Наверное, было достаточно, что я признал эту боль и позволил ей быть в моём теле и делать всё, что она хочет. И когда я ей позволил это, в тот самый момент я понял, что она хотела уйти с хозяином, и она ушла. В голову пришла нелепая мысль: час назад били не меня во дворе на глазах у обезумевшей толпы, а кого-то, кто был частью меня.