Глава 9

– Наконец-то! – возмущается влетевшая в салон девушка.

– Не промокла? – интересуется у неё Эштон.

– Не сахарная, не растаю, – бурчит та.

– Характер у тебя и правда не сахар, – усмехается мужчина, на что в ответ получает громкое цоканье.

Голова девушки вдруг высовывается между передними сидениями, и её взгляд тут же цепляется за Бриэль. Сердце непроизвольно подскакивает – новая фигура в салоне мгновенно нарушает привычный ритм.

– Ого… – вырывается из Бриэль.

Она моргает несколько раз, словно проверяя, действительно ли видит эту яркую картину: волосы цвета яркой синевы, фиолетовые глаза, игривый блеск на лице, веснушки, как рассыпанные солнечные лучи. На мгновение тишина в машине кажется громче обычного: мотор урчит, дождь барабанит по крыше, а между ними повисает странная пауза – Бриэль не успевает осознать, что сказать или как реагировать.

– Я – Мия, сестра этого ворчуна, – широко улыбается девчонка и протягивает для приветствия руку, разрисованную ромашками.

Бриэль растерянно отвечает на рукопожатие, не сразу находя слов.

– Бриэль, сестра его знакомого, с которым он работает, – наконец говорит она.

– Всего-то? – фыркает Мия. – Я уж надеялась, что ворчун нашёл себе подружку. Ради такого, я бы его не торопила.

Игриво подмигнув, Мия откидывается на спинку сиденья и начинает быстро печатать что-то в телефоне, громко стуча по экрану разноцветными ногтями. Бриэль наблюдает за этим с лёгким удивлением: движения девушки такие уверенные и раскованные, что кажется, будто она полностью контролирует пространство вокруг себя. Каждое касание экрана сопровождается лёгким щелчком, почти как гипноз, который неумолимо притягивает внимание Бриэль, заставляя забыть о собственной неловкости.

Бриэль переводит оторопелый взгляд на Эштона.

– Да, да, мы очень разные, – комментирует он.

– Он вообще приёмный. Поэтому с ним не так весело, как со мной и Рейном, – комментирует девушка с заднего сидения.

– Я не знала… – произносит Бриэль, опуская взгляд в пол.

На секунду в машине повисает пауза. Тишина кажется густой, почти ощутимой, и Бриэль невольно напрягается. А потом брат с сестрой внезапно заливаются смехом, их голоса разливаются по салону звонко и заразительно. Бриэль прислушивается к этому звуку, и её напряжение на удивление утихает.

– Она так шутит. Никакой я не приёмный, – сквозь смех произносит Эштон.

– Но тест ДНК я бы всё же сделала, – вставляет Мия.

– Простите, – почти пищит Бриэль от неловкой ситуации.

– Мия, перестань, по-моему, ты её пугаешь, – чуть серьёзней обращается к сестре Эштон.

– Тогда из вас бы точно вышла отличная парочка, – не унимается та. – Два угрюмых ворчуна. Померли бы не от старости, а от скуки.

Бриэль искоса смотрит на Эштона и замечает, как плечи того слегка подрагивают от беззвучного смеха. От вида того, как брат с сестрой непринуждённо подшучивают друг над другом, неловкость, которая висела над ней с самого начала поездки, постепенно отступает. Внутри что-то оттаивает, и Бриэль ловит себя на желании включиться в разговор, сказать что-то, пусть даже незначительное, просто чтобы стать частью этой лёгкой, живой атмосферы.

– У тебя линзы? – спрашивает она, обернувшись к девушке.

– Нет, всё своё, родное. Цвет глаз, цвет волос, веснушки, – улыбается та, не отрывая взгляд от экрана телефона.

– Не язви, – обрывает её брат.

– Всё в порядке, – успокаивает его Бриэль, чувствуя, что ей и правда не обидно.

От чего-то кажется, что с этой девчонкой скучно не будет. Она явно не из робких: её не пугает быть заметной, говорить прямо то, что думает, и даже спорить с теми, кто сильнее или старше. Создаётся впечатление, что она способна и врезать, если что-то покажется ей несправедливым или неприятным. Полная противоположность самой Бриэль: та всегда сдержана, осторожна, старается не выделяться и следить за реакциями окружающих.

– Веснушки у тебя не свои? – интересуется она.

– Не-а. Но я всегда о них мечтала, теперь приходится каждый день по несколько часов рисовать их на своём красивом личике.

– Хм, – хмыкает Бриэль. – Если б можно было, отдала бы свои.

Синяя макушка вновь неожиданно появляется между сидениями. Бриэль резко поворачивается в сторону этого движения и встречает взгляд двух пар глаз, устремлённых прямо на неё. На мгновение её дыхание сбивается, внутри щекочет лёгкое смущение. От этого внезапного внимания невозможно сразу понять, чего ожидать от такой настойчивой наблюдательности.

– Что? – растерянно спрашивает она.

– У тебя есть веснушки? Не вижу, – говорит Мия и почти вплотную утыкается в лицо Бриэль.

– Я их перекрываю тональным.

– Нафига? – хмурится синеволосая.

– Мия… – пытается утихомирить сестру Эштон.

– Просто мне они, наоборот, не очень нравятся. Я всегда мечтала о чистой коже, – объясняет Бриэль.