Следующие несколько часов пролетели незаметно. София погрузилась в код, забыв обо всём – о времени, о пропущенном обеде, о встрече с командой (хорошо, что Лина умела виртуозно переносить встречи). Проблема оказалась сложнее, чем казалось на первый взгляд, но именно такие задачи она любила больше всего.

– София Андреевна?

Она не сразу поняла, что голос принадлежит реальности, а не её мыслям о коде. Подняв глаза, она увидела Александра, стоящего в дверях с двумя стаканами кофе.

– Вы пропустили обед, – он прошёл к её столу и поставил один из стаканов рядом с клавиатурой. – Я решил, что кофе будет кстати.

София моргнула, пытаясь вернуться из мира алгоритмов в реальность. На часах было почти шесть вечера.

– Вы всё это время работали над тем багом, который упомянули в презентации? – он присел на край соседнего стола, явно не собираясь уходить.

– Я ничего не упоминала о баге, – она выпрямилась, чувствуя, как затекла спина.

– Не напрямую, – он отпил из своего стакана. – Но когда я спросил про нестандартные случаи, вы на долю секунды замешкались. Для человека вашего уровня это равносильно прямому признанию проблемы.

София почувствовала, как краска заливает щёки – то ли от раздражения, то ли от того, насколько точным оказалось его наблюдение.

– Вы всегда так внимательно следите за реакциями собеседников? – она взяла свой стакан, наслаждаясь теплом, проникающим через картон.

– Профессиональная привычка, – он пожал плечами. – В операционной часто нет времени на слова, приходится читать язык тела.

Что-то в его тоне заставило её внимательнее всмотреться в его лицо. За внешним спокойствием на мгновение промелькнула тень – словно воспоминание, которое он предпочёл бы забыть.

– Почему вы ушли из хирургии? – вопрос сорвался с губ прежде, чем она успела его обдумать.

Александр помолчал, вертя в руках стакан.

– А почему вы решили создать эту систему? – ответил он вопросом на вопрос. – Что движет человеком, который тратит три года жизни на то, чтобы научить компьютер думать как врач?

Их глаза встретились, и София почувствовала, как воздух между ними становится густым и тяжёлым. В этот момент где-то в глубине офиса хлопнула дверь, и чары рассеялись.

– Спасибо за кофе, – она первой отвела взгляд. – Но мне нужно закончить с этим кодом.

– Конечно, – он поднялся. – Завтра в час, в кафетерии?

– Да, – она уже снова смотрела в монитор. – До завтра, Александр Дмитриевич.

– Александр, – его голос прозвучал мягче обычного. – Думаю, нам стоит отбросить излишние формальности, учитывая, как тесно придётся работать.

Она молча кивнула, не поднимая глаз. Когда звук его шагов затих в коридоре, София откинулась в кресле и закрыла глаза. Что это было? Почему простой разговор о работе вдруг превратился в что-то… другое?

– Нет, – твёрдо сказала она себе. – Нет, нет и нет.

Решительно придвинувшись к монитору, она снова погрузилась в код. Там, в стройных строчках алгоритмов, всё было логично и понятно. Никаких необъяснимых реакций, никаких неожиданных вопросов, никаких пронизывающих взглядов зелёных глаз.

Но даже посреди самого сложного участка отладки она продолжала чувствовать тепло его кофе на своих губах.

– Ты что, всю ночь здесь просидела?

Голос Марии заставил Софию вздрогнуть. За окном действительно уже стемнело, а часы показывали начало девятого.

– Не всю, – София потянулась, чувствуя, как хрустят суставы. – Всего… – она взглянула на экран, – четырнадцать часов.

Мария покачала головой и присела на край стола. В своём безупречном брючном костюме и с идеальной укладкой она казалась пришельцем из другого мира – мира, где люди не проводят сутки напролёт за отладкой кода.

– Я слышала, презентация прошла отлично, – Мария достала из сумочки небольшую коробку с суши. – И что наш новый руководитель клинических исследований – просто загляденье.

София закатила глаза:

– Только не начинай.

– Что? – Мария невинно похлопала ресницами. – Я просто констатирую факт. Высокий, зеленоглазый, с внушительным послужным списком… Половина женщин в офисе уже успела навести справки.

