Галачьянц всю последнюю неделю приводил в порядок свои дела, связанные с бизнесом, а за день до новолуния отослал из дома всю прислугу и охрану. Видимо, он провел с дочерью последние часы ее жизни: сидел рядом, разговаривал с ней, держал за руку и смотрел, как жизнь постепенно угасает вслед за уходящим днем. Последнее, что мне написала Маша за несколько часов до смерти, что они вместе с отцом смотрят на закат. И попросила меня тоже посмотреть, как заходит солнце. Потом она умерла. Галачьянц отнес тело вниз, положил в заранее приготовленный гроб, сел рядом в кресло и пустил себе пулю в голову. Когда я вошел в дом, он сидел спиной к дочери, как будто не хотел, чтобы она видела его самоубийство.