– Третий круг опрометчиво думает, что, опаздывая, покажет свою значимость. Наивные показушники, – шипели демоны рядом с проходящей мимо Лотос.

Демонесса дернула уголком губ – в этом вопросе она была с ними солидарна. Третий круг и правда часто пытался кому-то что-то доказать. И чаще всего не там, где надо, и не тем, кому надо.

– Нуар и Вагис снова спорят, – шепнул Арго, привлекая внимание госпожи.

Лотос незаметно посмотрела в сторону. Шестой и седьмой из круга первородных шипели друг на друга, словно две змеи. Еще чуть-чуть – и сцепятся, нарушив правила бала.

– Что у них опять? – спросила Лотос, уверенная, что Арго, как всегда, хорошо подготовился и собрал перед балом информацию обо всех, кто тут появится.

– Вагис заполучил себе на службу джинна. И не просто джинна, а короля джиннов. Нуар теперь лопается от зависти, – с готовностью поделился Арго.

– Еще бы, – закатила глаза Лотос. – Нуар лет сто, не меньше, гонялся за джиннами, но так и не смог получить ни одного на службу. И Вагис, зная это, естественно, взял своего нового слугу на бал.

– Естественно, – кивнул Арго.

– Тогда почему Вагис не сияет от счастья, раз уделал Нуара, а ведет себя так, словно его вот-вот разорвет от злости?

– Нуар пришел в золотом браслете с огромным черным алмазом.

– И? – Лотос заинтересованно посмотрела на невероятно красивую драгоценность.

– Вагис тоже хотел этот камень, чтобы украсить им рукоять своего меча. Нуар его опередил.

– Хаос всемогущий, годы идут, а они все как дети малые, – вздохнула Лотос. – Посмотри, Вагис вот-вот топнет ножкой, точно обиженный малыш.

Вагис с Нуаром точно бы подрались, но в их спор вклинился Лао, и Лотос перестала за ними наблюдать. К тому же прямо к ней размашистым шагом шел первый из круга первородных и по совместительству организатор бала – Кирино.

– Приветствую, Лотос, – вежливо сказал он.

– Приветствую, Кирино, – в тон ему ответила Лотос. – Не вижу твоего слугу. Ты пришел один?

– Я решил, что, появившись без сопровождения, продемонстрирую мои мирные намерения.

– Красиво, но неосмотрительно.

– Почему же? – усмехнулся Кирино. – Если на балу палач, никто не посмеет нарушить правила.

Лотос с вызовом посмотрела в его невероятно синие глаза. Все сапфиры мира были блеклыми стекляшками в сравнении с глазами первого аристократа. Их холодная синева была глубже океанских вод, а алые волосы, цвета крови смертных, забранные в хвост, создавали яркий контраст, делая внешность Кирино необычной и крайне привлекательной. Лотос понимала, почему многие демонессы были готовы на все ради союза с Кирино. В том числе постельного.

И все же ни он сам, ни его шуточки ее не интересовали. Потому что даже первый не мог выиграть у нее в гляделки. Никто не мог.

– Прикрываешься мной как щитом?

– Возможно, – игриво подтвердил Кирино, улыбнувшись. – Сегодня мы с тобой на одной стороне.

– Я на стороне хаоса, ты – на своей собственной. Кстати, многие винят тебя в появлении запретной зоны.

– А еще многие считают, что появление геенны тебе на руку, и тоже не особо довольны.

Тон Кирино изменился: Лотос услышала привычные надменные нотки. Статус первого делал Кирино невозможно заносчивым, а сам демон был уверен, что он, и только он, может возглавить круг первородных и всех демонов в целом.

Лотос же считала, что если бы хаос пожелал сделать главным кого-то одного, то не породил бы тринадцать аристократов равных друг другу по силе, и ей было неясно, почему остальные этого не понимают, снова и снова затевая войны за власть.

– Тогда оставь любезности и начинай уже собрание, – нетерпеливо потребовала демонесса. – И что еще за геенна?

– Черные Близнецы придумали это название. Всем понравилось. Звучит лучше, чем запретная зона. Что до собрания… мы не можем его начать – не все пришли.

