Тони знала по своему многолетнему пребыванию в полиции, что склонность к злодеяниям не присуща глубокой натуре – преступники просто мелкие алчные людишки, чьи поступки не имеют серьезных оправданий.
Хью представлял себе, как эти чернила разливаются по чернильницам, как писари распределяют их по бумагам, и как эти бумаги возвращаются в подвал, чтобы остаться там на веки вечные, и как в результате этого круговорота чернил каким-то загадочным образом рождаются деньги.
Филип вдруг осознал: перед ним самый худший из христиан. Он старательно выискивает все дурное в людях, находит любую возможность предать человека опале, не признает никаких оправданий и всегда требует самого сурового наказания за малейшую провинность; ему не знакомо христианское сострадание и прощение; он словно насмехается над великодушными заветами Христа. Такими были фарисеи, подумал Филип