да, она рассказывала каким-то лопарям, как Ос-Андерс пришел к ней середь лета с зайцем, и от этого у ребенка, которого она носила под сердцем, сделалась заячья губа. А не Олина ли послала зайца?
Как же ты это сделала?
На это Ингер ничего не ответила.
Немного спустя Исаак опять заговорил:
– Ты что же, задушила его?
– Да, – сказала Ингер.
– Зря ты это сделала.
– Да, – ответила она.
– И не пойму я, зачем ты это сделала?
– Она была вылитая я, – ответила Ингер.
– Как это?
– Такой же рот.
Исаак долго думал.
– Вон оно что, – промолвил он.
Что же это, разве нынче ничего не будет?
– Нет, – ответила она, – не будет.
– Да ну. Отчего же?
– Так уж вышло. Неужто ты надумал распахать все, сколько глаз хватает?
– Скинула, что ли? – спросил он.
– Да.
– Так. А сама-то не хвораешь?
– Нет. Я все думаю, хорошо бы нам завести свинью.