– Ты про третий круг? В пекло огненной реки их, – раздраженно бросила Лотос. – Потом пожалеют, что опоздали.

– Они явились.

– Тогда кого все ждут?

– Безликого, – Кирино даже не потрудился скрыть усталость в голосе. Выходки Безликого уже давно стояли поперек горла у всех.

– Второй обычно не опаздывает.

– Его не пропускает защитная магия – на нем три предмета вместо двух положенных.

– Издеваешься?! – возмутилась Лотос, а Арго, стоявший у нее за спиной, подавил смешок. – Дай угадаю, не может расстаться со своей бесценной маской?

Кирино кивнул. Лотос знала, о чем он думает: все первородные жаждали узнать, зачем Безликий носит маску, которая скрывает половину его лица. Одни считали, что маска – просто мощный артефакт, иные думали, что под ней какое-то уродство, кто-то даже предполагал, что на Безликом лежит проклятье, и он прячет его последствия. Теорий было много, но никто не мог знать наверняка. В одном только Лотос была уверена – Безликий скорее пропустит бал, чем снимет маску.

– На нем маска, кимоно и пояс. Он отказывается убрать один предмет.

– Упертый баран! – вздохнула Лотос. – Значит, пусть сидит снаружи. Начинай собрание!

– Без него нельзя, – нехотя ответил Кирино.

Лотос и сама это понимала. В голосовании непременно должны участвовать все тринадцать аристократов круга первородных. К тому же Безликий не спустит им этого. Он был слишком силен – с ним приходилось считаться.

– Что предлагаешь?

– Я не смог убедить его переодеться. Попробуй ты, вдруг получится, – предложил Кирино. – Или… можешь поручиться, как палач, что три предмета его одежды не представляют угрозу. Возможно, защита пропустит.

Лотос с трудом сдержала смех. Поручиться за безумца Безликого, который в любой момент может впасть в ярость и начать крушить все вокруг, не разбирая своих и чужих? Если он что-то выкинет, ей придется наказать саму себя за нарушенную клятву. Кирино явно пытался ее подставить. Вполне в его стиле.

А ведь она так и знала, что он подошел к ней не просто так – он не был любителем светских бесед.

Лотос, не глядя, чувствовала, как напрягся Арго. Наверняка думал о том же – все это очень напоминало западню для палача.

– Я разберусь, – сказала Лотос после недолгих раздумий и направилась к выходу, гордо вскинув голову.

– Госпожа, мне это…

– Заткнись, Арго, – шикнула Лотос, и без того зная, что именно пробубнит демон. – Без тебя знаю, что идея так себе. Но без второго никак.

Она снова прошла сквозь завесу магии и вышла наружу. Арго следовал за ней, с трудом сдерживая предостережения, вертевшиеся на языке. Знал, что она все равно не станет слушать.

– Приветствую, Безликий, – голос Лотос был холодным, словно северная ночь.

Безликий обернулся на ее голос и подошел почти вплотную, игнорируя все правила приличия, а Лотос с трудом сдержалась, чтобы не принять оборонительную стойку, – второй был очень опасен. Даже безоружным он был более смертоносным и непредсказуемым, чем любое чудовище из запретной зоны.

– Палач, – рот Безликого растянулся в усмешке. – Пришла наказать или лично сопроводить на бал?

Прозрачно-голубые глаза Лотос вспыхнули от гнева – второй был в своем репертуаре. Как всегда не поприветствовал ее должным образом и высокомерно смотрел на нее сверху вниз. А за его спиной, как обычно, маячил противный рыжий слуга по прозвищу Лис – девятихвостый дух-кицунэ^[1], которого Безликий взял к себе на службу и сделал демоном.

– Пришла напомнить о правилах, которые были в приглашении. Сними один из трех предметов и соизволь присоединиться к нам.

– Я зайду либо в таком виде, либо никак, – скучающе ответил Безликий, полагая, что защитная магия обязана исполнить его желание и пропустить внутрь.

– Безликий, поглоти тебя хаос! – раздраженно воскликнула Лотос. – Все ждут только тебя! Ты не можешь снять маску или свой халат? Боишься, что увидят твою рожу или голую задницу? Так вот, ни то ни другое никого не интересует!

