Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно

Рецензии и отзывы на Лотерея

Читайте в приложениях:
67 уже добавило
Оценка читателей
3.33
Написать рецензию
  • TibetanFox
    TibetanFox
    Оценка:
    108

    Ах, Прист, если все твои книги так же хороши, то ты только что разбил мне сердце. Потому что это именно та идеальная пропорция развлекательного, игрового и философского, которую я так долго искала. Глубокие мысли, завёрнутые в хитрую форму повествования, когда читателя то и дело водят за нос, но не до такой степени, чтобы он покрутил пальцем у виска и отложил автора как "чересчур претенциозного".

    Не знаю, стоит ли здесь писать предупреждение про спойлеры: сюжетных ходов я раскрывать не буду, но в данном случае уже одну только форму повествования интереснее открывать самому, как карту с "туманом войны" в какой-нибудь стратегии. Поэтому, если вы ещё не знаете, в чём дело в этом романе и хотите его прочитать — бросайте просмотр этой рецензии, а на всякий случай и всех остальных. Впрочем, если любопытство пересилило — ничего страшного, загадка романа не исчерпывается одним только сложносплетённым повествованием.

    Знакомьтесь, Питер Синклер. Родился в Лондоне, потерял отца, с девушкой не ладится, с работой тоже. Ну, если дела во внешнем мире идут из рук вон плохо, надо обратить взор на мир внутренний. Главное тут не увлечься чересчур... Питер пишет свою автобиографию, изменив только некоторые имена и названия... Например, не Лондон, а Джетра, не Грация, а Сери. Но суть-то одна и та же.

    А вот это, знакомьтесь, Питер Синклер. Родился в Джетре, но по счастливой случайности выиграл в лотерею бессмертия и теперь должен пройти курс бессмертизации на Островах. Правда, при этом сотрётся его память, но ничего страшного, ведь он написал автобиографию, разве что чуть-чуть изменил имена и названия. Не Джетра, а Лондон, не Сери, а Грация...

    Хаха, скажете вы, как примитивно, и это называется "сложносплетённым повествованием"? Детские игры в эпоху постмодернизма, всего лишь автор придумывает персонажа, а персонаж придумывает автора... Стоп. Всё не так просто. С каждым следующим десятком страниц эти две реальности будут наслаиваться друг на друга, просвечивать, неожиданно подмигивать, а то и вовсе затаскивать третью реальность, нашу, читательскую, в свой мир уробороса, неспешно кусающего себя за хвост, в то время как на каждом месте укуса вырастает два новых хвоста. К концу книги в доме Облонских смешалось действительно всё, даже стены.

    К концу романа я просто захлёбывалась. Каждая новая мысль, каждый новый поворот повествования был безумно логичным, но вместе с тем — совершенно непредсказуемым. Сцена с Грацией и рукописью... Мурашки по телу. Фраза про то, что весь мир подсознания, мир Островов, в который Питер погружается с головой, это не отображение персонажей его автобиографии, а только он сам, различные проявления его одного, гимн эгоизма. Мурашки по телу. Последняя фраза романа (только, чур, не подглядывать!). Мурашки по... Ну, в общем, вы поняли.

    Но помимо всей этой смутно понятной дребедени, которая чувствуется на интуитивном уровне, но не может быть доказана логически (в самом деле, здесь никакая точка зрения на происходящие события не может быть единственно верной, даже точка зрения автора, если бы он её дал, повествование уже переросло его влияние), есть и простые и понятные психологические переживания и вопросы, которые растут из фантастики добротной социально-психологической драмой. Настолько ли силён страх смерти, как его малюют? Откуда у него вообще растут ноги? Что такое личность, может ли биография и сумма неких прошедших воспоминаний сделать тебя тем же самым человеком? Что страшнее: умереть или потерять свою личность? Что будет, если куда-то в сложные алгоритмы восстановления памяти вкрадётся ошибка, будет ли это тот же самый человек? Зачем человек так глубоко заглядывает в подсознание? Опасно ли это? Зыбкость любой реальности, сомнительность бытия, одни только вопросы... Прист отвечал-отвечал на них, вышел целый роман, я в своей рецензии всяко ни на один не сумею дать ответ.

    Непонятно, где же всё-таки истина? Или вообще всё ложь... Книгу в "Любимое". Перечитаю.

    Флэшмоб 2011, огромное такое спасибище augustin_blade .

    Читать полностью
  • Darolga
    Darolga
    Оценка:
    53
    ... личность существует в настоящем. Воспоминания - достояние прошлого,
    и если полагаться только на них, то найдешь только половину себя.
    Ты должен искать и стремиться к будущему.