– И что же они накопали? – вопрос сорвался с губ прежде, чем София успела его остановить.

Мария торжествующе улыбнулась:

– Ага! Значит, тебе всё-таки интересно?

– Чисто профессиональный интерес, – София демонстративно повернулась к монитору. – Мне нужно знать, с кем придётся работать.

– Ну конечно, – протянула Мария, открывая коробку с суши. – Тогда тебе будет чисто профессионально интересно узнать, что он был одним из самых молодых ведущих кардиохирургов в стране. Три года назад внезапно ушёл из хирургии в исследовательскую работу. Не женат, детей нет, живёт один…

– Достаточно! – перебила её София. – Серьёзно, я не хочу это обсуждать.

– Почему? – Мария протянула ей палочки. – Прошло два года, Софа. Два года с тех пор, как этот придурок Игорь…

– Это не имеет никакого отношения к Игорю, – София резко поднялась. – Я просто хочу сосредоточиться на работе. У меня наконец-то есть шанс сделать что-то действительно важное, и я не собираюсь всё испортить, отвлекаясь на… на что бы то ни было.

Мария внимательно посмотрела на подругу:

– Знаешь, в чём твоя проблема? Ты так боишься, что тебя снова ранят, что построила вокруг себя стену из кода. Но жизнь – это не программа, Софа. Её нельзя отладить и защитить от всех возможных ошибок.

София опустилась обратно в кресло, чувствуя внезапную усталость:

– Я не боюсь. Я просто… знаю свои приоритеты.

– Да? – Мария подвинула к ней суши. – И поэтому ты сидишь здесь до ночи, вместо того чтобы пойти домой? Потому что у тебя такие чёткие приоритеты?

– Ты же знаешь, как важен этот проект.

– Конечно, знаю. Как и то, что ты используешь его как щит от всего остального.

В повисшей тишине было слышно, как где-то в глубине офиса гудит сервер. София машинально взяла ролл, но вкуса не чувствовала.

– Кстати, – как бы между прочим добавила Мария, – я видела, как он приносил тебе кофе.

София поперхнулась:

– Ты следишь за мной?

– За тобой? – Мария фыркнула. – Милая, об этом уже весь офис говорит. Новый руководитель, который лично приносит кофе руководителю проекта? Это же просто…

– Прекрати, – София подняла руку. – Пожалуйста. Он просто проявил вежливость, потому что я пропустила нашу встречу. Ничего больше.

– Угу, – Мария явно не была убеждена. – А то, как он смотрел на тебя во время презентации – тоже просто вежливость?

София почувствовала, как краска заливает щёки:

– Он смотрел критически. Задавал сложные вопросы. Это его работа – быть скептичным.

– О да, – протянула Мария. – Очень, очень скептичный взгляд. Особенно когда ты говорила о нейронных сетях. Я думала, он тебя глазами съест.

– Маша!

– Что? – она невинно улыбнулась. – Я тоже просто констатирую факты. Кстати, – она глянула на часы, – ты в курсе, что он всё ещё здесь?

София замерла:

– Что?

– В своём новом кабинете, – Мария кивнула в сторону коридора. – Я видела свет, когда проходила мимо. Может быть, ему тоже нужен… кофе?

– Так, всё, – София решительно захлопнула ноутбук. – Я иду домой. И ты идёшь домой. И мы больше не обсуждаем Александра Верского.

– Александра? – Мария приподняла бровь. – Уже на "ты"?

– Он сам предложил, – София принялась торопливо собирать вещи. – Это просто… рабочий момент.

– Конечно-конечно, – Мария наблюдала за суетой подруги с явным удовольствием. – Чисто рабочий момент. Как и кофе. И его взгляды. И то, как ты краснеешь каждый раз, когда я произношу его имя.

– Я не краснею!

– Нет, конечно, – Мария встала и взяла свою сумочку. – Это просто… рабочий румянец.

София застонала:

– Ты невозможна.

– Я твоя лучшая подруга, – Мария направилась к выходу. – И я просто хочу, чтобы ты была счастлива.

– Я счастлива, – София выключила свет в кабинете. – У меня есть работа, которую я люблю, проект, который может изменить мир…

– И новый коллега, который приносит тебе кофе, – закончила Мария.