Тут Лотос слукавила, не желая открыто выказывать интерес к черно-золотой маске, которую Безликий никогда не снимал. Она в очередной раз попыталась разглядеть, что под ней, – глазам палача открывалось то, что недоступно прочим, но прорваться сквозь защиту артефакта было ей не под силу.

Резная маска из черного металла, покрытая золотыми росчерками, скрывала лоб, глаза и нос. Прорези для глаз сияли черными провалами, и одному хаосу было ведомо, есть ли там вообще глаза. Эмоции Безликого можно было угадывать лишь по тому, как изгибались его губы. Обычно в презрительной усмешке. Прямо как сейчас.

– Халат? – возмутился Безликий, проигнорировав все остальное. – Я зову этот вид одежды кимоно. Пока вы все бегаете за модой людишек из Египта и Греции, я поддерживаю азиатское искусство.

– Искусство? – закатила глаза Лотос. – Какой же ты странный.

И даже несмотря на то, что Безликий ее неимоверно бесил, она не могла не признать, что ей самой тоже очень нравилось развитие культуры, которую она наблюдала в Азии, когда бывала в мире смертных, а кимоно Безликого действительно казалось произведением искусства. Черная плотная ткань в пол напоминала искусно сшитый халат с широкими рукавами, подвязанный черным поясом, расшитым золотыми журавлями. Само же кимоно украшали изображения солнца и стай птиц, пламени и сражений, озер и чудовищ. Зрелище завораживало, а Безликий, как всегда, удивлял.

Все аристократы были по-своему безумными, но лишь в Безликом не было и капли нормальности. Чего только стоили его игры в садовода, о которых все шептались! Пока все демоны плели интриги и сражались за власть, Безликий собственноручно растил цветы в окрестностях своих владений и готов был обратить в пепел любого, кто посягнет на его розы.

– К чему этот нелепый бал, палач?

– Знаешь же зачем, – Лотос отвлекалась от своих размышлений. – Мы должны установить правила. Нам нельзя больше вмешиваться в людскую историю, как мы сделали это в Помпеях, иначе одной запретной зоной не ограничится. Хаос зол на нас.

– Хм… Или вы все просто трусы, – нагло хмыкнул Безликий, отчего-то развеселившись.

Лис за его спиной фыркнул, повторяя насмешку своего хозяина, а Арго напрягся сильнее, чувствуя ярость своей госпожи.

– В запретной зоне ты не был таким бравым, – ехидно пропела Лотос, отбросив попытки быть любезной.

Безликий угрожающе навис над Лотос, которая сильно уступала ему в росте. Воздух между ними накалился – Безликий был взбешен.

– В запретной зоне я вытащил тебя из пекла, разрывая чудовищ руками, палач! – прорычал он.

– Нам всем тогда досталось. Даже тебе, – напомнила Лотос. – Ты же помнишь, как это было.

Она уставилась прямо в черные прорези его маски. Она не надеялась, что ее слова его образумят, но Безликий вдруг отступил, а его губы вновь растянулись в усмешке.

– Хорошо. Я согласен соблюсти условие и пройти в двух предметах. И я даже проголосую за перемирие. Но я попрошу кое-что взамен.

Арго уставился на Лотос, поджав губы, всем своим видом показывая, что думает обо всем этом. Очевидно же – Безликий с самого начала хотел что-то получить.

– Что тебе нужно? – Лотос изо всех сил скрывала охватившее ее напряжение.

– Хочу, чтобы после официальной части наши слуги сразились. Твой Арго против моего Лиса.

– Зачем? – искренне удивилась демонесса.

– Твой слуга – слабый. Меня раздражают слабаки, – пожал плечами Безликий. – К тому же я обещал Лису веселье.

– Арго убьет твоего Лиса, – фыркнула Лотос. – По рукам.

– Что ж, уговор, – улыбнулся Безликий и щелкнул пальцами, меняя одежду.

– Ты же говорил, что не любишь египетскую моду?

– Схенти^[2] не так уж плохи, – хмыкнул демон и направился к проходу.

