишем как хорошую идею.

Действительно, школа выкручивалась, как могла: в первые годы нехватка учителей и материалов ощущалась особенно остро. Поэтому, если нужно было поговорить о литературе или истории, Бронислав сам приходил читать и обсуждать; Синтия могла помочь в классе домоводства: сделать выкройки, научить пользоваться швейной машинкой и готовить, а ещё заняться классом ИЗО. Марк тоже приходил поговорить с учениками о том, как отличить съедобные растения от несъедобных, объяснить поведение животных и птиц, показать, как пользоваться компасом и ориентироваться на местности. Нередко уроки проходили под открытым небом, когда только можно было, а Ева и Руди, учась и работая в городе, по возможности присылали новые материалы: записывали на диски, а потом и на флешки.

– Вот там у нас медпункт, – продолжал экскурсию Бронислав. – А вот наша будущая больница, – указывая на другое строящееся здание, сказал он. – Железнодорожную станцию тоже отстроили. Раньше там был кусок бетона посреди леса, а теперь – полюбуйтесь! – с гордостью Бронислав показал станционное здание. – Кстати, поезда стали чаще ходить. Немудрено: нормальной автомобильной дороги нет, так что это единственный удобный способ передвижения. Кстати, о дороге: это следующее, что планируется делать…