Именно в этот момент мой план дал первую трещинку. Совсем незаметную, крошечную, я бы сказала, почти невидимую. Матиас просто взял и разорвал мои планы на мелкие кусочки, когда вошел в небольшое помещение, где даже ночью слышался шум тату-машинок.

Я хотела сбежать, но его хватка оказалась слишком сильной, так что мне пришлось стоять рядом, изучающим взглядом проходясь по эскизам.

Господи, пусть это будет не череп…

– Ну что, милая, – повернулся ко мне Матиас, на губах которого расцвела ухмылка. Захотелось врезать ему. Или самой себе за эту затею. – Выбирай, – он ткнул в толстую папку с рисунками, я неуверенно покосилась на него, но все же начала рассматривать аккуратные наброски.

Что ж, правила игры принимаются. Как далеко он готов зайти?

Роза? Может быть, мой портрет? Надпись «я идиот»?

Слишком сложно.

Он ведь это не всерьез, да? Мы сейчас посмотрим друг на друга, а затем посмеемся и уйдем, верно?

Хотелось бы в это верить.

– Хотите что-то конкретное? – влез в разговор парень с цветными волосами. Я оглядела его с головы до ног, подмечая пирсинг в носу, многочисленные тату на руках и шее, даже на лице красовалось несколько надписей. Я собиралась ответить, хотела сказать, что это все шутка, но… не могла так легко сдаться.

– Вот это созвездие, – ткнула я в небольшой эскиз. – Прямо над сердцем!

Вот сейчас! Сейчас он должен уйти.

– Мне нравится, на твоей груди будет смотреться просто отлично, – обворожительно улыбнулся Матиас, смерив меня каким-то непонятным взглядом. Стало жарко. Платье показалось прозрачным.

– Так вы хотите парные тату? – всплеснул руками тату-мастер. Я прикрыла глаза. Шутка стремительно выходила из-под контроля.

– Да, мы хотим запечатлеть нашу любовь. – Ну когда, когда он сделает шаг назад?

– Любовь побеждает все, – высокопарно выдал разноволосый, Матиас кивнул. – И такой смысл! Получится сердце под звездами! – Я не разделяла энтузиазма тату-мастера. Я хотела исчезнуть.

– Наша история началась ночью, когда небо было усыпано звездами. – Что он несет? Господи, мы виделись всего два раза! Сегодня третий! Он точно сошел с ума. И я сделала то же самое, иначе не могла найти причину, по которой все еще стояла здесь.

– Ромаааантика! Идем, голубки!

Матиас потянул меня вслед за парнем. Кажется, он и не собирался отступать.

Настало время паниковать. Я даже не хотела представлять, что сделают со мной родители, если увидят на мне тату. Мне не выжить.

Я остановилась, потянула Матиаса за руку.

– Что, уже передумала, Элзи? – с прищуром спросил блондин, пока злость в моей груди становилась похожа на цунами. Я была готова задушить его собственными руками, но вместо этого отрицательно покачала головой. Я зайду еще дальше в этой игре. Дойду до уровня, когда у него не хватит смелости продолжать.

Видимо, кто-то из нас все же выйдет отсюда с тату на груди.

Знала бы я, что в итоге мы оба окажемся с рисунками на коже…

Тату-мастер провел нас в небольшую комнатку за занавеской из маленьких блестящих камней. Внутри только два кресла и всякие баночки. Я перевела взгляд на Матиаса, чувствуя, как внутри все переворачивается от страха. Сейчас самое время развернуться и уйти, но он почему-то не двигался.

– Итак, кто первый?

– Уступаю даме. – Матиас повернулся ко мне, а я захотела провалиться сквозь землю. Повторюсь. Еще никогда в жизни я не заходила настолько далеко в этом плане. Ни разу!

Пора признаться.

– Ты уверен? – Кажется, надежда и растерянность в моем взгляде его развеселили.