София решила, что лучшей реакцией будет молчание. Они шли по пустому офису, цокот каблуков Марии эхом отражался от стен. Проходя мимо кабинета Александра, София невольно замедлила шаг. Под дверью действительно виднелась полоска света.

– Даже не думай, – прошептала Мария, заметив её взгляд.

– Я и не думала, – так же шёпотом огрызнулась София.

Но её рука уже потянулась к телефону, где в черновиках лежало неотправленное сообщение: "Спасибо за кофе". Три простых слова, которые она набрала и удалила уже раз десять за вечер.

В тишине пустого офиса звук открывающейся двери прозвучал как выстрел. София вздрогнула и едва не выронила телефон. Из кабинета вышел Александр, на ходу накидывая пиджак. Заметив их с Марией, он остановился.

– О, вы ещё здесь, – в его голосе слышалась усталость, но глаза смотрели всё так же цепко. – Закончили с отладкой?

– Не совсем, – София почувствовала, как предательски задрожали пальцы, всё ещё сжимающие телефон. – Но остальное может подождать до завтра.

– Разумное решение, – он перевёл взгляд на Марию. – Кажется, мы не были представлены…

– Мария Светлова, PR-директор, – подруга шагнула вперёд с очаровательной улыбкой. – Наслышана о вас, Александр Дмитриевич.

– Просто Александр, – он слегка улыбнулся в ответ, но его взгляд снова вернулся к Софии. – Собираетесь домой?

– Да, как раз уходим, – София попыталась незаметно спрятать телефон в сумку.

– Я вызвал такси, – он достал свой смартфон. – Могу подбросить. В такой час небезопасно…

– Спасибо, но у меня машина, – поспешно перебила его София.

– А у меня муж уже ждёт внизу, – добавила Мария с явным сожалением в голосе.

– Что ж, тогда до завтра, – он кивнул обеим. – София, не забудьте про обед.

– Не забуду.

Они смотрели, как он идёт к лифту – высокий, уверенный в каждом движении. Только когда двери закрылись, Мария повернулась к подруге:

– И после этого ты будешь утверждать, что ничего не происходит?

– Ничего и не происходит, – София направилась к лестнице, предпочитая спуск на двадцать этажей разговору с Марией в замкнутом пространстве лифта.

– Конечно, – Мария последовала за ней. – Он просто случайно задержался до ночи в свой первый рабочий день. И совершенно случайно вышел именно тогда, когда мы проходили мимо. И предложил подвезти тоже случайно…

– Маша, – София остановилась на лестничной площадке, – прекрати. Пожалуйста. Я не могу… я не хочу усложнять всё это. Проект слишком важен.

– А как же твоя жизнь? – мягко спросила Мария. – Она не важна?

София прислонилась к стене, чувствуя холод бетона сквозь тонкую ткань блузки:

– Моя жизнь – это и есть проект. Сейчас. И я не могу рисковать им из-за… – она замолчала, не зная, как закончить фразу.

– Из-за чего? Из-за того, что впервые за два года ты почувствовала что-то к мужчине?

– Я ничего не чувствую! – слова эхом отразились от стен.

– Нет? – Мария подошла ближе. – Тогда почему ты всё ещё держишь телефон так, будто он может взорваться? Почему краснеешь каждый раз, когда он смотрит на тебя? Почему провела четырнадцать часов за отладкой кода, который прекрасно мог подождать до завтра?

София опустила глаза на телефон. Экран всё ещё светился черновиком сообщения.

– Я боюсь, Маш, – слова вырвались почти шёпотом. – Боюсь, что если я позволю себе что-то почувствовать, всё рухнет. Опять.

Мария обняла подругу:

– Солнышко, не все мужчины – Игорь. И не все истории заканчиваются предательством.

– Дело не только в этом, – София высвободилась из объятий. – Он мой руководитель. У нас общий проект. Одна ошибка – и всё полетит к чертям.

– А может быть, это не ошибка? – Мария взяла её за руку. – Может быть, иногда нужно рискнуть, чтобы получить что-то настоящее?

София посмотрела на подругу:

– А может быть, иногда нужно просто быть разумной и не усложнять себе жизнь?

– Разумной? – Мария фыркнула. – Милая, если бы все были разумными, половина великих историй любви никогда бы не случилась.

