Цитаты из книг автора «Крис Колфер»

– Шапочка, – наклонилась к ней Алекс с одной стороны, – наша мама в опасности. Нам нужно во что бы то ни стало узнать, что происходит, чтобы придумать, как её спасти. Коннер наклонился к королеве с другой стороны и тоже стал её убеждать: – Кроме неё у нас никого нет, Шапочка. И если с ней что-нибудь случится, мы останемся сиротами. Шапочка сдалась, глядя на их умоляющие лица. Как она могла отказать им? Даже она не была такой эгоисткой.

– Слушай, Шапка, а у тебя ещё осталось это платье? Алекс и Фрогги подошли к креслу Шапочки, чтобы получше разглядеть картину. На портрете королева была одета в необъятное платье, пышные складки которого ниспадали от талии до пола. – Думаю, да, – кивнула Шапочка. – Оно единственное уцелело после пожара… Постой-ка, ты же не думаешь о том, о чём, как я подумала, ты думаешь?!

Гусь распростёр крылья, размах которых выглядел весьма впечатляюще при свете дня. Потом отступил на несколько шагов назад и бросился бежать, проворно перебирая перепончатыми лапами и хлопая на ходу крыльями, – и вот они уже всё выше и выше поднимаются в воздух. Коннер не солгал: Алекс испытывала невероятные ощущения. От вида гор с высоты птичьего полёта просто дух захватывало! Ребята никогда в жизни не чувствовали себя настолько свободными. – Надеюсь, нас никто не видит, – сказала Алекс, со страхом поглядывая на дороги и крохотные поселения внизу. – А я надеюсь, что сейчас не сезон охоты на гусей, – заявил Коннер. Вскрикнув от страха, Лестер обернулся на мальчика. – Да я просто шучу, – успокоил гуся Коннер. – Расслабься, а то ещё яйцо снесёшь!

– Боже правый, Лестер! И это, по-твоему, посадка?! – заорала Матушка Гусыня на своего гуся размером с крупную лошадь. – Метеориты по сравнению с тобой как пушинки приземляются, глупый ты гусак!

Близнецы нетерпеливо кивнули. Любые новости лучше, чем совсем никаких. – Я думаю, что вашу маму похитили, – сообщила им бабушка. Они ошиблись: уж лучше никаких новостей, чем узнать такое.

– Ну, значит, будем действовать по обстоятельствам, – сказал Коннер. – Когда мы станем старше, неплохо будет иметь такую отмазку. Скажем Бобу, что отправляемся в сказочный мир, а сами свалим на тусовку. Алекс вскинула голову и посмотрела на брата с любопытством. – Разве можно променять сказочный мир на какую-то тусовку? Коннер покачал головой. Как же ему хотелось, чтобы сестра хоть раз думала как нормальный подросток. – Я вечно забываю, что в тринадцатилетней тебе живёт восьмидесятилетняя старушенция, – сказал он.

– Чёрт, что у нас за семья такая? Ни у кого больше нет таких проблем, а у скелетов в шкафах – крыльев.

– Вот и ещё один поворот. – Какой ещё поворот? – переспросил Коннер. – Жизненный, – вздохнула сестра. – У нас их уже много было. – Это точно. Уже пора бы нам выработать иммунитет. – Иммунитет на жизнь? – подняла брови Алекс. – Он хоть у кого-нибудь есть?

Алекс вообще обладала удивительной способностью говорить вслух то, о чём он не хотел думать.

– Но разве писатели не должны быть умными-преумными? – спросил Коннер. – Разве они не употребляют всякие сложные слова типа «экзистенциальный» и «квинтэссенция»? Вот они писатели, а я нет. Даже если я попытаюсь, меня засмеют. Миссис Питерс негромко выдохнула через нос, и Коннер вспомнил, что так она обычно смеётся. – Не нужно мериться ни с кем умом, – сказала она. – Есть уйма способов его показать. – Но ведь писать каждый может, да? В смысле, именно поэтому авторов так критикуют? Ведь, по сути, каждый может что-то написать, если захочет. – Даже если кто-то может что-то делать, не значит, что всем нужно этим заниматься, – сказала миссис Питерс. – Ко всему прочему, сейчас любой, у кого есть Интернет, считает себя вправе критиковать других или принижать чужие заслуги.