Я смотрю на него, на моего маленького мальчика, на его светлые волосы, уже начинающие темнеть, спутанные и взъерошенные, на его распахнутые глаза, перескакивающие с одного непривычного зрелища на другое, на руки, беспрестанно теребящие наушники. Вагон все больше заполняется пассажирами, и Сэм, обернувшись, внимательно их рассматривает, заинтригованный этим странным ритуалом. Звучит предупреждающий сигнал, двери закрываются, колеса со стоном приходят в движение, и вот мы уже едем, набирая скорость, навстречу тускло разгорающемуся дню.
Поначалу Сэм сидит практически неподвижно, уткнувшись носом в окно, и смотрит на пробегающие за окном городские пейзажи.