Цитаты из книг автора «Константин Образцов»

них я был хранителем пыльных реликвий захудалого краеведческого музея, пытающимся впечатлить их истлевшими призраками унылого прошлого, в то время как они бы с большим удовольствием послушали советы о том, как стать успешными в реальном настоящем;

со временем эта связь между мной и студентами распалась; я чувствовал себя каким-то ретроградом, вещающим год за годом одни и те же никому не нужные истины, а глядя в аудиторию понимал, что большинство просто отбывает здесь время, не находя ни в моих словах, ни в самом предмете ничего интересного или полезного.

Рисунок получился выразительным и обеспечил ему в качестве награды поход к детскому невропатологу, потом к психиатру, и успокоительные препараты в течение нескольких лет.

был истинным художником, а значит, умел видеть невидимое. Уже полсотни лет он рисовал то, что было скрыто от других за символическими покровами зримого мира

Они попались. Выхода не было. Древние боги злы и ревнивы и никогда не прощают. Им не нравится, когда их предают.

Не думай, что то, что называют добром, глухо к человеческому зову. На самом деле оно откликается каждый миг, всегда старается быть рядом с нами: когда мы просыпаемся утром, когда благополучно приходим домой после трудного дня, когда счастливо избегаем бед – и тех немногих, о которых знаем, и неисчислимых, других, о которых нам неизвестно, но которые могли бы случиться… Просто люди куда чаще зовут Ее, чем Его, вот Она и приходит – ничего не поделаешь…

«Почему с такой готовностью откликается на зов только зло? Почему ничего доброго и светлого не дозовешься на помощь, даже когда она так нужна?»

Такова жизнь: в ее первое с половиной десятилетие преимущество остается за играми, потом лет двадцать или чуть больше Светки и Ленки уверенно возглавляют списки мужских развлечений, а дальше снова игрушки – пусть другие, взрослые, но все же игрушки – вытесняют на второе и третье места суетливые плотские радости.

Каждую субботу они собирались тут днем, а некоторые и с утра, в силу многолетней привычки к ранним подъемам, и, чинно шатаясь, расходились под вечер, когда живущий в другом измерении город только начинал просыпаться для ночных развлечений.

Молодежь сюда не ходила, а если и забредал кто моложе лет сорока, то в карманах у него наверняка гулял ветер, а вместо паспорта была справка об освобождении.