Цитаты из книг автора «Л. Дж. Шэн»

Точно? Тридцать пять, семь месяцев, три дня и… – Он кинул взгляд на часы у себя на запястье. – Одиннадцать часов, плюс-минус. Он казался намного старше меня, а мне было двадцать восемь. Может, все дело в том, что у него была невероятная аура кого-то большего, чем простого человека.

– Миссис Эшкрофт, – раздался бархатистый голос Арсена. – Следуйте за мной. Я не собиралась устраивать драму, которую он ожидал. Я помнила самодовольную усмешку этого мужчины, когда он унижал меня в Италии. Я поднялась и направилась за ним, слегка пожав плечами на пути к выходу. Не нужно вызывать подозрений у других актеров. – Куда? – спросила я, когда мы пересекли сцену и шли к гримеркам. – В ад? Его спина была мускулистая и стройная. Очевидно, он все еще активно занимался спортом. Разбитое сердце так и видно. Бьюсь об заклад, он отлично проводил время. – Ни в коем случае. Это моя естественная среда обитания, а вы не приглашены ко мне домой. – В таком случае оставьте меня в покое

Они не знали, что мы с Арсеном связаны ужасной трагедией.

– Верьте во что хотите. – Я потер глаза ладонью. – Не моя работа вытаскивать вас, сопротивляющуюся и кричащую, в жестокую реальность, Белль. – Ваша версия реальности в любом случае искажена, Чудовище, – проговорила она, отойдя к противоположной стене и прислонившись к ней лбом. – Вы только что назвали меня Чудовищем? – расхохотался я. – Да, но возьму эти слова назад, – огрызнулась она. – Чудовище искупилось. Вы бы никогда!

– Вы жених Грейслин Лэнгстон? – спросил он. Мое сердце, совершенно не тронутое несколько секунд назад, теперь будто сжали в кулаке. Только не она. – Да. Что случилось? – Нам очень жаль. – Женщина прикусывала губы. Ее подбородок дрожал. – Но ваша невеста попала в авиакатастрофу. Она умерла при столкновении.

Я поднимался на крышу с фонариком и книгой по астрономии вместе с телескопом, который купил себе, когда подрабатывал между уроками в течение года.

Наш секс всегда был голодным, горячим и враждебным. Наша вражда бесконечна. Я променял комфорт на страсть. Безопасность на желание. Грейслин Лэнгстон была рискованной акцией, но я всегда играл на опасной стороне.

Грейс же была женской версией меня. Из-за чего ее поведение казалось еще более странным

И так я стал управляемым. Выгнанным из моего собственного дома из-за вранья сводной сестры, лишь бы избавиться от меня. Из-за ее ревности. Ее жадности. Грейслин получила свою русскую пачку. Они убрали ее за стекло, прямо как в Оружейной палате в Кремле. Драгоценную и недосягаемую. Прямо как ее мечты о балете. Еще она получила все внимание родителей. Тогда началась моя одержимость Грейслин. Дикое желание подчинить ее несмотря ни на что. В этот исторический момент, когда она победила в единственное, что имело значение – публичное мнение. Но это был марафон, а не бег на короткую дистанцию. Грейслин ожидало усвоение урока на горьком опыте. Мы, Корбины, всегда побеждаем в конце концов. Даже если это означало, что нужно играть грязно.

ухмыльнувшись. – Только одна? – Она невинно моргнула, прежде чем смягчиться. – И в чем же ваша проблема? – Я никогда не играю, чтобы проиграть.