Глава

1

Музыка для атмосферы: «Carnival of Rust» by Poets of the Fall

Чадэна,

гостинично-развлекательный комплекс «Ле-Танли»

Полночь, часы на главной башне пробили двенадцать мелодичных ударов, но звук их погасил туман. Час Лалит – время власти богини Ночи и Смерти, владычицы Грани. Звучит довольно жутко. Но разве Смерть это самое страшное? А уж ночи бывают разные: наполненные покоем или страстью, учебниками или кошмарами. Про последнее лучше не вспоминать, не привлекать внимание тех, кто живёт за Гранью. Монстры могут прийти, когда преграда истончается, прийти на зов. Так говорят матери непослушным детям.

Сегодня тот самый день.

Спящая девушка распахнула глаза, скорее ощутив удары часов, чем услышав. Зеркало напротив кровати в полумраке отразило вспыхнувший блик темной зелени – ее колдовские глаза. Воздух в комнате чуть пошевелился, порыв ветра тронул растения в кадках. Мика взглянула в сторону окна и нахмурилась – вуаль тревоги коснулась черт лица, линии плеч, кожа покрылась мурашками, а руки инстинктивно обняли себя в защитном жесте.

– Снова… – шепнула беззвучно и двумя ладонями провела по задней поверхности шеи.

Второй день рождения.

Отчего так тревожно на душе? Почему по спине бегут холодные ручейки, а сердце громко стучит? Магиня села в постели, расслабила руки и сделала дыхательное упражнение. По ладоням, под светлой кожей потекли прозрачные искорки тёплого золотого света – сила пробудилась непроизвольно, растревоженная смешанными чувствами. Как пузырьки игристого вина, чары побежали по энерготокам, засветились звёздной пылью на радужке, согрели изнутри тело. Но тревога никуда не делась. Отступила в глубину подсознания – неохотно, посмеиваясь, временно позволила Микаэле паузу. Что происходит? О чем предупреждает интуиция пять недель подряд? Может быть, она себя накрутила?

«Ну-ну, – скептически шепнула мысленно».

Семь лет назад какая-то неведомая сила вычеркнула Микаэлу из привычной жизни. Каждый год в этот день, она просыпалась ровно в полночь. Вероятно, в это же время «провалилась» в мир Фрэй, в империю Эльмион.

«Ещё не смирилась?».

– Да иди ты… – беззвучно отмахнулась от навязчивых мыслей и коснулась мочки уха, где сверкала россыпь мелких камушков в причудливом созвездии проклов.

Прикрыла глаза, глубоко вдохнула и задержала дыхание, позволяя Спектру приконсуться к внутреннему источнику магии.

Накатило острое ощущение жизни, фиксация момента. Мир стал ярче – текстура простыни, звуки спящего города, запах духов от сброшенной одежды. Даже вкус забытого на сервировочном столике десерта пощекотал рецепторы. Этот момент – как яркая приправа, как первый глоток воздуха после погружения в воду, как абсолютный неоспоримый момент победы. Такое яркое и одновременно жуткое ощущение жизни! И цельности рассудка. Когда нет ни единого сомнения в том, что ты это – ты. Живёшь, дышишь, ты – настоящее. Микаэла выдохнула и встретила свой прямой взгляд в зеркале.

Флэшбек

Чадэна,

восточный пригород столицы империи Эльмион

Её нашли в пригороде.

Обезвоженная, девочка подросток едва дышала, была без сознания. Обнаружил слуга графов Кассегрен.

Олен остановился у обочины проверить исправность осветительных артефактов аэра⁶. Он мысленно сетовал на то, что обслуживание произведено не надлежащим образом и предвкушал, как отвесит пинка за это Кенни – артефактору господ. Но тихий стон в высокой траве насторожил водителя. Он стукнул по барахлившей детали, свет стал более ровным и ярким – несомненно, надо сделать замечание бездельникам в гараже! Стон в траве повторился и слуга испуганно уставился в темноту. Ладони вспотели, а по спине пошли мурашки. В этих местах безопасно! Постоянные патрули Стражей, освещённые дороги. Ещё бы! Поселок, в котором живёт сам Император, когда хочет отдохнуть в летней резиденции! Но…

– Олен, вы слышали это? – леди Авина позвала в приоткрытое окно.

