растения взвились в воздух, подняли пленников на вершину огромной колонны, протащили в амфитеатр и пригвоздили к стенам, как остальных.
Фрогги болтался вверх ногами рядом с Шапочкой. Джека и Златовласку связали вместе, а их оружие валялось позади них. Коннер огляделся и сразу сник: они были не единственные узники.
Стена была снизу доверху увешана пленниками: королева Белоснежка и король Чендлер, королева Золушка и король Ченс, королева Спящая Красавица и король Чейз, королева Рапунцель и все феи из Совета извивались в путах. Так что теперь, когда растения притащили Красную Шапочку и Тролбэллу, всё Содружество «Долго и счастливо» оказалось во власти Колдуньи.
– Прекрасно, все в сборе, – сказала Эзмия, увидев Шапочку и Тролбэллу.
Колдунья восседала, как королева, на своём золотом троне. Её волосы и накидка трепетали на ветру и потрескивали, будто наэлектризованные. Из-за трона стыдливо выглядывал Румпельштильцхен, с сочувствием смотря на всех пленённых правителей.
На полу стояла огромная чаша, в которой фиолетовое пламя жадно облизывало груду черепов, горевших, словно дрова в костре. Перед Колдуньей в ряд стояли шесть сосудов из бирюзового стекла: Коннер догадался, что бабушка заточена в одном из них. Внезапно он поднял голову и похолодел от ужаса: бабушка была не единственным членом его семьи, кому не посчастливилось оказаться в плену у Колдуньи.
Придвинутая вплотную к стене, неподалёку стояла огромная клетка, в которой сидела мама Коннера и Алекс. Шарлотта убаюкивала принцессу Надежду на руках, но амфитеатр оглашали пронзительные крики малютки.