Отзывы на книги автора «Лана Барсукова»

Давайте поговорим об успешности. Вы точно хотите? Не знаю, как Вас, а меня эта тема откровенно задолбала. Наверное, только ленивый не знает, что успешность нынче – это куча денег в кармане и на счету, обязательны также увлеченность спортом, пп, модные шмотки, квартирка с дизайнерским ремонтом, внешняя популярность, престижная должность, позволяющая путешествовать, высыпаться и выглядеть на все 120 процентов. Если Вы еще и женщина, то, будьте добры, обзаведитесь таким же успешным кеном рядом. Пара детишек желательна, но, благодаря бьющему из всех щелей «феминизму», перешла в симпатичную, добавляющую пару баллов к «карме» опцию.

Помните Гошу-Георгия-Юрия и пр. из фильма «Москва слезам не верит»? Жил, как считал, нужным, ковырялся в своей непрестижной работе, внешне не примечателен ничем, просто человек хороший, воспитанный, добрый, разве что по-мужски суховатый. Но от него веяло спокойствием и довольством собственной жизнью. А сейчас все больше вокруг тех, кто печален, грустен…несчастен. И что уж там скрывать, Ваша покорная слуга – не исключение. Не так давно я сидела в жестокой депрессии, потому что пришлось сбежать с опостылевшей денежной работы, сулившей очень и очень далекие перспективы в будущем. И знаете, я ругала действительность за то, что мне такой умной, красивой, интересной не достался кусочек еще и этой успешности. Герои Ланы Барсукой такие же идиоты. Но, что приятно, небезнадежные. Детские воспоминания и мечты, пусть и позднее, по общим меркам, осознание собственной ценности приводит их к обычному, но от этого, не менее ценному счастью.

Странноватый клуб, куда магнитом тянет детвору, уставшую от «надо» и «так положено». Учителя-неудачники дают безумно ценную возможность – быть собой. Кто сказал, что неправильно рисовать черные ромашки или лепить пятиногую лошадь?

У героев ярмарки неудачников даже имена странные какие-то, будто отражающие самую сердцевину их души: Ирочка кисточками выковыривает из себя прошлые обиды, Изольда гордо, как по сцене, вышагивает к станку для выжигания, рано поседевший Саныч играет рукой без пары пальцев на баяне, мудрыми глазами наблюдает за детьми, Маруся (между прочим, по паспорту) лепит фигурки невиданных божеств, Петрович, ненавидящий постановочность кадров, хаотично щелкает фотоаппаратом.

Не знаю, откуда именно автор черпала вдохновение, из каких сундуков вытаскивала жизни героев, но по линиям их судеб можно читать историю сначала СССР, а потом и России. Сразу скажу, что многое показано через призму обычных людей, так что не ругайте автора: немного Сталина и Хрущева, капля Афганской войны, малиновые пиджаки, «крышующие» бандиты и «крышуемые» челноки, нынешние СМИ, превращающие из никчемной мухи важного слона. Яркой оценки событий не увидите. Пожалуй, лично у меня сложилось стойкое впечатление, что каждая эпоха пытается изуродовать человека в своей особой, неповторимой манере.

Порой по-доброму подшучиваю над друзьями и знакомыми, называю их лузерами. Балуют и меня таким комплиментом. И, наверное, нет ничего плохого в том, чтобы побыть неудачником. Есть ли смысл в том, чтобы всю жизнь ступать по белой ковровой дорожке? Чему так научишься? Разве, что ходить. Да, банально, но только всяческие жизненные перипетии лепят Людей. Не из всех, но лепят.
В конце концов, мнение общества – это мнение тех, кого не спрашивали, а если ты счастлив, дела до их наставлений и оценочных суждений нет примерно никакого. Так, что, вперед, неудачники!)))

Есть книги, которые требуют вдумчивого и серьезного чтения, а есть такие, с которыми легко и понятно. Обычно это житейские истории о людях, в которых мы видим себя или своих знакомых. Вот как раз с таким сборником я вас и хочу познакомить, друзья.
«Мы несемся по жизни, едва успевая перевести дыхание». Бежим так, будто за поворотом нас ожидает что-то невероятное, что-то такое, чего нам не хватает для полного благополучия и гармонии. А может быть, стоит остановиться, оглядеться, посмотреть под ноги. Ведь часто счастье-то совсем рядом, «боится приблизиться, чтобы его не затоптали. Оно опасливо поджимает ноги, спасаясь от наших каблуков. Ведь счастье ходит босиком...»
Рассказы Л. Барсуковой как раз и напоминают нам об этом. Иногда нужно покружиться на одном месте и увидеть, что рядом жизнь прекрасна, необходимо только сделать встречный шажок к ней. Если же невозможно поменять обстоятельства, то и в них можно стать счастливым.
Человек окружает себя комфортом, материальными благами, его жизнь похожа на яркую витрину, а изнанка чаще всего оказывается совсем не такой праздничной и безоблачной. Героиня одноименного рассказа «Изнанка» обеспечена и богата, но муж давно ей изменяет и имеет другую семью, дочь страдает психическим заболеванием. Женщине только остается перед знакомыми и приятелями создавать идеальную картинку, держать марку, чтобы никто и ничего не заподозрил. Может быть, именно в этом и находит героиня удовлетворение. И читатель не вправе ее осуждать.
Например, в рассказе «Дунькина радость» Элеонора строит вполне успешную карьеру, но случается провал в личной жизни, и главная героиня постепенно приходит к осознанию, что счастье возможно познать, если испытаешь радость материнства, и судьба предоставляет ей этот шанс. А в другом рассказе «Подержанный автомобиль» герой упускает удачу, боится принять важное решение и отпугивает внезапно свалившееся на него счастье.
Бывает и такое, что начать менять жизнь можно с простой уборки на балконе. Когда вынесен весь хлам, героиня понимает, что теперь все будет по-другому, с чистого листа.
Рассказы Л. Барсуковой напоминают разговоры задушевных подруг или, наоборот, незнакомцев в поезде, когда некуда спешить и не надо ломать голову над проблемами. Они о нас и про нас, поэтому просты и близки, выводы напрашиваются сами, смыслы не скрыты. Может, в этом и секрет популярности писателя. Книга «Счастье ходит босиком» для отдыха и приятного и необременительного размышления. Читается быстро, правда, и забывается тоже. Единственное, что всегда смущает, - это нецензурная лексика, ее немного, совсем чуть-чуть, даже понятно, почему автор использует, но для меня неприемлемо ни в каком контексте.