– Это не история любви, – София решительно удалила черновик сообщения. – Это рабочие отношения. И они такими и останутся.

Мария вздохнула:

– Знаешь что? Иногда ты бываешь слишком упрямой.

– Это называется целеустремлённостью, – София начала спускаться по лестнице.

– Это называется страхом, – тихо сказала Мария ей вслед.

София сделала вид, что не услышала. Она концентрировалась на звуке своих шагов, на счёте этажей, на чём угодно, кроме воспоминания о зелёных глазах и тёплой улыбке. Кроме фантомного ощущения его руки, когда он передавал ей стакан с кофе. Кроме того, как её сердце пропустило удар, когда он вышел из кабинета.

На подземной парковке они с Марией разошлись к своим машинам. София села за руль, но не спешила заводить двигатель. В тишине салона она достала телефон и снова открыла сообщения.

"Спасибо за кофе."

Три слова. Всего три слова, которые могли бы стать началом чего-то… или разрушить всё, что она строила последние два года.

Её палец завис над кнопкой "Отправить".

Одно короткое движение – и всё может измениться. София закрыла глаза, вспоминая тот день, когда она точно так же сидела в машине, сжимая телефон. Тогда она тоже колебалась, стоит ли отправлять сообщение Игорю. Что-то подсказывало ей не ехать домой раньше обычного, не устраивать сюрприз… Если бы она тогда прислушалась к интуиции…

Резкий стук в окно заставил её вздрогнуть. София распахнула глаза – за стеклом стоял Александр.

– Господи! – она торопливо опустила стекло. – Вы меня напугали.

– Простите, – он слегка наклонился к окну. – Я видел, что вы сидите здесь уже минут десять. Всё в порядке?

София почувствовала, как краска заливает щёки. Десять минут? Неужели она настолько погрузилась в свои мысли?

– Да, я просто… – она замолчала, не зная, как объяснить своё странное поведение.

– Проверяли почту? – в его голосе слышалась лёгкая насмешка. – Или, может быть, писали кому-то важное сообщение?

Она резко подняла голову, встречаясь с его взглядом. В тусклом свете парковки его глаза казались почти чёрными, но в них плясали знакомые искорки.

– Вы следите за мной? – вопрос прозвучал резче, чем она хотела.

– Нет, – он выпрямился, и его лицо оказалось в тени. – Просто заметил, что вы не уехали. И решил убедиться, что всё в порядке.

– Со мной всё хорошо, – София положила телефон на пассажирское сиденье экраном вниз. – Просто задумалась.

– О работе?

– Да, – солгала она. – О том баге, который нужно исправить.

– Знаете, – он облокотился на крышу её машины, – когда я был хирургом, у меня была похожая привычка.

– Какая? – она не могла не спросить.

– Сидеть в машине после сложной операции. Иногда часами, – его голос стал задумчивым. – Просто… переваривая всё, что произошло. Пытаясь понять, что можно было сделать лучше.

София почувствовала, как что-то сжимается в груди:

– И почему вы перестали?

Он помолчал, глядя куда-то поверх её машины:

– Потому что однажды понял, что некоторые вещи нельзя изменить, сколько ни думай о них. Иногда нужно просто… двигаться дальше.

В его словах было что-то такое, от чего у Софии перехватило дыхание. Она смотрела на его профиль, на четкую линию подбородка, на едва заметную морщинку между бровей, и внезапно поняла, что он говорит не только о хирургии.

– Вы поэтому ушли? – тихо спросила она.

Александр опустил взгляд, встречаясь с её глазами:

– А вы поэтому создали систему, которая не может ошибаться?

Они смотрели друг на друга, и в этот момент София почувствовала, как рушатся все стены, которые она так старательно строила. В его взгляде была такая знакомая боль, такое понимание, что хотелось плакать.

– Я… – она запнулась, не зная, что сказать.

Где-то наверху хлопнула дверь, и звук эхом разнёсся по парковке. Момент был разрушен.

– Увидимся завтра, София, – он выпрямился. – Не засиживайтесь здесь слишком долго.

Она смотрела, как он идёт к своей машине – чёрному BMW, припаркованному в нескольких метрах от неё. Как открывает дверь, как садится за руль. Как выезжает с парковки, небрежно махнув ей рукой.