Цитаты из книг автора «Кир Булычев»

Садовский. – Какие указания? – спросил Фима, который надеялся потом, когда все утрясется, все-таки выпросить у Алисы миелофон. На одну минутку. – Миелофон принимает человеческие мысли метров за десять, а иногда и больше, – сказала Алиса. – Если мы сейчас пройдем по квартирам того подъезда, мы услышим, нет ли там пиратов и Коли. – Конечно! – воскликнула Юлька. – Все гениальное просто! – Всем идти нет смысла, – сказала Катя. – Пускай часть ребят ждет здесь. Зачем толпой ходить по этажам? Но никому не хотелось оставаться. Договорились, что четверо пойдут по квартирам, а остальные будут дежурить во дворе и на улице. Ларису и Милу Руткевич отправили домой. Сначала отправили только Ларису – чтобы она не голодала, не мучилась

Алиса повесила миелофон через плечо. – Лучше спрячь его в сумку, – сказала Юлька. – Потеряешь еще. – Нет, – сказала Алиса. – Он нам теперь пригодится. – Дай мне поносить, – сказал Фима Королев. – Мне бы кое-чьи мысли подслушать. – Ребята, вы меня простите, – сказала Алиса, – но я никому его давать не буду. И не потому, что боюсь, что сломаете, или не доверяю, но этот прибор изобретут только через сто лет. Его еще нет. – Жалко, – сказал Фима. Мила поддержала Алису: – К тому же он ей не принадлежит. Алиса поднялась со скамейки. – Понесешь мою сумку? – спросила она Садовского. – Давай, – сказал

буду спорить. Но даю честное слово, что я не хотел брать этот прибор, а хотел спасти его от бандитов. Извини за задержку. Жалко, что ты не можешь остаться с нами». И все, – сказала Алиса. – А подпись? – спросила Мила. – Нет никакой подписи. – Это его почерк, – сказал Фима Королев, заглядывая сзади. – Я его почерк знаю. – Вот и все, – сказала Катя Михайлова. – Можешь возвращаться домой, Алиса. Алиса ничего не ответила. – Что ему стоило вернуть аппарат хотя бы вчера? – вздохнула Мила Руткевич. – Все-таки мальчишки у нас умом не отличаются, – сказала Лариса. – Прятать чужую вещь, а потом подсовывать ее в чужие сумки! Детский сад какой

Фима Королев свалился со скамейки. Все знали, кто прав. – А откуда же он в сумке? – спросила Мила Руткевич, подождав, пока остальные успокоятся. – Кто-то должен был его туда положить. – Я видела, – сказала Лариса. – Но не догадалась. Еще перед уроком Коля Наумов подходил к Юлькиному столу и что-то там делал. Я его спросила: «Ты что, записку подкладываешь, влюбился?» А он мне так грубо ответил, что я сразу об этом забыла. Аккуратная Катя Михайлова складывала газету, в которую был завернут аппарат. – Смотрите, записка, – сказала она. – Дай сюда, – сказала Алиса. Она взяла записку и прочитала ее вслух: – «Ты все равно уже все знаешь или скоро узнаешь. Если ты считаешь, что я виноват и заслуживаю

Поиски – Из-за него ты к нам и приехала? – спросила Катя Михайлова.

за него ты к нам и приехала? – спросила Катя Михайлова. – Он совсем неинтересный, – сказала Лариса. Алиса раскрутила провод, вставила в ухо наушничек, нажала на красную кнопку на крышке. Подождала, нажала вторую кнопку и стала поворачивать колесико. Потом вдруг засмеялась. – Ты что? – спросила Юлька. – Работает, – сказала Алиса. – Все в порядке. – А почему засмеялась? – Потому что Лариса думает, будешь ли ты искать шоколадку в сумке или забыла о ней. – Глупости! – сказала Лариса и покраснела, как вареный рак. – Я и не думала о шоколадке. И вообще я уже не голодная. Это не аппарат, а сплошной обман. Но все хохотали так, что

Что это такое? – спросила она, вытаскивая его. Сверток был объемистый, словно в него была завернута буханка хлеба. Он был завернут в газету. Юлька зашуршала газетой, разворачивая сверток. Внутри лежала черная сумка. – Вот это да! – сказала Алиса. – Что? Что случилось? Что-нибудь страшное? – спросила Лариса. – Ведь это не шоколад. – Нет, – сказала Алиса. – Это миелофон.

молчали. Стало неловко, словно они предложили Алисе что-то нехорошее. Хотя, если так подумать, Мила рассуждала правильно. С разумной точки зрения. Первой заговорила Катя Михайлова: – Алиса права. Если она столько времени эту машину искала, можно и подождать. А Алиса нам нужна. Она, как спортсменка, может забраться, куда никто из нас не сможет. И она этих пиратов хорошо знает. Их ведь тоже, наверно, не стоит здесь оставлять. – Ой, не стоит! – сказала Лариса. – Ой, не стоит! А я уж хотела с Алисой прощаться… Юлька глубоко вздохнула и увидела, что у нее раскрыт портфель. Зачем же она его раскрыла? Ну конечно, она же хотела поискать шоколадку для этой обжоры Ларисы. Юлька запустила руку в портфель и вместо шоколадки нащупала тяжелый

Мария Михайловна будет переживать… Лариса протянула руку и сказала: – До свидания, Алиса. Очень приятно было познакомиться. И тогда Алиса заговорила злым голосом: – Вы что, с ума посходили, что ли? Вы хотите, чтобы я убежала к себе, а вы без меня Колю выручать будете? Вы что же, меня за человека не считаете? Думаете, что я схвачу миелофон и убегу, прощайте? Значит, вам можно все дела бросить и бежать мне на помощь, а я паршивая эгоистка? У Алисы даже слезы появились на глазах. Хоть она, конечно, не плакала… У Юльки с сердца свалился камень. Она так боялась, что Алиса послушает разумную Руткевич и уйдет насовсем… хотя она, Юлька, конечно, и слова бы не сказала. Все

спросил Фима, – что тогда делать? Все замолчали. Смотрели на Алису. Алиса не поняла, почему на нее смотрят. Тогда Мила Руткевич сказала: – Мы понимаем, что Алисе надо возвращаться домой. И как можно скорее. Как только найдете машинку, пускай Алиса идет в ту квартиру, где машина времени. Фима ей покажет. – А она без ключа не попадет… – Придумаешь что-нибудь, чтобы Колина мать его отдала, – сказала Катя Михайлова. – Ты же сообразительный. Употреби раз в жизни свой талант на пользу народа. Проводишь Алису – и срочно обратно… Юлька почувствовала, как у нее перехватило дыхание. Как же так, сразу… Юлька хотела сказать, что надо бы зайти к Грибковым, попрощаться, а то