– Разве это не твоя идея, любимая? – Если он еще раз назовет меня любимой, я точно врежу ему! – Хочешь, я буду первым? – О да, хочу. Хочу, чтобы ты сделал это тату, а я вышла из воды сухой.

Я кивнула. Матиас пожал плечами и занял одно из кресел, стянул рубашку, а я пыталась не пялиться на обнаженный торс, который буквально прошлой ночью прижимался к моей груди.

Не знаю, сколько времени мы тут провели, но когда тату Матиаса оказалось готово, я вовсю зевала и мечтала только о том, как развалюсь на своей кровати и усну. Но моим мечтам не суждено было сбыться, потому что Матиас, поднявшись, обхватил мое запястье, будто чувствовал, что я собиралась сбежать.

– Не так быстро, Элзи, – усмехнулся он, пока его пальцы сжимали запястье, усыпанное браслетами.

Я попалась в собственную же ловушку!

Ладно. Он не победит в этой игре. Я не любила оставаться в проигравших.

Я заняла его место.

– Отвернись, – фыркнула я, схватившись за бретельку платья. Матиас закатил глаза, сложил руки на груди.

– Стесняешься? – Нельзя же быть таким невыносимым! Черт бы его побрал! Я выгнула бровь, уставилась прямо на него и потащила лямочку вниз, наблюдая, как в зеленых глазах зажигался озорной огонек.

Я не собиралась проигрывать. Кажется, он тоже. И я ловила на себе изучающие взгляды, следила за тем, как он хмурился, когда задумывался о чем-то.

Я закусила губу, когда боль стала слишком неприятной, в этот же момент теплая ладонь дотронулась до моей.

Матиас оказался рядом, молча держал меня за руку, и ни одного ехидства не слетело с его губ. Он наблюдал за тем, как игла протыкала мою кожу, оставляя где-то внутри черную краску.

Наверное, мы оба проиграли. Упертые идиоты с тату, которое не собирались делать. Пожалуй, сейчас это звучало даже смешно.

Я зажмурилась, сжимая руку Матиаса в своей и пытаясь не думать о боли. Меня ждала куда большая задница, когда родители об этом узнают. А вот Матиас, кажется, ни о чем не переживал. Ему вообще было дело хоть до кого-то?

Как я дожила до момента, что делаю парные тату с первым встречным?

Я точно спятила.

И все эти мысли кружили в голове до тех пор, пока мы не вышли на улицу, не сказав друг другу ни слова.

Я остановилась, Матиас встал напротив меня, и мы молча смотрели друг другу в глаза, будто видели в первый раз. А ведь почти так и было.

Впервые мне пришлось зайти так далеко, я заигралась и потерпела поражение. Но почему-то эта неудача не казалась провалом.

Матиас неотрывно следил за мной, будто он сам пытался понять, что мы только что натворили. Надо бы что-то сказать, но слов не находилось, оправданий тоже. Да и нужны ли они?

Я шагнула ближе, приподнялась на носочки и поцеловала его. Так, будто была дьяволом, а на кону стояла душа, которую я жаждала забрать. И мне правда она была необходима.

Матиас ответил, сжимая мою талию теплыми ладонями. Кажется, свобода заразительна. Иначе почему я ощущала себя птицей, перед которой открыты небеса?

Наверняка у Матиаса был свой план, потому что план Элизабет Велез не просто дал трещину. Я бы сказала, этого плана больше не существовало. Он был уничтожен.

– Ты сумасшедший, – прошептала я, оторвавшись от его губ.

– Сказала девчонка, которая привела меня в тату-салон.

– Я понятия не имела, что ты зайдешь так далеко!

– И конечно же, ты понятия не имела, что у тебя не останется ни одной причины, чтобы от меня избавиться, – ехидно выдал он, с какой-то едва уловимой нежностью переместил руки с талии на мои щеки, осторожно убрал волосы у лица.