    Как далеко может зайти человек в поисках себя? Есть несколько предполагаемых вариантов - прогулявшись на короткую дистанцию, вернуться, предварительно расставив все по полочкам (если не все, то большую часть) своего сознания, либо поплутать в дебрях себя любимого и там уже как кривая выведет - с успехом или без него возвратиться к реальности, либо уйти в себя и не вернуться, остаться в окружении своих личных тараканов, вести с ними неспешные беседы, занимательные споры или, того проще, устраивать тихие помолчалки. Герой "Лотереи", видимо, до конца не осознавал всех этих перспектив, когда однажды не в самый лучший период своей жизни захотел разобраться в себе, и выбрал для этого довольно интересный способ - Питер решил написать собственную автобиографию, скрупулезно размотав клубок всех своих воспоминаний, стараясь не упускать ни малейшей детали. И тут он столкнулся лицом к лицу не только с самим собой, но и со старой доброй истиной, гласящей, что нет предела совершенству. Чем глубже он углублялся в свою работу, тем к большему стремился, и в какой-то момент реальность смешалась с миром воспоминаний и метафорической реальностью героя, которую он решил создать для пущего эффекта самокопания. Одним словом, докопался мужик...

    Роман "Лотерея" - это изощренная игра разума его главного героя. Когда читаешь его, то понимаешь, что объяснить словами все происходящее тебе очень сложно, но где-то в глубине души ты понимаешь, о чем это все, и чем/кем на самом деле являются Острова/герои. Финал с подвохом. Не очень люблю такие, но, если задуматься, он именно такой, каким и должен быть в этой истории.

    Читать полностью
  • Raziel
    Raziel
    Оценка:
    46

    Затянутая тугой петлей на шее читателя постмодернистская литания то ли эскапизму, то ли шизофрении, а вернее всего – и тому, и другому. Где-то до середины все шло прекрасно, но в какой-то момент начало проступать и накапливаться раздражение от зыбкости и неопределенности не столько окружающей героя реальности, сколько его собственного характера. На протяжении всего романа Питер Синклер постоянно тонет в зыбучих песках собственной инфантильности, неуверенности, непоследовательности и противоречивости и как Мюнгхаузен пытается вытащить себя за волосы, но без особого успеха. Единственная константа в его жизни – острая и неутолимая потребность собирать чемодан и уходить от женщин, причем обязательно с перспективой возвращения. Возможность уйти, как и память, должна быть непрерывной, а потому герой придумывает себе вторую женщину, чтобы было от кого уходить, возвращаясь к первой, и наоборот. Так и курсирует на круизном лайнере от одной к другой, каждый раз в религиозном экстазе потрясая рукописью и возвещая, что уж сейчас-то пелена спала с очей его, он познал дзен, и теперь все обязательно будет хорошо… Однако быстро выясняется, что и пелена вроде бы спала, да не совсем, и дзен вроде бы познан, но повторенье - мать ученья.

    В какой-то момент последствия его действий ложатся на плечи неподъемным бременем, и тут, как говорится, назвался груздем – полезай в кузов. Однако лезть в кузов Питеру совершенно не хочется, он предпочитает отправиться на Архипелаг, где все окружающее меняет полярность, где никчемность превращается в избранность, недостатки одних сменяются достоинствами других, а смерть можно обмануть, пройдя процедуру атаназии. При этом как нельзя кстати память пациента стирается и может быть вылеплена заново по той самой сомнительной рукописи чего-то непонятного, что герой именует своей автобиографией. Причем рукопись эту Питер воспринимает как квинтэссенцию своего «я», как спущенные с небес скрижали, на которых золотыми буквами написаны ответы на любые вопросы, нужно только перечитать ее раз стопицот. Вот только лучше от этого не становится, и удивляться тут нечему. Рукопись Питера напоминает карту сокровищ, вырванную из детской книжки; в поисках этих сокровищ смысла столько же, сколько в поиске содержания в бессодержательном, чем герой и занимается всю книгу, пытаясь разобраться в себе. И вот в финале все наконец-то встает на свои места, но когда пере…

    Читать полностью
  • RESET
    RESET
    Оценка:
    40
    Слова надежны не сами по себе, а лишь в той степени, в какой надежен разум, их отбирающий, а потому в основе любого повествования лежит своего рода обман.

    Эй! Есть среди здесь присутствующих хоть кто-нибудь настоящий? Кто-нибудь кто гарантирует мне, что, начав рассказ о себе, он не сорвется в сочинительство в целом ли, в частности?

    «Потерялся я в одиночестве где-то среди пути…»

    Начну с того, что в определенном смысле все мы являемся не только хозяевами своей судьбы, но и в какой-то мере ее непосредственными авторами. Ведь многие события нашей жизни зависят не от конкретных обстоятельств, а от нас самих. От нашего выбора. Сознательного или бессознательного. В какую фирму подать резюме, когда начать новые отношения, у кого приобрести жилье и т.п. – всё это решаем мы. И порой оглядываясь на свое прошлое, нередко понимаем, что где-то прогадали, ошиблись, споткнулись. И вот тогда-то под грузом неразрешенных проблем, свалившихся трудностей, мы неизбежно вспоминаем нашу жизнь, пытаясь выявить, что же в ней пошло не так. Мы обращаемся внутрь себя. Ищем источник, причину, начало. И изредка теряемся во всем этом, прямо как Питер Синклер, о котором я вам сейчас расскажу.