– Что, ваше сиятельство? – голос прозвучал неуверенно.

– В траве кто-то есть, – в подтверждение этих слов слабый стон повторился, – сейчас же проверьте!

– Я сам, дорогая, – граф Димитрий сам вышел из аэра. Слабое мерцание воздушной подушки осветило лаковые туфли.

Лорд не думал о сохранности дорогой обуви, когда решительно шагнул с темно-серого дорожного покрытия без единой пылинки. Идеально чистое, едва ли не стерильное полотно граничило с невысокой травой, а дальше – кювет и луговая растительность. Олен всполошился:

– Ваше сиятельство, не стоит! Это может быть небезопасно! Позвольте мне! – он обогнал хозяина. Но тот проигнорировал его и безошибочно шагнул в сторону звуков.

Мало что может угрожать магу в этих местах. Водителю не оставалось ничего другого, как пристроиться сбоку. Граф прислушался, знаком велел вести себя тихо. Звук повторился и оказался слишком близко от нервного Оленат– он едва не подпрыгнул, оглянулся и наткнулся взглядом на бледную руку в зарослях травы.

– О Гадар! – воскликнул негромко, а граф тут же кинулся к телу.

– Что там? – встревожено окликнула графиня из машины, и открыла дверцу.

– Здесь ребёнок без сознания! – ответил муж и подхватил на руки истощённую девочку, – срочно к целителям! Олен, торопись!

В главный Целительский Корпус «Лаватера» доехали в рекордно сжатые сроки. Лорд не позволил ему помочь и лично принёс пострадавшую в приёмный покой. Леди Авина не отставала ни на шаг и обеспокоенно поглядывала на спасенную.

В красивом светлом помещении было тихо, пахнло цветами, откуда-то доносился птичий щебет. В центре круглого зала со сводчатым потолком – полумесяц регистрационной стойки, выполненный из узорчатого камня. Над столешницей висели прозрачные интерактивные экраны с информацией и для манипуляций персонала. Весь интерьер выполнен в приятных молочных и золотистых тонах, из дорогих материалов, даже роспись стен заказана у именитых дизайнеров.

Умиротворение приёмной было нарушено неожиданным явлением графской четы.

– Любезный, срочно нужна помощь! – стала выдавать распоряжения леди первому попавшемуся работнику, у неё подрагивали руки и губы, – примите из рук моего мужа ребёнка и начните диагностику! Мы оказали первую помощь, но она так и не очнулась. Подпитка ауры и целительский импульс не дали никакого результата… У неё кровь!

Она не теряла самообладания, но было видно, что серьёзно встревожена.

– Конечно, леди! – быстрым шагом подошла целительница преклонных лет, протянула взволнованной Авине стакан с розоватой жидкостью, – выпейте и присядьте. Вашей подопечной помогают, взгляните. Лэр Маркус – один из лучших наших специалистов, маг Жизни, сегодня на дежурстве. Он обязательно разберётся.

И в самом деле, граф положил ее на парящие над полом носилки. Их окружили несколько человек – высокий мужчина лет тридцати – лекарь, и несколько помощниц, судя по форме – младших сотрудников. Маг в полголоса раздавал указания, пока руки порхали над пациенткой. Она дышала поверхностно, периодически вздрагивала. Кровь из носа идти перестала, но вид лучше не стал.

– Что с ней, господин Ваэ? – требовательно спросил Димитрий.

– Сложно сказать, что именно произошло, лорд. Пациентка на грани полного физического, ментального и магического истощения. Впервые такое встречаю, чтобы без единого видимого повреждения человек оказался на Грани.

– Ни одного повреждения? – насторожился граф, – ни в ауре, ни…

– Даже следов нет. Если бы не её состояние, я бы сказал, что видим новорождённого. Девочке около тринадцати лет, организм вошёл в стадию полового и магического созревания, на первый взгляд все хорошо, но что-то кажется странным. Физически органы в порядке, аура истощена, но без разрывов. Я направляю её в палату для восстановления ресурсов и аккуратного вливания силы. Такое впечатления, что каналы резко опустошили.