Конечно, он прав. У меня не осталось причин, чтобы отделаться от него. И можно было их придумать, но почему-то не хотелось. Мне нравилось смотреть в зеленые глаза, в которых, казалось, притаились самые настоящие хищники, подобно тем, что жили в густых джунглях.

– Ну зато теперь нам светит мягкая палата, – весело проговорил Матиас, заставляя и меня рассмеяться.

– Или мягкая кровать на твоей яхте, – усмехнулась я, прикусив губу. Вечер точно должен стать еще лучше. Все те эмоции, что накопились за несколько часов, хотели выплеснуться, затопить всех вокруг ураганом ощущений. Это что-то совершенно новое.

Улыбка слетела с лица Матиаса, а затем его губы накрыли мои.

Поцелуй со вкусом безумства, самый настоящий коктейль из пьянящих чувств, которым все никак не можешь насытиться. Поцелуй со вкусом ментоловых сигарет и морского бриза – именно таким он ощущался, тяжелым и легким одновременно.

– Не хочу, чтобы ты потом говорила, что я заманил тебя на свою «лодку».

– Тогда на нее заманю тебя я, красавчик, – усмехнулась я, большим пальцем стерев свою помаду в уголке его губ. Матиас покачал головой, опустил руки чуть ниже талии.

– Уговорила.

– Ты быстро сдался.

– Я только что сделал тату только потому, что ты привела меня сюда.

– Теперь постоянно будешь об этом говорить? – рассмеялась я, вкладывая свою ладонь в его, будто мы ходили так по городу уже тысячи раз. Все, что мы делали, казалось привычным.

Вот и сейчас я шла рядом с Матиасом, держа его за руку, пока он петлял по узким улочкам, ведущим к порту. Не знаю, чем я снова думала, но когда мы оказались среди кучи яхт разных размеров, а перед нами замерла «Аид и Персефона», я перестала делить свои поступки на правильные и неправильные.

Матиас, как и в прошлый раз, помог мне перебраться на покачивающуюся яхту, задержав ладони на талии дольше положенного. Я была не против.

– Хочу показать тебе кое-что, – тихо проговорил Матиас, с какой-то едва уловимой нежностью убирая волосы с моего лица.

Будь я проклята за все, что учудила за это лето. Будь я проклята за то, что позволила себе здесь оказаться. И будь я проклята за то, что рядом с этим парнем не ощущала всепоглощающей скуки.

Я шла за ним, держа теплую ладонь в своей.

Матиас прошел немного вперед, на открытую площадку, легко опустился на пол и потянул меня за собой.

– Это не совсем то, о чем я думала, – призналась я, садясь рядом.

– Кажется, мне нужно бояться. В этом и заключалось твое испытание, да? Находишь красивых парней, заманиваешь их куда-нибудь рядом с водой и убиваешь? Я угадал? Ты сирена?

– Ты сошел с ума! – рассмеялась я, наблюдая за его издевающейся ухмылкой, а потом легко поцеловала. И снова – мята и сигареты. Никогда бы не подумала, что это сочетание может оказаться настолько приятным.

– Так мы пропустим все самое интересное, – тяжелое дыхание сплеталось в крошечном пространстве из нескольких сантиметров между нами.

– Может быть, мне интересен ты.

– Маленькая сирена, – улыбнулся Матиас. – Ложись, – он отстранился, почему-то стало холодно и неуютно, но я послушно легла рядом, вытянувшись в полный рост.

– Ого… – вырвалось против воли. Теперь я понимала, о чем он говорил. Абсолютно черное небо усыпалось звездами. И их было столько, что казалось, кто-то пролил белую краску на черный холст и пытался неумело ее стереть.

Я нашла руку Матиаса, несильно сжала. Пусть это будет курортный роман, пусть свидание еще на одну ночь, но все же будет. Это лучше, чем если бы я никогда не испытывала всего, что сейчас творилось в душе.