    Жил на свете англичанин 29-ти лет от роду. Он не был кем-то особенным, просто одним человеком из множества себе подобных. Не отличался духовными качествами, решимостью. Был не дурак выпить и в минувшем частенько прикладывался к бутылке. Вся его жизнь вертелась вокруг работы, родни и девушки. Но вот однажды ему не повезло. Он потерял всё это в один миг. Но нашел выход из ситуации. Он отправился на Острова.

    Острова, они вневременные. Те, кто туда уходит, никогда не возвращаются. Они находят себя.

    Вот и его поиски, конечно же, увенчались успехом. Ведь Острова оказались ничем иным, как его собственным романом, метафорической автобиографией, способом уйти от реальности и от самого себя. В них Питер решил не описывать свое настоящее: тусклое, скучное, тривиальное, содержащее только обыкновенные будни, идущие своим чередом. Да и разве можно было логически выстроить всю последовательность событий, исходя из одних только воспоминаний, таких ненадежных и основанных на эмоциях, оценках других людей, ложных представлениях и умозаключениях. Обдумав всё это, Питер понял, что

    вымысел истиннее фактов, потому что память несовершенна,

    и создал историю-перевертыша. В ней он из неудачника превратился в победителя лотереи, выигравшего бессмертие. Начал жить в яркой и солнечной Джетре вместо дождливого и промозглого Лондона. Обменял свою искушенную и неврастеничную девушку на невинного и робкого ангела с белокурыми волосами. И всё это за разумную плату, а именно за отказ от собственной личности со всеми ее идеями, принципами, взглядами и воспоминаниями. А что? Нормальные цены! Если бы не одно но! Автобиография персонажа Питера Синклера! В которой фигурирует и он сам в роли неудачника, и Лондон, и неврастеничная девушка и тайна того, кто же о ком всё-таки пишет…

    Ну, Прист, что я могу тебе сказать? Ты написал достойную вещь, вполне себе головоломистую и заковыристую, эффектную и двуличную. Я читала ее и не могла оторваться, так крепко тянул меня сюжет, запутанный и бросающий из крайности в крайность, из фантазии в реальность. До полного выноса мозга мне не хватило всего-то двух шагов, но только из-за них я не отправилась в космос. Так что, Прист, может, стоит еще и поблагодарить тебя за нераскрытый до конца потенциал, а то ведь кто знает, чем это могло закончиться. Однако, если найдутся на этом сайте рисковые земляне, не боящиеся лотерейной туманности, то скатертью дорога. И маленький совет в придачу. Эта книга не имеет логического завершения. Она есть открытый финал, бесконечный горизонт, замкнутая на себе цепь. Она есть ты, так и не познанный самим собой до конца.

    Читать полностью
  • panda007
    panda007
    Оценка:
    38

    Я нашла его! Это он, это он (ленинградский почтальон)! Стопроцентный, буквально образцовый современный автор, со всеми его достоинствами и недостатками. Главное его достоинство – блестящая завязка, некая идея или задумка, которую писатель пытается раскрыть. В данном случае ситуация такова: герой после сильнейшего стресса съезжает с катушек и начинает существовать в двух реальностях. В одной он жалкий неудачник, в другой – суперзвезда. Мысль о том, что каждый из нас живёт в своём собственном мире, часто изменяя и приукрашивая действительность (иногда не по одному разу), выгораживая себя, прячась от жесткой неудобной правды, не нова, но подана Пристом достаточно свежо. В общем, ознакомившись с завязкой я чуть ли не прыгала от восторга. Потом последовало развитие действия – временами изобретательное, временами тягомотное. Опять же хороша была завязка второй сюжетной линии – жизни в параллельном мире. Там герою предстояло стать бессмертным, и это вызывало много вопросов и определённый дискомфорт. К сожалению, вымышленный мир показался мне весьма плоским, проблемы героя быстро измельчали и следить за его действиями стало не слишком интересно. Пожалуй, живости добавляли только скачки из одной реальности в другую – сами по себе и та, и другая банальны. Психологизма и тонкости автору явно не хватает, а без этого любые переживания и размышления выглядят надуманными и неправдоподобными. Ну, а испортила всю малину по-настоящему дурная развязка. Тот самый случай, когда кажется, что автор не знал, что сделать с героем, к чему его привести, поэтому тупо оборвал повествование на полуслове.
    Вывод парадоксален: я рада знакомству с писателем Пристом, но книга его меня, скорее, разочаровала.

    Перевод заслуживает отдельного упоминания. Вот только несколько перлов:

    Полный мелкобуржуазного гонора, я считал самоочевидным, что университетский диплом надежно защитит меня от всего этого.
    Ее интерес к любовным утехам был душераздирающе спорадическим.
    Сери глаголила, словно раскрывала мне великую тайну, и я законно ожидал, что сейчас она скажет нечто такое, что объяснит ее противоречия, но не тут-то было.

    Можно, конечно, решить, что герой сумасшедший, поэтому выражается странно, но как быть с детскими ошибками, вроде оборота «в конечном итоге»?

    Читать полностью