– Или они раскрылись, – пробормотал Димитрий задумчиво. Глаза его потрясенно расширились, взгляд словно остекленел, от какой-то догадки.

– Эм, да… – сбился с мысли Маркус, – но быть такого не может, если только она не…

– Спасибо, господин Ваэ, – оборвал его аристократ, справившись с нахлынувшими эмоциями, – надеюсь, вы помните о необходимости неразглашения частной информации. Девочка с этого момента под нашим опекунством.

– Конечно, лорд. Мы соблюдаем Закон. Все детали диагноза и лечения будут внесены в карту и доступны только вам и ведущему целителю. Как имя пациентки, чтобы я мог занести данные? И где можно запросить историю болезни?

– Пишите Мэри Лю⁷ – неизвестная.

Димитрий развернулся и направился к жене, что у него в тот момент было в мыслях, не мог догадаться никто из присутствующих. Но граф Кассегрен совершенно точно выглядел как человек, узревший нечто шокирующее.

Утром карту неизвестной с облегчением передали Анигану Пересу. Уж глава корпуса разберется в щекотливой ситуации! После объяснения деталей, он лично занялся неизвестной.

– Сейчас пациентка спит, – сообщил Перес графской чете.

Крупный мужчина в стильных прямоугольных очках, за которыми сверкали умные серые глаза. Он имел вид представительный. В свои пару сотен лет, не стремится к вечной юности, потому не скрывал седину в волосах и небольшие морщинки на лбу. Аниган выглядел зрело, не имел ничего против небольшого избытка веса, что, впрочем, его не портило. Кроме того, он был действительно диагностом – маг Жизни с сильным даром. Правда, основным его профилем была психиатрия. Несмотря на высокую должность и количество административной работы, он продолжал принимать пациентов.

– Мы деликатно восстановили физические и энергетические течения организма и погрузили девочку в сон. Вы привезли ее очень вовремя. Сильнейшее истощение всех систем негативно сказалось и на психологическом фоне. Требуется покой для усвоения внесённых контуров и восстановления каналов. Завтра Мэри будет в полном порядке. Мы проведём несколько тестов и по их результатам сможем отпустить леди…

Целитель с намёком взглянул на аристократов, которых знает в лицо половина высшего света столицы. Знаменитая фамилия, череда успешных представителей рода, благотворительный фонд, вложение капитала в государственные образовательные проекты, активное участие в придворной жизни и успешная политическая карьера. Их жизнь публична, как ни крути, а биография известна подавляющему большинству. Потому Аниган ожидал объяснений: кто эта девочка? Она никак не могла быть родственницей или дочерью графов. Бастрадр? Пресса бы давно осветила подобную информацию.

Понятна настороженность Маркуса. Наступило утро, но Кассегрен не собирались никуда уезжать и тем более звать Стражей для заявления.

– Дело в том, что мы понятия не имеем о ее личности, – нехотя признался Димитрий, словно ему совершенно не хотелось что-либо объяснять, – и почему оказалась в таком состоянии.

– Но заявили об опекунстве, – заметил лекарь, – это ваше официальное волеизъявление, или?..

– Официальное, – холодный ответ, – я обратился к юристам и Службе Защиты Детей под патронажем сестры императора Грэмма, а так же направил в канцелярию личную просьбу. Как только будет возможно сделать слепок ауры и проверить Мэри по всем базам, опекунство будет оформлено не только на словах.

– Но, Димитрий! – леди Авина была не менее ошарашена, чем лекарь. Решение мужа стало сюрпризом для нее, – можно передать ее отличному интернату. Мы каждый год помогаем множеству детей!

– Я всё решил, дорогая, – тон был таким, что леди сочла за благо промолчать, хотя в серебристых глазах засветилась обида.

Авина поджала губы, что не упустил из внимания Перес, но сделал вид, что не заметил заминки в беседе и небольшого внутрисемейного конфликта.

– Вы так уверены, что у девочки нет семьи и близких в этом мире