Лотос закатила глаза: Безликий не изменял себе. Обычное схенти прикрывало лишь бедра, но это одеяние струилось до самого пола, а расцветка осталась такой же, как у его кимоно. Золото на черном под стать маске на его лице. Теперь, когда на Безликом были лишь маска и схенти, защитная магия легко его пропустила.

Лотос проводила взглядом его широкую спину с гладкой бледной кожей. В истинном обличье его позвоночник шипами выходил наружу, как и локтевые суставы, но сейчас он выглядел по-человечески, как и они все. Еще одно из новых правил, за которые они будут сегодня голосовать, – не являть свой истинный облик в мире смертных.

– Думаешь, он добивался боя с тобой или подошел бы слуга любого другого аристократа? – спросила Лотос у Арго.

– Трудно сказать наверняка.

Стоило Лотос и Безликому вместе появиться на балу, как среди гостей пробежал шепоток.

– Все судачат о вас с Безликим, – тут же донес Арго. – Боятся, что вы объединитесь.

– Глупцы, – буркнула Лотос. – Плодят пустые слухи. У палача нет союзников, это всем известно.

– Думаю, основой для слухов стало то, что Безликий спас вас в запретной зоне.

– Я бы предпочла забыть об этом, – поморщилась Лотос.

Она прекрасно знала, что именно о ней болтают. И даже догадывалась, кто распустил эти слухи. Кейси, чтоб ее! Королева суккубов, сладострастия и сплетен.

– Мне не нужно было спасение. А сплетникам бы хорошо вспомнить, что в запретной зоне все общими усилиями пытались выжить. Я лично вытащила на себе полумертвого Лао, но почему-то никто не приписал мне союз с ним.

Арго со скепсисом посмотрел в сторону Лао. Тот отпускал колкости и хохотал. Он не изменял себе: успел поболтать с каждым третьим демоном на балу и вывести из себя каждого второго. Более скользкого типа найти было сложно.

– Никто в трезвом уме не заключит союз с Лао. Члены его альянсов быстро умирают, – серьезно сказал Арго. – А от его экспериментов дурно даже аристократам.

– То ли дело Безликий, – саркастично ответила Лотос. – Мечта, а не союзник. За кого они меня принимают?! Никогда не свяжу себя обязательствами ни с одним из первородных!

Арго хотел еще что-то сказать, но музыка резко оборвалась, а затем забили в барабан. Кирино призывал демонов занять места за столами переговоров.

Лотос с облегчением вздохнула – давно было пора начать.

Демоны вальяжно проследовали к своим местам. По пути третий круг успел завязать спор со вторым, Вагис пихнуть плечом Нуара, а Лао отпустить замечание относительно мрачного наряда слуги Безликого. Ферайя следила, как коршун, за Лотос, Черные Близнецы громко ругались между собой. Переговоры перерастали в склоку, даже не успев начаться.

– Братья и сестры! – громко взревел Кирино, перекрывая поток брани. – Оставим споры в эту ночь. У нас есть общая проблема, давайте решим ее раз и навсегда, а затем как следует повеселимся на балу! Пусть ссоры останутся за пределами этого места.

Кирино говорил громко, заглушая всех, не делая пауз, не позволяя кому-то прервать его, и мало-помалу ему удалось завладеть всеобщим вниманием. Лотос слушала внимательно, хотя и знала, о чем пойдет речь. Еще пару недель назад она, Кирино и еще трое из круга первородных обсудили новые правила. Теперь оставалось убедить остальных демонов их принять и принести нерушимую клятву, которая обяжет их эти правила соблюдать.

– Хаос жестоко наказал нас за то, что мы нарушили баланс и вмешались в людскую историю – часть преисподней, нашего дома, больше не пригодна для проживания. Если мы хотим сохранить то, что осталось, то должны быть осмотрительнее. Отныне мы не вмешиваемся в дела людей, не являем без необходимости свой истинный облик и магию, но самое главное: мы не воюем в мире смертных. По крайней мере, не с таким размахом, как это было раньше. Хаос показал нам, что за разрушение этого мира мы поплатимся частью своего.

– Это что же получается, людишек и убивать нельзя? Может, еще молиться на них начнем? – возмутилась Ферайя.